глубоко посаженных глаз, конечно же, давно заметил шлюпку, однако убегать не спешил, хотя черт его знает — кто бы мог в этой шлюпке быть? Вдруг да какие-нибудь лиходеи? Правда, а что с этого рыбачка и взять-то? Драный, с заплатками на рукавах, кафтанишко грубого сукна да меховой, из куницы, плащик? Разве что лодка — юркий индейский челн, да таких лодок на Саванне-реке полным-полно и цена им в базарный день — медяха!
— Здравствуйте, — приподняв шляпу, ухмыльнулся рыбак. — Не спрашиваю, куда путь держите — видать, вы и сами не прочь меня об этом спросить, так?
Ушлый старик сразу же раскусил беглецов — ибо кто бы это еще мог быть в столь драной одежке, в лодке с парусами из оленьих шкур? Понятливый оказался дедок, шустрый — подведя шлюпку ближе, Громов заметил в рыбацком челне небольшое укороченное ружье, какие использовали кавалеристы.
— Далеко ли до моря? — первым делом поинтересовался Андрей, раз уж рыбак сам предложил спрашивать.
Старик прикрыл ружьецо оленьей шкурой:
— Ты, верно, хотел спросить — до океана, не так?
— Пусть так, — не стал спорить Громов. — Так далеко?
— Да не особенно, — незнакомец поправил шляпу и показал рукой. — Вон, за тем мысом, считай и океан.
— А селение там есть?
— А какое вам надобно? — хитро улыбнулся дед.
— Самое большое и многолюдное.
Андрей давно уже знал, что ответить и что спросить, однако дополнил:
— Такое, где бы можно было найти ночлег, ну и кое-что заработать.
— А что ты умеешь? — сверкнув глазами, быстро переспросил рыбак. — Лазать по выбленкам или, может, землю пахать?
Молодой человек отвечал честно:
— Насчет земли — не скажу, а вот по выбленкам лазать приходилось. Стаксель от брамселя отличу.
— Вот это славно!
— Но вообще-то я больше по пушкарному делу.
Закрываясь от ветра, дел приложил руку к уху:
— Что-что?
— Артиллерист, говорю. Канонир.
— И что же господин канонир делает в краденой шлюпке? — прищурившись, старик замахал руками. — Не-ет, не-ет, не говорите мне, что эта лодка не краденая, хоть бы и так, да мне все равно. Лучше скажи-ка, мил человек, какая пушка лучше — бронзовая или железная?
— Ясно — бронзовая, — громко расхохотался Андрей. — Она и легче, и безопасней — прежде чем разорваться, скажет — на том месте и вспухнет, где вот-вот рванет.
— Молодец, — скупо похвалил дед. — Вижу, не врешь. Ладно, если что — проверим. А это кто с тобой? Нет, нет, молчи, я сам скажу — беглый негр, это уж и слепому ясно, и — беглая женка, полюбовница твоя, от мужа сбежавшая. Так ведь?
— Я, между прочим, вдова! — обиделась баронесса. — Даже два раза.
— Почтенные вдовушки, милая, по рекам на краденых шлюпках не шастают, — старик хрипло засмеялся и махнул рукой. — Ладно, не мое это дело. Говорите, селение ищете?
— Ну или какой-нибудь корабль… Нам бы до Новой Англии…
— Корабль? — дед снова прищурился. — И заплатить есть чем? До Плимута или Бостона неблизок путь.
— Я матросом могу, — угрюмо буркнул Андрей.
— Ага, а девчонка твоя — юнгой!
— Я не девчонка!!! Я…
— Ладно, — не очень-то вежливо прервав Бьянку, незнакомец махнул рукой. — Хватит болтать. Коль хотите в селение, так давайте за мной, пристраивайтесь вон, за кормою. Весла-то есть?
— Да есть.
— И то слава богу.
— А как ваше имя, таинственный незнакомец?
