торопясь уходить.
Локхарт перевёл взгляд с камеры на толпу, и улыбка сошла с его лица, сменившись удивлением.
— Господи, это же Гарри Поттер!
— Гарри Поттер? — Среагировал на эти слова фотограф. Он быстро развернулся и сцапал не ожидавшего такого обращения Поттера за плечо, после чего буквально вытолкнул поближе к Локхарту. — Готовы?
Гилдерой тоже не стал скромничать и притянул «жертву» к себе буквально за шкирку.
— Улыбайся, Гарри. Мы украсим первую полосу.
Растерянный Поттер посмотрел на меня, на что я показал ему кулак с поднятым большим пальцем. Это успокоило «звезду сцены», и когда вспышка осветила его, он уже излучал уверенность и сдержанное достоинство. Ну, насколько это позволяла рука Локхарта, крепко держащая его за шкирку.
— Леди и джентльмены, какой необыкновенный момент. Когда юный Гарри зашёл в магазин Флориш и Блоттс, чтобы купить мою новую книгу «Помни только лучшее», он и представить себе не мог, что получит возможность избавиться от всех тревожных воспоминаний… бесплатно!
Народ зарукоплескал, а Локхарт отошёл от Гарри на пару шагов, достал волшебную палочку и использовал какое-то невербальное заклинание. Поттер повёл себя как лох и не сделал даже попытки уклониться. Впрочем, ничего страшного с ним не произошло. Вылетевший из палочки светящийся сгусток отрикошетил от его лба и попал в самого Локхарта. Тот вздрогнул, а потом расплылся в довольной улыбке.
— Гарри, скажи мне, как умерли твои родители? — Задал он бестактный вопрос.
— Я не помню, сэр. — Нахмурился победитель Тёмного Лорда.
— Вот видите? — Радостно обратился Локхарт к публике. — Он не помнит! — Толпа начала радостно рукоплескать. — Изобретённое мной заклинание позволяет стирать только тёмные и тревожные воспоминания, не трогая всё самое светлое и счастливое, что было в вашей жизни. Благодаря этому люди получают возможность стать счастливыми. Даже если ваша жизнь полна трудностей, еженедельные групповые сеансы, проводимые мной по воскресеньям, избавят вас от депрессии и вернут улыбки на ваши лица.
Я с интересом осмотрелся и убедился в том, что большая часть окружающих действительно выглядит радостной и счастливой. А то, что это скорее была радость обдолбавшегося наркомана, было лишь незначительной деталью. Похоже, Локхарт задумался над тем советом, что я дал ему год назад, и творчески переработал мою идею.
— Гарри, также, я дарю тебе полное собрание моих сочинений с моими же автографами. — Из-за спины Локхарта выскочил работник магазина с готовой стопкой книг. — Держи. И ещё один снимок.
После того, как фотограф запечатлел Поттера в обнимку с книгами и стоящим рядом Локхартом, великий писатель потерял к великому герою всякий интерес и вытолкнул того в толпу.
— А сейчас, леди, я буду раздавать автографы…
Я не стал слушать болтовню «златопуста» и потянул Гарри к выходу. Гермиона и её родители последовали за нами. И если в глазах взрослых было непонимание вперемешку с тревогой, то их чадо томно вздыхало и лыбилось, пребывая в эротических мечтах, в которых будущий преподаватель ЗОТИ занимал не последнее место. Я же с интересом осматривал лоб Поттера. Оказывается, тот обладает волшебной способностью отражать заклинания. И это никак не было связано с крестражем Волдеморта. Точнее, именно из-за этой способности Авада и отрикошетила от младенца, вернувшись отправителю. Не знаю, в чём причина этой аномалии, но её точно стоит исследовать.
А ещё, я понял, почему старшая Уизлиха так горячо поприветствовала Поттера, но при этом напрочь проигнорировала меня. Видать, ей Локхарт основательно память потёр, вот она и не помнит ничего про смерть своего сына и прочие неприятности, свалившиеся на её семью в Хогвартсе.
К счастью, несмотря на всю эту суету, мы смогли затовариться школьными учебниками у небольшого прилавка рядом со входом в магазин. Покупка всех прочих принадлежностей к школе тоже не заняла много времени. А вот потом встал вопрос, куда податься дальше.
Гермиона и её родители вернулись к себе домой. За время путешествия я уделил достаточное время дрессировке Гермионы, чтобы она научилась с первого взгляда определять наличие в еде и напитках зелий и разного рода магии, так что за её судьбу я был спокоен. Дополнительно на дом Грейнджеров были наложены заклинания, защищающие от проникновения нежелательных гостей, включая безумных домовиков.
Гарри так и остался бомжом, так как официально не мог приобрести дом в собственность. Впрочем, после моей подсказки он купил себе палатку с расширенным пространством. Внутри она была обставлена со всеми удобствами, так что надобность именно в доме отпала. Тем более, что Поттер уже освоился с походно-полевой жизнью и добычей подножного корма.
Я мог бы вернуться в дом своих родителей, но не имел особого желания тратить время на «социальные взаимодействия». То есть не хотел изображать их любящего сына. А потому, я тоже поселился в личной палатке по соседству с Гарри. Тот сначала обрадовался, что наше турне закончилось, а потом взвыл, потому что Донг Ту Ченг плотно насел на него с тренировками. Теперь у юного превозмогатора не было оправдания в виде учёбы или общения с Грейнджерами, так что впахивал он от рассвета до заката и дополнительно всю ночь напролёт.
Блокнот, вовремя вручённый Драко Малфою, позволил нам начать переписку. Мне не составило большого труда подбить юного аристократа на побег из дома с целью развлечься в мире маглов. На него тоже с утра до вечера наседали всякого рода учителя и репетиторы, так что желание сбежать возникло у Малфоя вовсе не из-за меня.
— Привет, Драко. Рад тебя видеть. — Поздоровался я с наследником Малфоев, вылетевшим из камина как пробка от шампанского. — Ты там живой?
— Не дождётесь. — Прокряхтел тот, поднимаясь на ноги. — Дункан, Гарри, привет. Что это за камин?
— Публичный камин в одной деревеньке. Тут редко кто бывает, так что никто не заметит твоего появления. Родители тебя точно не хватятся?
— Нет. Я сказал, что пошёл в гости к Крэббу. Тот меня прикроет.
— Окей… — С сомнением протянул я. Впрочем, не мои проблемы. — Тогда отправляемся. Первым пунктом у нас стоит кино. Я арендовал кинотеатр, так что посмотрим пару фильмов в нормальной обстановке, приличествующей наследникам древних родов.
Мы вышли из заброшенного дома, и я указал на лежащий на лужайке ковёр.
— Садитесь.
— Куда? — Непонимающе начал вертеть головой
