– Меня зовут Рора, – сообщила она, дразнящее облизывая губы и медленно выпрямляясь, давая мужчине возможность оценить гибкость своего стана, туго обтянутого полупрозрачной тканью. – Рада знакомству, господин.
– Рад встрече, госпожа Рора, – все тем же зажатым тоном откликнулся мужчина, глядя не то на нее, не то сквозь нее. – Раз знакомству. Благосклонность пожалована. Присаживайся, прошу, – он кивнул на подоконник.
– Спасибо, господин! – еще добавив в голос сексуальной хрипотцы, откликнулась женщина, опускаясь рядом. Он, похоже, точно голубой. Ни один нормальный мужик на нее настолько бесстрастно реагировать не может! Похоже она просто время теряет. И почему он не представился в ответ, что за манеры! – Что ты делаешь здесь в одиночестве, если я задаю не слишком нескромный вопрос?
– Здесь нет тайны, госпожа Рора. Я ожидаю персону, задержавшуюся из-за непредвиденных обстоятельств.
– Вот как? Но неужели во всем зале нет другого человека, который мог бы тебя заинтересовать? – Рора пошевелилась, устраиваясь поудобнее и словно ненароком касаясь мужчины бедром.
– Ну почему же, – откликнулся тот, – есть. Но таких мало. Меня вообще сложно заинтересовать.
– Вот как? – преувеличенно-восхищенно поинтересовалась женщина, пытаясь не показать свою озадаченность. Неуверенный тон мужчины решительно не вязался с содержанием его слов. – Скажи, господин, а я тебя интересую?
Она решительно не понимала реакции собеседника. Нет, похоже он не голубой. Даже голубой проявил бы хоть какие-то эмоции. Этот же… он не просто рассматривает ее, как страшный манекен, он сам смахивает на слегка, но не до конца, оживленную куклу. Похоже, пора завязывать с играми. Вдруг он псих? Маловероятно, конечно, но вдруг?
– Ты? – мужчина посмотрел на нее так, словно увидел в первый раз. – Тебе действительно хочется знать, госпожа? Или просто разговор поддерживать пытаешься?
– Разумеется, мне я хочу знать, господин, – уже слегка раздраженно и с нотками сарказма ответила Рора. – Ведь такая, без сомнения, неординарная личность, как ты, наверняка может точно оценить человека с первого взгляда, не так ли?
– Ну что же, госпожа, – вдруг усмехнулся мужчина, – не обессудь, но ты сама напросилась. Погоди-ка секунду…
На мгновение он замер, уставившись в никуда. Потом внезапно он словно ожил. Рора даже под пытками не смогла бы объяснить, что именно в нем изменилось, но ощущение возникло ясное и отчетливое: теперь рядом с ней сидел живой человек. И от его напряженно-испуганной позы не осталось и следа – она изменилась совсем чуть-чуть, совершенно неуловимо, но Рора почему-то вдруг ощутила себя школьницей, застуканной учителем с сигаретой.
– Итак, госпожа… Рора, если я не ошибаюсь? – с легкой полуулыбкой сказал мужчина. – Значит, ты хочешь узнать, интересна ли ты мне? Хм… вряд ли ты действительно хочешь это знать. Скорее, я интересую тебя как мишень – провести время, возможно, позволить за собой поухаживать, после чего внезапно бросить, распаленного и полного радужных ожиданий. Так?
– Что ты, господин! – преувеличенно-возмущенно взглянула на него Рора, не сумев, однако, скрыть растерянные нотки в голосе. – Разумеется, я…
– …именно того и хотела, – невозмутимо перебил ее собеседник. – Извини, госпожа, но так, как ты, женщины ведут себя с мужчинами, на которых имеют планы. В тебе же сексуального влечения ни на грош, так что выводы очевидны. Но вернемся к исходному вопросу. Итак, интересна ли ты мне? Нет, пожалуй. Судя по тому, что ты болтаешься по залу в полном одиночестве, ты не принадлежишь к местному обществу. На обслугу ты не похожа, значит, ты эскорт. Из тех девиц, что зарабатывают, теша самолюбие мужиков, способных завоевать женщину разве что деньгами. Сверх того ты подрабатываешь фотомоделью, вероятно, снимаешься в порнофильмах, а иногда просто спишь с мужчинами за деньги. Не часто, поскольку не хочешь потерять форму раньше времени, но спишь.
– Да как ты… – уже с непритворным возмущением начала Рора, но мужчина опять перебил ее:
– Смею, великолепная госпожа, еще как смею. Не забывай, ты сама спросила мое мнение, пусть и не имея в виду откровенный ответ. Впрочем, предположение о порнофильмах снимается, здесь ты возмущена искренне. Что еще? Судьбу свою ты видишь в удачном замужестве, а потому поддерживаешь форму – не пьешь, не куришь, ходишь в гимнастический зал. Но как только подцепишь мужа, так сразу забудешь о воздержании и гимнастике и лет через пять-семь расплывешься и превратишься в толстую подурневшую бабу, истеричную и превратившую жизнь когда-то счастливого мужа в кошмар. Возможно, вынудишь его развестись, получишь кучу денег в качестве отступного, после чего продолжишь медленно стареть в сытом, но бесцельном одиночестве. Существование твое бессмысленно и мало отличается от животного: дожить до завтра, а там посмотрим, что случится. Обычная человеческая самка, что пришла из ниоткуда и уйдет в никуда, не оставив после себя ни малейшего следа, кроме разве что нескольких болезненных шрамов в душах окружающих. Нет, госпожа, ты ни в малейшей степени мне не интересна.
В течение всей отповеди Рора сидела, хватая ртом воздух и не зная, что сказать. Ее лицо пошло пятнами. Хам! Как человек может быть НАСТОЛЬКО невежливым? Да пусть он хоть Президент, какое он имеет право так говорить?! Она вскочила и с размаху хлестнула мужчину по щеке. Однако тот успел подставить под ее руку ладонь, так что получился лишь неприлично громкий хлопок. Несколько человек, стоящих поближе, обернулись на звук, и Рора почувствовала, что на ее глаза наворачиваются бессильные слезы. Скотина! Животное! Да как он смеет?
– Так, значит? – яростно прошипела она. – И кто же говорит? Мелкий чинуша, который боится даже заговорить с посторонними, прячущийся от всех в темном углу? Ты на себя посмотри! Вкалываешь каждый день от зари до зари, уходишь с работы позже начальства, чтобы свою преданность фирме продемонстрировать! Ни жены, ни любовницы – на них времени нет, да и жалованье мизерное, даже в приличный ресторан сводить женщину не сможешь!… Неудачник!
– Замечательный психоанализ! – внезапно рассмеялся мужчина. Он встал, оказавшись едва ли не на голову ниже Роры, и поклонился. – Спасибо, госпожа, за тираду. Ты сердишься – значит, еще не до конца потеряна. Если задумаешься о жизни всерьез, авось да выберешься на верную дорогу. Не хочешь, кстати, ко мне в любовницы пойти? Ты меня жизни научишь, а мне с тобой не стыдно на людях показаться. Самооценка у меня повысится, от людей шарахаться перестану. А?
Второй раз на пощечины Рора размениваться не стала – на курсах самообороны ей показывали, как правильно ударить человека в нос, чтобы доставить ему максимально болезненные ощущения. Однако мужчина с легкостью уклонился от ее кулачка и перехватил ее за запястье твердой хваткой. Рора дернулась, но вырвать руку не смогла. Краем глаза она заметила, что на них оборачивается все больше народа.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
