Он уже даже перестал удивляться тому, что делает. Любовь любовью, но ведь Темный Лорд был его врагом. Да любой бы, получив в свои руки беспомощного Волдеморта, воспользовался бы ситуацией с выгодой для себя. Какой еще волшебник на этой грешной земле стал бы лечить его бескорыстно, ни на что не рассчитывая в благодарность? Просто потому, что любит Темного Лорда?
Через час боль прекратилась. Гарри справедливо считал, что без его усилий она продлилась бы дольше. Под изумленным взглядом уставшего целителя внешность Лорда медленно менялась. Все тело начало трястись в судорогах, так что Поттеру пришлось поспешно наложить обездвиживающее заклятие. Он сел на край постели и просто смотрел. Он ничего не мог бы с этим поделать, да и не хотел. Вскоре Волдеморт прекратил дергаться. С хриплым выдохом он обессилено опрокинулся на подушки.
На смятой постели теперь лежал юноша лет двадцати пяти. Точно такой же, каким Гарри видел его не так давно, когда Лорд оживил кусок души из медальона. Поттер с трепетом провел по щеке все еще бессознательного Марволо.
Гарри не знал, как Волдеморту это удалось, но он слил свою основную душу с кусочком, заключенным в реликвии Мраксов.
Темный Лорд медленно открыл глаза. Радужка оставалась красной, однако Гарри все равно не мог перестать жадно осматривать любимое лицо. Марволо с трудом усмехнулся.
– Нравится? – хрипло уточнил он.
Гарри отстранился и поспешно налил воды из графина. Он помог любовнику приподняться и напоил его.
– Знаешь же, что да, – хмуро ответил он. – Но тебе не обязательно было делать это. Я же сказал, что внешность не важна. И все же я рад, что ты хотя бы немного восстановил свою душу. Расскажешь, как тебе это удалось?
– Разве ты не знаешь? Нужно было просто раскаяться, – усмехнулся Волдеморт. – Не думай, что я сделал это ради тебя. У меня есть причины поважнее, чем ублажать тебя своим прекрасным лицом.
– Так ты раскаиваешься? Разве можно сделать это специально? – с сомнением протянул Поттер, пропуская мимо ушей остальное. Он непроизвольно поправил подушки и произнес еще парочку заклинаний, которые могли помочь любовнику. – Нужно будет выпить несколько зелий, – пробормотал он.
– Ты сомневаешься в моем гении? – высокомерно уточнил Марволо.
У Гарри перехватило дыхание на миг. Ему пришлось сжать кулаки, чтобы прийти в себя. Пусть Волдеморт вернул себе внешность и часть души, волшебник перед ним все еще оставался Темным Лордом. Убийцей и хитрецом, который без сомнения попытается использовать любую слабость Поттера. Не стоило таять под его насмешливым взглядом. Но Гарри нравился этот взгляд. В конце концов, дело ведь действительно было не только в потрясающей внешности.
Глава 53
Гарри пришлось сходить с лабораторию за зельями, а когда он вернулся, Темный Лорд спал. Поттер вздрогнул. Картина была настолько умиротворенная, что становилось не по себе. Колыхающиеся теплым летним ветерком занавески на открытом окне. Теплый свет свечей. И пение кузнечиков с улицы. Еще больше смущала новая-старая внешность возлюбленного. Гарри отставил зелья и, чуть поколебавшись, лег рядом, рассматривая лицо соседа по постели. На этот раз он не стал протягивать руку и прикасаться. Ему и не хотелось. Просто сравнить и полюбоваться в тишине казалось более чем достаточно. Это был не тот ребенок Марволо, которого Гарри видел в Тайной комнате. Темный Лорд выглядел как молодой мужчина. Исчезла детская округлость щек, появились первые морщинки. Откровенно говоря, таким он был еще привлекательнее. Его красота расцвела. Как же Гарри было жаль, что он не справился, не смог остаться со своим любимым на всю жизнь, увидеть его таким. Стоило поблагодарить кого-то за второй шанс?
Часы тикали на полке, а он все лежал, рассматривая спящего, жалея себя и его. А стоило ли это жалости? Гарри вдруг вспомнил деревеньку оборотней: голодных детей, оборванных женщин и отчаяние в глазах мужчин, которые не могли помочь и защитить своих любимых. Гарри вспомнил себя в одиннадцать лет: темный чулан, одиночество и казавшиеся тогда несбыточными мечты. Вот это достойно жалости. Если бы тот Гарри увидел себя нынешнего, он бы себя ударил. Как можно плакаться над своей жалкой судьбой, обладая столь многим?
Да, не в деньгах счастье, но все же…
Теперь у него были семья и друзья: Сириус, Тони, Ремус и другие. Он давно не был одинок, всегда находились люди, которые поддерживали его. У него было золото и свой дом, в котором он мог защитить дорогих людей, накормить голодных и помочь нуждающимся. Рядом практически всегда находился любимый человек. Пусть Том теперь не чувствовал того же, что и Гарри, однако в нем было больше привязанности к Поттеру, чем к любому другому живому существу. Даже если это являлось лишь малой частью того, чем Гарри эгоистично не наслаждался в сороковые… Разве тогда Гарри считал себя абсолютно счастливым? В те годы он мучился из-за возраста любовника, из-за опасений за его будущее, из-за Регулуса… Есть ли вообще понятие полного счастья? Можно ли обладать всем, чем желаешь?
Гарри усмехнулся. Следовало радоваться тому, что есть. Это ведь тоже уже не мало. А ведь и этого могло не быть. Чтобы он ощутил, если бы все же вернулся в девяностые, которые никогда не знали Волдеморта? Что, если бы Марволо действительно перевоспитался? Велика вероятность, что он просто не дожил бы до возвращения своего возлюбленного. Мир без Марволо, мир без Волдеморта. Гарри не умел и не хотел жить в таком мире. Скорей всего, он просто покончил бы с собой от отчаяния. Простой вывод. Поттер понял, что ощущение чего-то теплого затапливает его. Он потянулся вперед и поцеловал Темного Лорда в нос. Том приоткрыл глаза и вопросительно посмотрел на него. Радужка была красная, не того чудесного темного цвета, как в детстве. Но имело ли это значение, если выражение лица и глаз было таким до боли знакомым?
– Я люблю тебя, – прошептал Гарри ему практически в губы.
– Я знаю, – лениво улыбнулся Лорд.
Он запустил руку в волосы любовника и притянул его к себе еще ближе. Мгновение спустя он перетянул Гарри на себя, и они поцеловались. В поцелуях внезапно не было ни жестокости, ни отчаяния. Жадность, страсть, капелька нежности и знание. Том усмехнулся в поцелуй. Они оба знали, что им некуда деваться друг от друга. Судьба связала их давным-давно. И даже не ясно, кого к кому раньше. Кажется, пришла пора смириться с этим.
***
Утром Долохов и Вишневецкий, зашедшие в кабинет отчитаться о делах, застали необычную картину. Лорд Певерелл бодро разбирал какие-то документы, мурлыкая вместе со старым волшебным патефоном веселую песенку. Никто из них даже не подозревал, что у Гарри в поместье вообще есть патефон и пластинки к нему. На лице Поттера была легкая улыбка, которую он тут же спрятал, когда увидел вошедших.
