Но ожидание и безделье… Они привели меня к созданию очередного проекта неведомого существа, в которое я могу трансфигурировать себя. Подключив все свои ресурсы, я с немыслимой скоростью просчитывал новую форму — металлоорганическая неведомая хрень с хвостом и щупальцами. Форма была выбрана вытянутая и приплюснутая, как акула, и даже плавники хвоста в вертикальной позиции — для меня это оказалось удобнее. Возможно, повлиял опыт души василиска двигаться именно в такой плоскости. Щупалец было восемь и росли они от головной части этого тела, представляя собой серьёзную угрозу всему живому, ибо больше походили на острые ленты — самое то, чтобы в воде резать с огромной скоростью. В самом теле были протравлены огромное количество различных магических схем, которые я мог бы активировать по желанию. Ровена убедила, что как искусственный интеллект, она сможет адекватно управлять всей этой хренью без особого труда и необходимости обучаться и адаптироваться. Вообще, я не планировал использовать столь сложные манипуляции, но нужно же было чем-то себя занять, а кроме этого, ничто не удерживало моё внимание достаточно долго.
Вечером в гостиной, когда волнения окончательно перегорели и мы просто сидели вместе на диванчике, вместе рисуя обычными карандашами различные схемы, нарочно добавляя всякий бред и глупо над ним хихикая, распугивая тем самым других учеников, случилось нечто невероятное. В гостиную зашла профессор МакГонагалл, а у некоторых старшекурсников от шока даже бутылки со сливочным пивом повыпадали из рук — так это было неожиданно. Профессор подошла к нашему диванчику.
— Мистер Найт, мисс Грейнджер.
— Добрый вечер, профессор, — оторвавшись от схем, мы встали с дивана и кивнули.
— Позволите, заглушающие чары?
Мы вновь кивнули, а МакГонагалл обвела волшебной палочкой черту вокруг нас. Это какие-то другие, неизвестные мне чары.
— Директор просил передать вам, что пришло время «похищать»… мисс Грейнджер. Так же он сказал, что вы, как полностью разгадавший абсолютно всю суть испытания, можете присутствовать при… «похищении».
МакГонагалл старалась сохранить бесстрастное лицо, но оно всё равно передавало неприязненное отношение профессора к происходящему.
— Само собой, для вашего спокойствия и уверенности, что всё будет хорошо. Однако, там будут другие директора и организаторы вместе с мадам Помфри. Никто не поверит, что вы так точно смогли разгадать и просчитать суть второго тура. Директор не хотел бы дискредитировать Хогвартс и наше министерство на фоне налаживающихся, наконец-то отношений между странами и школами. Потому, в открытую идти мы вам не рекомендуем. Но вы ведь пойдёте?
— Безусловно.
— Вам знакомы дезилюминационные чары?
— Мне знаком вообще весь комплекс сокрытия. Но от глаза Грозного Глаза, прошу прощения за тавтологию, это меня не скроет, не так ли?
МакГонагалл улыбнулась.
— Не скроет. Но он знает, что вы знаете… И вы меня простите, — профессор вновь улыбнулась.
— Что-то нужно взять? — спросила Гермиона.
— Ничего, мисс Грейнджер. Кстати, а вы догадываетесь, кто будет другими «похищенными»?
— Могу предположить, — улыбнулся я, — что это Рон Уизли, – загнул я один палец, считая. – Младшая сестра Флёр Делакур, не знаю её имени – это два. Девушка-француженка, с которой Крам был на балу – третья.
МакГонагалл посмотрела на меня уже не скрывая удивления.
— Поразительная проницательность.
— Почему вы мне это всё рассказываете?
— А разве я что-то рассказала? — с наигранным непониманием посмотрела на меня профессор. — Я вернусь буквально через минуту.
Профессор движением палочки сняла чары заглушения, а я тут же начал быстро накладывать на себя все мыслимые чары сокрытия и в итоге успел это сделать так быстро, что никто даже не заметил моего исчезновения. Хотя, справедливости ради стоит отметить, что этот уголок с диваном вообще странным образом не привлекает к себе особого внимания.
