– Апатии, равнодушия, покорности, – пожал плечами Поттер, отводя от Блейза взгляд. Забини предстояли нелегкие годы. Гарри сомневался, что молодой волшебник перед ним будет еще когда-нибудь хоть немного счастлив. Любовник испортит ему весь остаток жизни. – Но это продлится только около полугода, потом… сам узнаешь, что будет потом. Просто всегда помни, что я безумно благодарен тебе за то, что ты делал для меня до самого последнего момента.
– Звучит зловеще, – фыркнул Сириус, чтобы немного разрядить обстановку.
Гарри посмотрел Забини в глаза, и тот взглянул в ответ. Они замерли на несколько минут, прежде чем Блейз сказал:
– Я люблю его, уверен, что он до последнего будет любить меня.
Гарри опустил веки. На секунду волна боли, вины и отчаяния затопила его, но ему удалось справиться с собой. Он знал, что ничего не сможет изменить. Ни к чему сейчас было говорить бывшему любовнику о том, какая Гарри Поттер свинья. Разве это заставит разлюбить? Гарри на собственном опыте знал, что нет.
– Так, Гарри, расскажи, когда ты успел научиться всем этим аристократическим штучкам? – спросил Сириус, опять прерывая тишину. Он взял бокал с напитком и отпил немного. – В шестнадцать у тебя были манеры мартышки, а насколько я понял из дневника Арктуруса Блека, он познакомился с тобой, когда ты уже был обучен всем правилам поведения молодого аристократа. Мой дедушка описывает тебя одним емким словом.
– Каким? – вскинул брови Гарри.
– Безупречно, – усмехнулся Блек.
– Мило с его стороны, учитывая, что в начале знакомства мы не особо дружелюбно относились друг к другу. Он дико злился из-за моей связи с его братом, – усмехнулся Гарри. Он тоже взял бокал и смочил губы. Поттер улыбнулся своим воспоминаниям. – Перед началом моего путешествия во времени Темный Лорд сказал мне точную дату, когда я должен придти за ним. Не думаю, что он помнит ее, скорей всего, это я сам передам себе через него послание. Однако между нашим с Марволо официальным знакомством и моим появлением в прошлом был разрыв в восемь месяцев.
Гарри на секунду замолчал, уставившись в окно. Как же давно это было, казалось, вечность назад. Он не замечал нетерпения во взглядах своих собеседников, пока Сириус деликатно не откашлялся. Поттер мало рассказывал о своей жизни в тридцатых, только необходимое. Информацию приходилось добывать из старых газет и семейных архивов. Она, естественно, была далеко не полной. Сириус и Блейз считали себя достаточно близкими людьми, чтобы знать подробности.
– Помню, что очнулся в маггловском переулке, в Манчестере.
– Почему там? – озадачился Забини.
– Там мы с тобой жили, – криво усмехнулся Гарри. – Думаю, наш дом еще не был построен, так что обошлось переулком. У меня не было денег, я не знал толком, как жить в тридцатых и к тому же был полубезумен. Если вы думаете, что я побежал спасать магический мир сразу же, то будете глубоко во мне разочарованы. Я ударился в загул. Меня пугало возвращение в магический мир. Магия в то время была для меня, как яд. Волдеморт немного подлечил меня, но страх не прошел. Я жил у девушки… хорошей девушки, – Гарри на секунду задумался, а потом с раскаянием покачал головой. -Не помню даже, как ее зовут. Немного подрабатывал грузчиком или разносчиком. Ничего серьезнее я не умел, да и документов у меня не было. Постепенно я привык к тому, что окружало меня, и буквально утонул в маггловской жизни. Тридцатые… Великая война практически на пороге и все уже знали, что она будет, но надеялись, что она не дойдет до них. Европа оправлялась от последствий кризиса. Жили бедно, но сносно. Первые фильмы ужасов про вампиров и призраков, американские гангстерские киноленты. А музыка? Помню, я и моя девушка ездили в Лондон на выходные и танцевали под песни Эла Боули с другими молодыми и одинокими.
Гарри прикрыл глаза и щелкнул пальцами, прежде чем с улыбкой на губах пропеть пару строк:
– Monday, grapefruit, breakfast and for dinner
And at night some orange juice…
Сириус засмеялся.
– Это песенка Джека Хилтона, – пояснил его крестник. – Как же мне нравились его заводные мотивчики! Эдит Пиаф, Марлен Дитрих… Для вас эти имена значат гораздо меньше, чем для меня. А мода? Девушки того времени были прелестны в своих скромных платьях. Я помню все. Это длилось месяц или два, не знаю. Я не собирался заканчивать свое развлечение. Пока однажды во время очередных лондонских выходных не наткнулся на маленького мальчика. Он был худой, грязный и плакал, к тому же находился в не самом хорошем районе города совсем один. Я спросил, все ли у него в порядке.
– Это был Темный Лорд? – проницательно поинтересовался Блек.
– Да. Представляете, насколько нас связала судьба, что мы оказались на этой чертовой улице одновременно, один на один посреди огромного города? – улыбнулся Гарри. – Хотя сильно сомневаюсь, что он помнит нашу первую встречу. То, каким «безупречным» он увидел меня полгода спустя, полностью отличалось от пьяненького молодого человека около мусорных баков.
– Ты увидел Сам-Знаешь-Кого и вспомнил, что у тебя есть миссия? – вернул его к рассказу Блейз.
– Нет, – покачал головой Поттер. – Но меня поразил его внешний вид. Он был очень похож на меня в его возрасте. И мне стало стыдно, захотелось забрать его в мир, где у такого же мальчика, как я, вдруг появляется все. Я пошел в Гринготтс прямо на следующее утро. Даже с девушкой не попрощался толком, впрочем, не думаю, что она долго обо мне горевала.
– Так что же ты нашел в сейфах Певереллов? – от любопытства Сириус даже приподнялся в кресле.
– Не было никаких сейфов, – фыркнул Гарри. – Сказочка для тех, кто не хочет подумать головой. Гринготтс еще не существовал, когда род Певереллов был истреблен. За тысячу лет по Англии прошло немало гоблинских войн. Вы полагаете, что-то сохранилось бы? Гоблины подтвердили мое наследие и помогли найти старые магические контракты, вот и все. Это было не так уж и сложно.
– Так откуда деньги? – нахмурился Блейз. – Я немного читал о Найджелусе Певерелле, говорят, он едва ли не в золотом доме жил.
– Блейз, ты сейчас сидишь в единственном и неповторимом доме Найджелуса Певерелла, – подмигнул ему Гарри. – Обстановка достойная, но не более того.
– И все же дом ты купил, а это не дешевое удовольствие, – возразил Сириус. – Твои предки зарывали клады или что-то подобное?
– Мои предки изобрели примитивную банковскую систему, – усмехнулся Гарри. – Большинство из них действительно были гениями. Когда стало понятно, что род вымирает, а хранить золото и артефакты в подвалах бессмысленно, они раздали добро другим магическим семьям, естественно, заставив их подписать магический контракт, согласно которому вся сумма должна была вернуться по первому же требованию наследнику семьи. Жалко, не догадались стребовать с должников процент, – зло усмехнулся Поттер. – Некоторые из тех семей тоже исчезли за прошедшее тысячелетие, но у них были наследники, принявшие права и обязанности рода, у других остались просто бесхозные сейфы, кто-то разорился, и не удалось получить ничего. Кстати, Сириус, состояние вашей семьи появилось на основе моих денег. Со всех понемногу и набралась приличная сумма. Труднее оказалось с артефактами. Кое-что, как Дары Смерти, уже гуляло по миру, но большую часть удалось сохранить.
