— Где Лара теперь? Куда она поехала?
— Я не знаю, но я рада слышать, что она больше не с тобой.
Слава богу, у нее хватило и здравого смысла, и решимости.
— Вряд ли для тебя это имеет значение, — сказал он после некоторого молчания, — но ты уничтожила меня.
— На твоем месте, Джоуи, я бы помалкивала. Ты разбил мою жизнь, и я отплатила тебе той же монетой.
И она швырнула трубку.
Джоуи долго молчал, глядя в пространство перед собой. Ричард Барри нанес ему самый сокрушительный удар. Он отнял у Джоуи единственный шанс быть счастливым. Теперь этот мерзавец скорее всего с Ларой — он «утешает» ее и заодно втолковывает, как крупно ей повезло, что она избавилась от этого альфонса, этого мелкого паразита по имени Джоуи Лоренцо.
Да, сказал себе Джоуи, не исключено, что он действительно вел себя как последний негодяй. А может быть, все дело просто в том, что он не вернул деньги Мадлен вовремя.
Но как он мог сделать это, если сидел в тюрьме за преступление, которого не совершал?
Как он мог?
Забрав из сейфа сбережения Мадлен, Джоуи сел на самолет до Сент-Луиса, а оттуда на такси добрался до квартиры матери.
Когда она открыла ему дверь, он даже не сразу узнал ее. Он не видел ее всего три года, но перемена была разительной. Длинные черные волосы Аделаиды висели тусклыми плетями, лицо оплыло, глаза провалились, помада на губах размазана. На Аделаиде был грязно-розовый пеньюар, под которым виднелся несвежий лифчик.
Один глаз у нее был подбит, переднего зуба не хватало.
Неужели эта опустившаяся, постаревшая женщина — его мать?
— Я знала, что ты приедешь, сынок, — сказала она. — Я знала, ты меня не бросишь.
Почему она так сказала? Аделаида почти никогда не называла его «сыном», для нее он всегда был просто Джоуи, «парень», или — довольно часто — «Эй, ты!..»
— Что у тебя случилось ? — спросил он, заходя в комнату.
— Я… я попала в беду. Я заняла денег, чтобы поставить на скачках. Это был стопроцентно верный вариант… так, во всяком случае, мне тогда казалось. Ты и сам знаешь — когда тебе долго везет, начинаешь верить, что это будет продолжаться вечно, но в конце концов удача отворачивается, и ты оказываешься по уши в дерьме! — Она вполголоса выругалась. — В общем, люди, у которых я заняла деньги, они… они повели себя не очень любезно. Они мне угрожали, а у меня не было ни доллара…
Джоуи сразу понял, что что-то здесь нечисто. Слишком неуверенной была речь матери, слишком часто она останавливалась, да и смотрела Аделаида главным образом не на него, а в сторону.
— Кто подбил тебе глаз, ма ?
— Я… упала, — пробормотала она.
— Что это за люди, которым ты задолжала?
— Это… синдикат. Ты ведь знаешь, что это такое? Они посылают специальных людей, чтобы выколачивать долги. Ко мне уже приходили, ноя их не пустила. Я… я боюсь, Джоуи.
— А что по этому поводу думает твой приятель?
— Дэнни! — крикнула Аделаида, поворачиваясь в сторону спальни.
Из спальни, лениво ковыряя ногтем в зубах, вышел Дэнни. Он был одет в черную рубашку с белым галстуком и дорогой черный костюм в «елочку». Джоуи помнил, что в Сент-Луисе так одеваются гангстеры средней руки. Как и Пит Лоренцо, Дэнни был «жучком», то есть принимал ставки и жил на доходы от тотализатора, но, в отличие от отца Джоуи, он был не на сорок лет старше Ады, а на десять лет моложе.
— А, привет, Джоуи, — сказал он. — Как делишки, старик ?
— Не очень, — ответил Джоуи. — Мне не нравится, как выглядит моя мать. Что с ней такое ?
Дэнни пожал плечами.
— Откуда мне знать?
— Ты живешь с ней. Разве ты не должен о ней заботиться?
Дэнни лениво гоготнул.
— Разве я один ? Эта шалашовка хлопнет стакан — только ее и видели.
— Не называй мою мать шалашовкой.
Дэнни пожал плечами.
— Как скажешь, Джоуи.
— Что тебе известно о ее долгах?
— Все, что я знаю, это то, что ей нужно заплатить да поскорее. Ты привез нам деньги ?
Это «нам» очень не понравилось Джоуи, но он не подал вида.
С каких это пор у Дэнни и матери были общие финансы ?
— Я видела тебя в «Твердом», сын, — вставила Аделаида, и Джоуи заметил, что нижняя губа у нее дрожит. — Ты отлично справился. Я просто гордилась тобой…
— Почему же ты не позвонила?
— Я хотела, но меня отвлекли… разные дела.
Ага, подумал Джоуи, когда ей понадобились деньги, она сразу нашла время и позвонила.
— А что у тебя с зубами ? — спросил он. — Тоже «упала»?
Аделаида машинально потрогала языком десну, из которой торчал осколок зуба, но ничего не ответила. Дэнни хихикнул.
— Ну да, — сказал он, — эта старая хрычовка нетвердо держится на ногах, когда напьется.
Джоуи наградил его долгим, тяжелым взглядом.
— Что ты сказал ? — переспросил он с угрозой.
— Ты хотел знать, как все было, — я рассказал. Эта пьянь летела вниз два лестничных пролета. Могла бы свернуть шею, но отделалась парой синяков и выбитым зубом. — Он сплюнул на пол. — Или тебе что-то не нравится, Джоуи, малыш ? Не нравится — не ешь. В конце концов мне, а не тебе приходится ухаживать за этой старой дрянью, когда она сверзится с лестницы или блюет с перепоя.
— Попридержи язык, приятель, — сказал Джоуи, слегка повысив голос.
Дэнни прищурился.
— Ты, красавчик, актеришка дешевый, будешь учить меня, как мне себя вести ?
— Послушай ты, задница!
— Ну, ну, мальчики, не надо ссориться! — закудахтала Аделаида, живо напомнив Джоуи Лану Тернер в старом гангстерском боевике. — Не хватает, чтобы вы подрались из-за меня!
Джоуи отвел глаза. Ему показалось, что он сейчас заплачет.
Эта старая, опухшая от пьянства, опустившаяся женщина была его матерью, его прекрасной Аделаидой, которую он буквально боготворил. Он поклонялся ей издали, потому что у нее никогда не было времени, чтобы заняться сыном, но от этого его любовь становилась только крепче и горячее. Теперь же Аделаида напоминала ему подбитую старую ворону. «Неужели она ничего не видит, не понимает, не сознает, что с ней происходит, — с горечью подумал Джоуи. — Неужели она не чувствует даже той опасности, которая притаилась совсем рядом, приняв облик этого змееныша Дэнни?»
— Я знаю, что я сделаю, — сказал Джоуи. — Я встречусь с теми, кто дал тебе взаймы. Я уверен, что сумею сними договориться. О'кей, мам?
— Нет, не о кей, — быстро сказал Дэнни. — Наличные нам нужны сейчас.
— Отвали! — скомандовал ему Джоуи. — Вы ничего не получи — . те, пока я сам с этим не разберусь.
— Есть только один способ разобраться с этим, — прошипел Дэнни. — Выложить десять «кусков»! Дай мне деньги, и я все устрою.
— Да, Джоуи, — с беспокойством пробормотала Аделаида. — Отдай эти деньги Дэнни, и можешь возвращаться домой.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
