class="p1">Ксинг присмотрелся к предателю. Ничего ни во внешнем облике, ни в ци не выдавало в нём негодяя. Приятное и даже красивое лицо с ухоженными усами и аккуратной бородкой, глаза, в уголках которых от частых улыбок отложились морщинки, высокий рост и широкие плечи. Увидев такого посетителя в «Панцире», Ксинг запросто предложил бы ему хорошую выпивку.
— Ли из рода Вэй, чиновник четвёртого ранга, инспектор дорог и водоснабжения, — подтвердил предатель. — Мне даже не приходилось скрываться, стоило показать вам, господин Фэнчжэн, бумагу с моей личной печатью. Выделенные вами работники не задавали вопросов, считая, что помогают в обустройстве полуострова. И они были правы, обустроить новые владения повелителя Аль-Мазруи они действительно помогли.
— Тебе это так не сойдёт, предатель! — крикнул фуйин, попытавшись циркулировать ци. Вспыхнули колдовские знаки и его тело затряслось в конвульсиях.
Ксинг перевёл взгляд на Шарифа. На лице того играла кривая улыбка, похоже, он вовсю наслаждался представлением.
— Ты ещё не понял, ничтожное насекомое, что уже сошло? — оскалился Ли Вэй. — Я не собираюсь оспаривать приказы повелителя, если он считает, что в твоей жалкой жизни есть какая-то ценность, то мне остаётся лишь повиноваться. Повелитель, я ещё раз хочу вам сообщить, что прекрасно справлюсь с обязанностями фуйина и сам. Так что в его жизни нет ни малейшей ценности!
— Йя подумай твои слова, слуга! — важно кивнул Шариф. — И ощьень жаль, шьто не всьйе обладают твоя прозорливый и ум! А то время мой воин должен закончить, мы тоже закончий! Идти брать полуостров упасть сладкий инжир моя нога!
— Ещё ничего не закончено! — вскрикнул фуйин, несмотря на боль в заломленных руках. — Феи Пэйпэй Майронг и Сюэ Линцзянь очень сильны, одни из сильнейших мастеров Империи! И они никогда…
— Теперь они кормят тритонов! — засмеялся Ли Вэй. — Простите, повелитель, что я вас перебил.
— Нишьево, — благосклонно кивнул Шариф. — Мочь продолжать!
— О, как они прекрасны и грациозны, — сквозь смех продолжил предатель, — как горды и надменны! Ты знаешь, Вань Фэнчжен, на ком я не так давно женился. Род Симынь моих надежд не оправдал, да и моя драгоценная жена в постели холодна, словно один из этих рыболюдей. Но даже так, породнившись с Симынь, я получил очень много возможностей. И знаешь каких?
Фуйин не доставил ему удовольствия, задавая вопрос, но Ли Вэя это ничуть не расстроило.
— У рода Симынь имеется отличный запас алхимических зелий. И некоторые из них — чрезвычайно сильны, пусть и непредсказуемы. Увы, они так и не рассказали о создавшем их алхимике, я знаю лишь, что это не мастер Шаолун. И некоторые из эликсиров — настоящие сокровища, использовать которые с толком у Симынь не хватило воображения. Ты говоришь «феи»? Сильнейшие мастера? Что ж, возможно, будь они грандмастерами, действие этого эликсира им бы одолеть удалось, пусть я в этом и сомневаюсь. Сильный и незаметный яд, не имеющий ни цвета, ни запаха ни вкуса. Его действие столь мягко и неощутимо, что мастер не чувствует ничего, пока не становится слишком поздно. Ты сказал «сильнейшие мастера»? А мой эликсир говорит — «слабейшие адепты»!
Девушки вновь задёргались, пытаясь вырваться, и Ксинг бесцеремонно ущипнул их за округлости, призывая к осторожности. Они одарили его странными взглядами но всё-таки затихли. Фуйин не мог успокоиться, он рвался из хватки рыболюдей так, что на предплечьях, в которые вонзались когти перепончатых лап, выступила кровь.
— Поверь, я сожалею ничуть не меньше твоего! — засмеялся Ли Вэй, наслаждаясь зрелищем. — Мне очень хотелось бы, чтобы всё прошло по-другому! Такая бессмысленная трата женской красоты! Конечно, они бы сопротивлялись, но это именно то, что я больше всего люблю! Моя милая маленькая Сифэн тоже строит из себя недотрогу, но именно так и получается её расшевелить. Повелитель, если эти две сучки всё ещё живы…
— Не возражай, забирать! — ответил Шариф. — Моя всё равно!
Ксинг увидел, что рыболюди странно зашевелились, переступая с ноги на ногу. Он улыбнулся — как раз вовремя. В широкой бухте богатого района в воде замелькало множество чешуйчатых хвостов, среди которых Ксинг увидел знакомый красный гребень и столь родную сильную ци.
— Теперь можно! — шепнул он по очереди девушкам, почти нечаянно коснувшись губами их изящных ушек. — За рыб не беспокойтесь, теперь они на нашей стороне.
Пэйпэй и Сюэ кивнули и искривили свои красивые полные губы в очень злых и очень многообещающих усмешках.
☯☯☯
Он прекрасно понимал, что легко не будет. что у Шарифа имелось немало грязных трюков, так что решил закончить всё как можно скорее. Вести долгие беседы, рассказывая о своих достижения и способностях можно и с трупом — ведь только мёртвое тело не может устроить любителю почесать языком какой-нибудь неприятный сюрприз.
Поэтому Ксинг взвился в воздух и обрушил на Шарифа целую серию атак цепом. Раздался громкий звон рушащихся защит, напоминающий ему их первую схватку.
Шариф проявил похвальную бдительность: получив первые удары, он резко взмыл вверх и направил на Ксинга свой посох. Ксинг побежал вбок, прячась за спиной у одной из марионеток. На этот раз не было ни молний, ни огня. Лёгкое колебание сихир подсказало направление атаки, и только Ксинг отпрыгнул в сторону, как пространство раскололо множество чёрных зазубренных проломов. Марионетка, возле которой стоял Ксинг и несколько рыболюдей упали на землю разрезанными кусками.
— Ты! — закричал Шариф. — Снова ты! Живучий, словно мерзкая сколопендра, выискивающая между камней малейшую щель!
Ксинг метнулся ко второй марионетке и новый удар пространственного искажения пришёлся той на ногу. Она медленно и величественно завалилась на спину, придавив одного тритона. Из рук марионетки вырвалась целая вереница огненных шаров и ушла вверх, взрываясь в воздухе.
Ксинг снова подпрыгнул, метнулся в сторону, оттолкнувшись от воздушной площадки, и совершил новый прыжок. Настигнув Шарифа, Ксинг одной рукой отвёл посох, а другой — сокрушил кольца на пальцах колдуна. К полному удивлению Ксинга, запястье Шарифа не сломалось, теперь оно стало крепче любого камня.
Ксинг вновь отпрыгнул, ушёл от новой атаки и зло уставился на Шарифа.
— Что, ничтожная мошка, не работают старые трюки? — захохотал Шариф. — Один раз тебе удалось застать меня врасплох, второй раз ты прятался за спиной моего драгоценного учителя. Как я и думал, сам по себе ты ничего не представляешь!
Ксинг озадаченно мотнул головой, но тут же пришло понимание: видать, бездействие Ксинга в башне Ахрибада Шариф посчитал слабостью. И если так подумать, всё, что колдун видел — это лишь первое сражение, а затем только обезвреживание артефакта, и значит, ни о силе Ксинга, ни о его возможностях не подозревал.
— Зато Шадия надрала