— Местные дядюшкой Сэмом кличут.
«О как — дядюшка Сэм! — подивился про себя Громов. — Ему б еще козлиную бородку подлинней да цилиндр со звездно-полосатым флагом».
Челнок дядюшки Сэма привел беглецов к мысу, за которым, по словам лодочника, как раз и начиналось море. Здесь же, на мысу, по всему берегу тянулись какие-то труднопроходимые кустарники, леса и болота. Оставив лодки у большого серого камня, едва заметного в зарослях ив, путники, вслед за своим провожатым, зашагали по узкой, петлявшей средь кустов и деревьев тропинке, местами переходившей в столь же узкую гать.
— Чужой тут дороженьки вовек не найдет, не-ет, — обернувшись, как-то похвалился старик. — Сгинет! Утонет в трясине.
— Да-а, — беглый канонир согласно покачал головой. — Болота здесь знатные. Небось, и змей много?
Дядюшка Сэм засмеялся, показав редкие желтые зубы:
— Да есть! Это сейчас им холодновато, а в жаркие-то времена, бывает, едва проберешься. Правда, некоторые их едят — змей-то — мясо белое, вкусное, мягче, чем у кролика. Но опять же — готовить надо уметь.
— А ты умеешь, дядюшка? — с опаской посмотрев под ноги, поинтересовалась Бьянка.
— Умею, — старик скривил губы в улыбке. — Как-нибудь, выпадет время, научу.
Шагавший сразу за провожатым Том испуганно сплюнул наземь и перекрестился:
— Упаси Господь от такой пищи!
Баронесса же, судя по загоревшимся глазам, заинтересовалась новым рецептом всерьез, и Громов, глядя не нее, вдруг подумал, что было бы очень хорошо выбраться отсюда как можно быстрее. Устроиться матросом на какое-нибудь попутное судно, идущее в Новую Англию с грузом табака или чернокожих африканских рабов, отработать за себя и любимую, а там… Черт!
Споткнувшись о какой-то замысловато изогнутый корень, молодой человек чуть было не полетел в кусты, удержав равновесие в самый последний момент. И все потому, что подумалось вдруг — а зачем, собственно, в Новую Англию? Быть может, куда лучше было бы остаться здесь, попытаться отыскать «Красного Барона» — проклятое колдовское судно, обладавшее чудесной способностью пронизать время! Жаль только, что способность эта, судя по всему, возникала спонтанно, ее никак невозможно было предугадать и, уж тем более, вызвать. А, может, это сможет сделать какая-нибудь ведьма? Так и Бьянка, вон, ведьма… если верить преподобному Джозефу Стейнпоулу, чтоб ему пусто было!
Ладно, там видно будет. Сейчас главное — добраться в хоть какое-нибудь более-менее цивилизованное место, заработать денег, немного перевести дух, подумать.
— Назад вы тоже одни нипочем не выйдете! — миновав очередное болото, на всякий случай предупредил проводник.
В ужасе округлив глаза, Том схватился за голову:
— Так куда ж вы нас завели-то, масса Сэм?!
— Куда надо — туда и завел, — неожиданно расхохотался старик. — Вы ж сами просили — в селение. Да не беспокойтесь — никакие власти, никакие солдаты сюда никогда не пройдут!
— Хоть с этим повезло, — невесело вздохнув, беглый негр с надеждой взглянул на Громова. — Правда?
— Поживем — увидим, — философски отозвался Андрей и, нагнав старика, спросил: — Ну что — долго еще?
— А вот и пришли уже! — радостно сообщил провожатый. — Во-он за деревьями, где ручей, гляньте-ка!
— Ого!
Присмотревшись, Бьянка удивленно воскликнула:
— Да тут целый город!
Первое, что бросилось в глаза Андрею, было вовсе не большое количество амбаров и не сложенные из подручных материалов дома — иные и двухэтажные, — располагавшиеся ровными и прямыми улицами,
