Крис передал, что у Домана есть какая-то квартира для нас. Трехкомнатная.
8 февраля
Сегодня не очень хорошо — живот и спина, да и ноги чужие.
Сегодня звонил Норман из Рима.
Устал я сегодня.
Сюжет для Пио: Некто любит совсем юную девушку. Чтобы добиться ее любви и чтобы сделать ее заведомо счастливой, он реализует «предсказанное» ей и тем самым заставляет, вернее, организует счастье на двоих. Она узнает об этом (о тайне «алых парусов») и, оскорбленная, разрушает эфемерный замок их счастья. Ибо он лишил ее права осуществить свободу воли. Как бы детектив, но не материальный, но на уровне высоких чувств. Кстати, это совсем не плохо. И раскручиваться сюжет должен по принципу детективного романа.
9 февраля
Сегодня до трех дня был все время на ногах. Устал. Вечером был Леон Ш[варценберг]. Сказал, что с онемением, будто бы, все в порядке (в смысле так и должно быть)… Ха-ха-ха…
Надо немедленно писать заявку Пио и для фильма «St. Antonio».
10 февраля
Не очень хорошо.
Вечером был Леон: сделал укол каким-то лекарством и уехал в Америку. Интересно, действительно там есть новости по поводу лечения рака?
11 февраля
Сегодня плохо себя чувствовал. Все болит.
Андрюша с Ларой смотрели квартиру Домана. Очень хорошая, но без мебели, даже без плиты на кухне. Тяпе очень понравилось.
12 февраля
Убили бывшего sindaco Флоренции. Того самого, кто подарил нам квартиру. «Кр[асные] Бригады». Итальянцы выселяют из Флоренции всех иностранцев.
13 февраля
Болят, зябнут ноги.
Читаю гениальную «Анну Каренину».
14 февраля
Сегодня день рождения Анны Семеновны.
Есть запрос от Ширака на имя Алена (Мальро) по поводу квартиры — сколько народу и т. д. Это хороший знак.
15 февраля
Вечером был Крис Маркер. Привез подарок от Домана — наушники для прослушивания музыки. Что он хочет от меня?
Сложности с паспортами и квартирой: до сих пор неясно — что это? Будет или нет?
Приехал Кшиштоф Занусси: Андрюша ходил с ним на выставку «Париж — Вена» и на фильм Феллини.
16 февраля
Завтра — написать заявку для Пио — Кора.
17 февраля
Вернулся из Америки Леон. Был сегодня и сделал укол. Рассказывал о новом американском способе лечения рака — о том, что говорил Слава Ростропович. Леон говорит, что это очень мучительный курс и что к раку легких они его не применяли. Американцы, в свою очередь, очень заинтересовались методом Леона: химиотерапия одновременно с радиотерапией, о чем американцы ничего до сих пор не знали.
18 февраля
Был Леон. В воскресенье, видимо, я снова отправляюсь в клинику.
Сегодня был Брессон. Очень мило поговорили. Он был очарователен. Обещал прийти еще как-нибудь.
20 февраля
Тоска. Болит голова.
Тоска, тоска!
Звонил Володя Максимов. <…>
Звонил Михал. Боится, что слишком медленно идет перезапись. (Надо позвонить Доману и сказать ему, что если он хочет иметь фильм к Каннам, то он должен нажать на Анну-Лену, которая ничего не делает, чтобы успеть вовремя.)
22 февраля
Утром разговаривал с Софией из Стокгольма.
Из Москвы приехал Никита Михалков и хочет меня видеть. Я не хочу.
Тут как-то Отар Иоселиани объявился. Написал письмо. Я не хочу никого видеть.
Кажется, Слава Ростропович дал согласие Комитету дать концерт в мою пользу.
Завтра — снова в клинику.
23 февраля больница Сарсель
Снова в больницу.
Слава Ростропович дал согласие Комитету дать концерт в его пользу.
24 февраля
Ужасный день. Страшная реакция на химиотерапию. Не смог даже сделать ни рентгена, ни облучения.
Звонил Анджей Вайда и хочет меня видеть. Он на неделю в Париже.
25 февраля Сегодня лучше. Сделали рентген и облучение. Врач сказал (д-р Бенбунан), что опухоль и на голове и в груди сократилась на три четверти. Он очень доволен. Хотя вчера! Это тошнота, отчаяние, не боль, а страх, животный ужас, и отсутствие надежды — непередаваемы, как страшные сны. А это не было сном.
Не забыть сказать Ларисе о необходимости Анне Семеновне и Тяпе пойти с паспортами в консульство.
26 февраля
«По определению Жуковского, русская поэзия „есть Бог в святых местах земли“».
(Дмитрий Бобышев. «Континент» 44)
«Художник Малевич в свое время составил проект „Культ Ленина“, в котором, в частности, предлагал, чтобы каждый коммунист хранил у себя дома куб — „как напоминание о вечном уроке ленинизма“».
(Из книги Геллера «Машина и винтики») 27 февраля
Очень плохо.
28 февраля
Очень плохо.
Март 1986
1 марта rue Claude Terrasse
Переезд домой, в Claude Terrasse. На этот раз было хуже, чем всегда. Один раз — вчера — ездил на процедуры на каталке. Кажется, Леон дал мне чересчур много всего, понадеявшись, что я хорошо переношу лечение. Но на этот раз было хуже, чем всегда, во много раз. В 1.30 уезжаю домой. Надолго ли?
Сегодня на ночь принял два снотворных — и ничего. Проснулся среди ночи — ужасно болит грудь. И уже не мог заснуть больше. А до этого снилось, что кто-то, вернее, много разных людей демонстрируют (как по телевидению) какие-то предметы, посуду и черт-те что. Без конца. Вроде телевизионного каталога продажи какой-то бытовой ерунды. Ужас…
2 марта
Немыслимо болело все после процедур. Ночью не сомкнул глаз. Вечером пришел Леон, мой ангел-хранитель. Сказал, что на этот раз были очень сильные дозы и химии, и радиотерапии. Выписал мне болеутоляющее и снотворное. Слава Богу, удачно. Я и поспал, и боль уменьшилась почти совсем.
3 марта
Плохо. Принимал болеутоляющее.
Наташа прислала Флобера — «Искушение св. Антония».
Появилась возможность на три месяца получить бесплатно квартиру в Версале (домик). Это дом матери подруги Криса Маркера. Но — далеко. Как будет ездить Леон и учительница к Андрюше?
Утром вернулся Андрюша. Ездил с Шарлем к нему в имение (150–200 км). Говорит, очень красиво.
Кажется и В. Н. получил квартиру.
4 марта
Плохо.
5 марта
Плохо. Думал, что от лекарств болит селезенка, а сейчас мне кажется, что это нижняя доля левого легкого. После облучения?
Звонил Боровский Витя. Собираются с Джудит приехать в Париж.