— Волнуешься? — из пустоты спросил я Гермиону, на что она лишь отрицательно мотнула головой.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Я прекрасно поняла, как всё работает, и чего мне стоит ждать. Палочку, как я поняла, отбирать у меня никто не будет. А если заберут — ты увидишь. Потом просто призови её и как вытащишь меня из озера, дай её мне. А там нам всё будет по плечу.
Пока мы говорили, МакГонагалл подошла к сидящим неподалёку Рону и Гарри, что играли в шахматы. Буквально три секунды разговора, и раздался возмущённый вопль Рона:
— Но я ничего не сделал! За что?
— Вот у директора и спросите, за мной, — резко и чётко ответила профессор и развернулась к выходу, глянув на Гермиону. Та всё поняла без слов и последовала за профессором. Ну и я вместе со всеми.
Мы скорым шагом шли по коридорам замка. Редкий ученик встречался нам на пути, ведь скоро отбой.
— Что бы ни случилось, я не виноват, — сетовал насупившийся Рон.
— Не сомневаюсь, мистер Уизли.
— Эх… а она тут зачем? Они сделали что-то с этим по… Максом?
— Вы всё узнаете, мистер Уизли.
— Эх… Но…
— Помолчите, мистер Уизли, или я буду вынуждена применить к вам Силенцио.
— Эх…
Так мы и дошли до горгульи, что уже открыла проход на лестницу, и поднялись в кабинет директора. МакГонагалл предусмотрительно придержала дверь.
— Прошёл… — еле слышно шепнул я, а профессор почти незаметно кивнула.
В это вечернее время кабинет был освещён мягким желтым светом, создавая приятное ощущение уюта и комфорта. Дамблдор стоял, опершись о свой стол, а вокруг, на креслах, диванах и стульях восседала большая толпа народа. Мадам Максим сидела в отдельном кресле и оберегающе приобнимала за плечо милую одиннадцатилетнюю на вид девочку, так похожую на Флёр как лицом, так и длинными волосами тёплого светлого оттенка. Рядом стояла ещё одна девушка из французской делегации. Именно с этой брюнеткой ходил на бал Крам. Должен отметить, что губа у него не дура и девушка эта в своей лиловой форме выглядела довольно женственно и притягательно, но без излишеств. В который раз заметил, что наша школьная форма словно создана, чтобы не показать вообще ничего в девушке.
Был тут и Каркаров в коричневом пальто и шапке. Вот не жарко, а? Людо Бэгмен чуть ли не подпрыгивал на месте от желания всё и всем скорее рассказать. Вместо Крауча старшего в стороне стоял Перси Уизли и вид имел строгий, в каждой детали гардероба педантичен и до сих пор носит какой-то очередной колпак, ведь так положено. В тени на стуле сидел псевдо Грюм, постукивая протезом о пол и опираясь на посох. Его искусственный глаз тут же меня нашёл, но вида тот не подавал. В другом тёмном углу стоял профессор Снейп, а рядом с ним на кресле сидела мадам Помфри, поглядывая на собравшихся детей с беспокойством.
— А, мисс Грейнджер, мистер Уизли, — радостно вскинул руки в стороны Дамблдор. — Проходите, присаживайтесь.
Рукой директор указал на два свободных кресла, рядом с которыми на другом похожем сидел профессор Флитвик.
Рон буквально задеревенел от такой компании волшебников и на негнущихся ногах проследовал до предложенного места. Бледный и взволнованный.
— Добрый вечер, — не забыла поприветствовать всех Гермиона и получила кивок в ответ от всех, кроме Каркарова. Тот лишь глянул с неприязнью, да фыркнул еле слышно.
МакГонагалл встала за спинками кресел своих учеников, а я попытался занять такую позицию, чтобы всё видеть.
— Итак, раз все мы здесь собрались, пора бы и приступить, — Дамблдор отошёл от своего стола. — Дорогие дети. Наши великолепные организаторы в лице сотрудников министерства магии, избрали вас на роль «украденной драгоценности» для наших чемпионов.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Что?! — не сдержался Рон, вызвав на себя недовольные взгляды всех присутствующих. Парень тут же смутился, покраснел и уставился на носки ботинок.
— Да, мистер Уизли, — спокойно улыбнулся ему Дамблдор. — Именно так. Для исполнения этой роли от вас практически ничего не требуется.
Некоторое время все молчали, лишь Фоукс курлыкнул у себя на насесте.
