в 976 году империя уступила Давиту земли вокруг Карина (Эрзерума) лишь с условием, что после его смерти заберет их обратно.
Но может возникнуть вопрос: был ли константинопольский двор вполне уверен, что эти обещания будут выполнены? Не думал ли Давит освободиться от обязательств, которые он неосторожно дал? Не вернулся ли он к прежнему намерению передать свое наследство Баграту III Абхазскому? Какими бы ни были ответы, известно лишь, что в 1000 году, 31 марта, в день армянской Пасхи Давит трагически умер. Асохик пишет об этом сдержанно, но Матвей Эдесский выражает свои чувства откровеннее. Он пишет так: «Против Давита был составлен мерзкий заговор. Знатные люди, его придворные, подражая Каину, подтолкнули грузинского архиепископа Илариона к осуществлению их преступного замысла. А тот, второй раз распиная Христа, подмешал яд в животворные кровь и тело Христовы и превратил источник спасения в источник смерти. Отслужив человекоубийственную обедню, он вложил в рот святого царя отравленную частицу просфоры и сделал это в присутствии Бога, посреди церкви. Давит сразу заметил это преступление, но промолчал и только принял противоядие, чтобы угасить мучившие его боли. Жестокий Иларион, настойчиво продолжая свой гнусный план, вошел в спальню Давита, когда тот глубоко спал, вынул из-под его головы подушку, положил ее ему на лицо и, с силой надавив на нее, задушил Давита». Аристакес Ластивертци пишет короче и сообщает, что «солдаты из Таика налили в потир смертельный яд и заставили блаженного Давита выпить эту отраву». Но этот историк прибавляет важнейшую подробность: «Так они, устав от Давита и соблазнившись вознаграждениями, которых ждали, поскольку их обещал император, избавились от своего государя». Значит, преступление было совершено по подсказке Василия II. Правда, Матвей из Эдессы добавил к своему рассказу, что позже Василий II велел утопить Илариона и тот был брошен в море с большим камнем на шее и что таким же образом император казнил аристократов-подстрекателей. Но возможно, император просто желал быстро избавиться от сообщников, которые могли слишком много рассказать. В любом случае спешка, с которой Василий II явился завладеть наследством Давита, выглядит нелицеприятно. Хонигман, проницательный судья, убежден, что император был подстрекателем убийц.
Армения примерно в 1000 г.
Смерть Давита Таикского глубоко взволновала армянский народ. «Это был правитель более мягкосердечный и миролюбивый, чем любой другой его современник. Он сохранил мир в Армении и Грузии и сделал их процветающими», – произнес о нем надгробное слово Асохик. И этот летописец, уроженец Тарона, добавляет (правда, немного преувеличивая), что благодаря Давиту все шумы войны затихли, потому что Давит одержал победу над всеми соседними народами и все цари добровольно признали его верховенство. Аристакес Ластивертци тоже описывает его как «сильного государя, благодетеля своей страны, друга бедняков, щедрого и поистине миролюбивого, при котором каждый, как сказано в пророчестве, отдыхал под своей виноградной лозой и под своей оливой».
Аннексия императором Василием II наследства Давита
Василий II ехал зимовать в Тарс, в Киликию, когда узнал («очень быстро», – пишет Шлюмберже, и, кажется, слишком быстро) о смерти куропалата Давита. Хотя император торопился приехать в Таик, он смог это сделать лишь в июне. Боясь, что царь Абхазии Баграт III будет против, император привел с собой многочисленную армию. Когда он проходил мимо Мелитены (Малатьи), там еще раз мог возникнуть вопрос о религии – этот постоянный источник раздражения. Мы уже знаем, что греческий митрополит Севастии как раз перед этим подверг придиркам и даже преследованиям армянских священников на подчиненной ему территории. Духовенство Мелитены, выходя навстречу Василию, ожидало его с тревогой. Но император, не желая начинать поход новыми обидами, «указал, что все религиозные обряды могут исполняться свободно, и разрешил бить в jamahar», то есть било[439], чтобы созывать верующих в церковь.
Покидая Мелитену, Василий II переправился через Евфрат, затем быстро прошел через область Ханзит (где главным городом был Харпут) и область вокруг города Балу. В день Преображения (7 июля 1000 г.) император миновал гору Кохер, позже Корер-Даг, на правом берегу реки Гёник-Су, выше Алекрека, или Алкирака. По словам Асохика, этот горный массив разделяет Хаштеанк, Дзопк и Хордсен. Оттуда он вошел в провинцию Аршамуник и прибыл в один из ее городов, называвшийся Эрез, или Эриза, и стоявший у места впадения в Евфрат реки Гайл, в древности называвшейся Ликос. В Эрезе Василия II посетил, чтобы поклясться ему в верности, самый сильный из местных мусульманских владетелей эмир-марванид Мумаххид ад-Даула Абу-Мансур Саид, правитель Майяфарикина. Василий дал этому курду звание магистра, взял его под свою защиту и поручил имперским войскам Четвертой Армении и Тарона идти на помощь этому новому вассалу империи по любой его просьбе. Продолжая путь, император оказался в горной области Хавчич, у самых истоков Аракса. Туда к нему приехали с визитом царь абхазов Баграт III и отец этого царя Гурген, царь Грузии. Незачем говорить, как велико было значение этого визита: мы уже знаем, что именно Баграта III Давит Таикский назвал своим будущим преемником. Значит, Баграт отказывался предъявлять свои права и признавал Таик частью империи. Разумеется, Василий II принял его с величайшими почестями и дал ему титул куропалата, а его отцу – титул магистра.
В тот день, когда эти два грузинских государя уезжали от Василия II, в лагере императора произошла драка между русскими солдатами его вспомогательных войск и знатными людьми из Таика, бывшими подданными куропалата Давита, приехавшими к императору с визитом. «Один из русских солдат пошел искать корм для своего коня. А один грузин (из Таика) захотел вырвать у него из рук этот корм. Грузины убили русского. Русские (их было 6000) взялись за оружие. Таикцы поступили так же, но были побеждены, и многие из их знатных людей были убиты», – сообщает Асохик. Аристакес Ластивертци уточняет, что убитых было больше тридцати, и оценивает смерть господ из Таика как заслуженное возмездие за участие в отравлении их государя, куропалата Давита. «Правосудие Бога воздало им по их делам. Ни один знатный господин из Таика не спасся. Все они заплатили мгновенной смертью за свое преступление».
Когда Василий II уже готовился продолжить путь, он увидел, что к нему подъезжают прибывшие с визитом молодой царь Карса, или Вананда, Абас, «великолепный всадник, наделенный воинственной красотой», и Сенекерим-Ховханнес, князь Рештуника из рода васпураканских Арцруни. Вскоре к ним присоединился старший брат Сенекерима-Ховханнеса, Гурген-Хачик, владетель Андзевацика и царь Васпуракана. Василий II щедро одарил их почестями и не поскупился на подарки, среди которых были кони, мулы, блестящие одежды
