– Мы? – еще раз повторил Най.
– Конечно, я пойду с ним, – выдохнул Забини. – Я же люблю его!
***
В поместье стояла гробовая тишина, когда Гарри в него вернулся. Беседа с Блейзом вышла какая-то не хорошая. Он добился помощи, которая ему и была нужна, однако недосказанности, признание Забини, а так же осознание того, что в ответ на помощь бывший любовник получит смерть, угнетали его. Гарри хотел плюнуть на все, запереться в своей комнате и не выходить несколько дней, быть может, порыдать в подушку, выпустить свою злость и отчаяние. Он ненавидел свою жизнь. И виноват в этом был Волдеморт.
Все в жизни Гарри всегда вертелось вокруг Марволо и его чувств. Ненависть-любовь Волдеморта сводила с ума их обоих, заставляя делать вещи, которые они никогда не сделали бы, если бы речь шла о ком-то другом. Поттер поднялся к себе и яростно захлопнул дверь спальни перед носами Долохова и Вишневецкого, которые попытались обсудить с ним какие-то дела. Рабастан оставил объект наблюдений еще на лестнице, сразу поняв по его измотанному лицу, что никуда они уже сегодня не пойдут.
– Я принес каталог мебели! – крикнул из-за двери Тони. – Разве мы не собирались обновить обстановку в доме?
Старый друг потоптался немного у дверей, ожидая ответа. Однако в комнате царила тишина. Он вздохнул и ушел, утянув за собой и вампира. Поттер прислушался к шагам в коридоре. Гарри хотел тишины и одиночества. Ему сейчас было точно не до ремонта в поместье. И дело было даже не в деньгах, которые можно было бы выделить. Он тяжело вздохнул и прошел к трюмо, стягивая с себя украшения. Однако домашние сегодня явно не хотели оставлять его одного. Моргана нетерпеливо ожидала своего своенравного потомка, удобно разместившись в картине.
– Ты подумал над моим предложением? – нетерпеливо потребовала ответа она.
– Да, – ответил Поттер, пожав плечами. – Я уже десять лет мечтаю вылечиться, мне не сложно дать Мерлину прощение.
Ведьма торжествующе усмехнулась.
– Отлично! Тогда вы непременно должны встретиться в ближайшее время.
– Хоть завтра, – отмахнулся от нее Певерелл и накинул на портрет снятую мантию.
Он немного подумал, а потом заглянул в соседнюю комнату. Видеть Волдеморта одновременно и хотелось, и не хотелось. Это было занятное чувство, потому что Марволо раньше хотелось видеть всегда. Однако конфетная любовь определенно не могла существовать между ними. Их чувства были гранью острого ножа. Может быть, хорошо, что в итоге все сложилось так, как сложилось, иначе могло бы стать еще хуже. Темного Лорда не оказалось ни в спальне, ни в кабинете, и Гарри бросил попытки найти его. Не хватало ему еще носиться по дому в поисках любовника.
Молодой мужчина упал на постель, так и не раздевшись, и вскоре задремал. Ему снился Париж шестидесятилетней давности. Регулус, совсем молодой в смешной лиловой мантии пил огневиски с кем-то на спор, а Найджелус Певерелл, девятнадцатилетний воротила магического мира, брезгливо морщился и ругался. Ссора быстро переросла в драку, как у них не раз бывало в начале отношений. Блек сказал что-то отвратительное и со всего маху бросил в любовника бутылку. Она угодила в лоб, и от боли на глазах Гарри выступили слезы. Он мгновенно проснулся и схватился за раздираемую болью голову, которая после пробуждения неожиданно заболела лишь сильнее.
Гарри провел рукой по лбу и на ладони остался след от крови. Шрам набух и пульсировал. Поттер мгновенно понял, что происходящее резко отличается от тех случаев, когда шрам болел из-за гнева Лорда. Тому было больно, с ним что-то случилось, именно поэтому ментальные щиты, установленные много лет назад с таким трудом, пали. Хотя, должно быть, понадобилось какое-то время, чтобы уничтожить их.
По щелчку пальцев перед постелью появился домовой эльф.
– Где Марволо? – потребовал ответа Гарри. Домовики продолжали звать так Темного Лорда, не смотря ни на что.
– Его нет в поместье, – испуганно сказал эльф.
– Найди его! – закричал Поттер, вскакивая с постели.
Он пошатнулся, перед глазами расплылись красные пятна. Домовик исчез. Боль глушила мысли, отбивая барабанной дробью непонятный ритм в голове. Гарри знал, что это лишь отголосок того, что испытывает Волдеморт, и от знания становилось жутко. Гарри не понимал, что могло произойти? Он был уверен, что в девяносто шестом с Темным Лордом не случалось ничего плохого, тот активно укреплял власть в министерстве. Никаких сражений, никаких встреч с Дамблдором, а ведь теперь только Альбус представлял для Волдеморта угрозу.
Эльф появился и, кланяясь, сообщил:
– Динки нашел хозяина Марволо.
Гарри быстро накинул на себя мантию.
– Отнеси меня к нему! Поторопись!
Эльф схватил хозяина за руку и увлек в водоворот магического путешествия. Секунду спустя они стояли в каком-то темном помещении. Их окружали серые каменные стены. Гарри не заметил ни окон, ни дверей, казалось, из комнаты не было выхода. Он сразу почувствовал холод, здесь было словно в морозильнике. Волдеморт лежал на полу посреди этой странной комнаты, не было похоже, что ему больно, казалось, будто он просто спит. Однако то, что творилось с головой у Поттера, опровергало это. Младший волшебник не стал тратить время на то, чтобы осмотреться получше. Он сразу же упал на колени перед Темным Лордом и бросил несколько диагностических заклинаний. Результат получился совершенно невразумительный. Гарри нахмурился и применил еще несколько более сложных чар. Он все же был целителем и знал о лечебной магии немало. Однако заклинания упорно показывали, что у пациента нет физических повреждений.
И тогда Гарри с ужасом понял, что Волдеморт, должно быть, создал еще один хоркрукс. У Поттера на мгновение опустились руки. Том действительно мог это сделать? Нет… Марволо действительно мог это сделать после всего, что произошло с ними в последнее время? После публичного объявления помолвки? После всех их совместных ночей? После признания в любви? Это было хуже предательства, и Гарри на секунду подумал, что расплачется, однако боль в голове не дала отвлечься.
– Динки, отнеси нас домой, – приказал Гарри хриплым от накатившего отчаяния голосом. Эльф послушно пискнул. Он схватил хозяев за руки и последним, что увидел Гарри в комнате перед тем, как покинуть ее, был сломанный медальон Слизерина. Покореженный хоркрукс валялся на полу.
По прибытии они упали прямо на кровать Гарри. Поттер в крайнем изумлении посмотрел на волшебника перед ним, но у него не было времени на раздумья. Магия души требовала совершенно особых целительных чар, тем более Гарри не знал, что именно любовник сделал с собой. К счастью, в свое время лорд Певерелл изучил множество различных вариантов нестандартного лечения. Все свои знания он поспешил применить к Волдеморту.
