и распластался по его поверхности.
— Ну ты и тварь, — с презрением глядя на Сандира проговорил он, — чкаан ыхщк тебе в ахща.
Сандир в один стремительный шаг оказался рядом и с сильным размахом отвесил мальчику оплеуху.
— Ой, боюсь, умер от ужаса, скончался от боли, — издевательски проговорил юный дракон и с достоинством выпрямил спину, — меня мама по заднице сильнее хлопала. И что — это все?
Советник вдруг нехорошо улыбнулся. Глядя мальчику в глаза, он медленно отвязал от пояса артефакт пространства и не глядя швырнул его на ближайший стул. Затем ладонь его скользнула по гладкой ткани сюртука, пальцы сжались на тонкой рукояти небольшого кинжала. Риккант с похвальной выдержкой не допустил ни малейшей перемены в своем лице, однако принялся медленно отступать, отталкиваясь руками от столешницы. Сандир вдруг скрипуче засмеялся.
— Что, маленький принц, страшно тебе стало?
Риккант прекрасно понимал, что его провоцируют, поэтому полностью сосредоточился на руках Сандира, игнорируя его оскорбительные реплики. Он видел, что тот вытащил кинжал с небольшим слегка загнутым лезвием и выставил его перед собой.
— Грош цена твоим обещаниям, Сандир, — заметил Риккант, продолжая отступать вокруг стола, — сам ты гнилой и слова твои такие же.
— Что ж ты в таком случае выскочил ко мне из Леса? — С ухмылкой спросил Сандир, двигаясь ему навстречу. — Мог бы там сидеть себе спокойненько, в безопасности. Униженно выпрашивая себе содержание у оборотней.
Риккант отчетливо понимал, что если он остановится — безумец с кинжалом настигнет его, но если будет двигаться дальше, то их разделит поперечная часть стола, достаточно узкая, чтобы Сандир мог перегнуться и нанести удар. Поэтому он метнулся за стол и тут же отступил к стене. Сандир засмеялся снова. Затем будто захлебнулся, замолк, вытер рот тыльной стороной руки и вскинул кинжал повыше. У него слишком высокий рост и достаточно длинные руки, с холодом в груди осознал Риккант, а у меня нет никакого оружия и мозги с горошинку. Действительно, зачем я покинул Лес? Но сразу же вслед за этим он вспомнил про Лиззи — она спасла его от адской боли, вернула к жизни и кто знает не нуждается ли она прямо сейчас в том же самом?
Риккант продолжал отступать, огибая стол, он надеялся добраться до выхода и выскочить наружу. Сандир поменял тактику, делая броски то вправо, то влево и с силой пронизывая лезвием воздух. Мальчик был гибок и подвижен, однако пару раз оно зацепило одежду на плече. Наконец Сандир устал и разозлился.
— Хватит уже бегать! — Зашипел он и принялся карабкаться на стол. — Ты трус! Настоящий дракон не стал бы избегать стычки.
— Настоящий дракон прежде всего дружит с головой, в отличие от тебя, — огрызнулся Риккант и бросился к выходу, стараясь не поворачиваться спиной к Сандиру. Тот мгновенно развернулся, скользнул по столешнице и одним молниеносным движением вонзил кинжал прямо в грудь мальчика. Риккант сжал зубы, подавив вскрик, и вцепился в рукоять кинжала, пытаясь вытащить его. Сандир спрыгнул на землю, подтянул к себе пленника и ударил по рукояти ладонью, углубляя рану. Мальчик побледнел, закачался и резко ослабел.
— Вот так, — удовлетворенно сказал Сандир, вытащил кинжал и принялся неторопливо обтирать его об одежду Рикканта, — он заговоренный, этот кинжал, — пояснил он, — чувствуешь слабость?
Вместо ответа принц всем телом навалился на стол, без удивления наблюдая как его кровь заливает столешницу и струйками стекает на пол. Он изо всех сил пытался удержаться на столе, но сильнейшая слабость сделала его тело мягким и непослушным — он кулем свалился на пол. Сандир больше не смеялся, глядя как подросток двумя руками зажимает рану, пытаясь остановить кровотечение. Склонившись, он подхватил того за плечи и оттащил к стене. Риккант задыхался, его мучало головокружение, оглушала сонливость, хотелось просто закрыть глаза и позволить всему этому закончиться. Вспомнив, что он — дракон, он озлился и неимоверным усилием воли заставил себя остаться в сознании. Сандир равнодушно переступил через его ноги, дошел до дальнего конца шатра и принялся рыться в сундуке с одеждой. Сменив сюртук, он тщательно приладил на пояс ножны с кинжалом и вернулся к выходу.
— Кинжал заговорен магией, — с нажимом проговорил он, сверху вниз глядя на мальчика холодными злыми глазами, — через нанесенные им раны уходит жизненная сила. Ты будешь слабеть, пока не умрешь. Поверь, сопротивляться этому бесполезно, даже малая царапина отправила бы тебя прямиком в мир мертвых. Но с такой раной как у тебя … думаю это произойдет достаточно быстро.
Он вышел и быстро запахнул полог, не давая постовому увидеть раненного.
— Я на вечерний совет к королю, — сухо произнес Сандир, глядя как черный горизонт пожирает последние отблески света, — в шатер не входить и никого не впускать. Если придет кто-то из командиров — пусть ждет меня снаружи. Никого не впускать, ясно?
С этими словами он легким шагом принялся подниматься по тропинке, что выводила из распадка на луг. Оттуда доносились веселые крики, смех, звуки музыки. В темном шатре лежал раненный подросток, который неглубоко и часто дышал, не в силах издать даже звука, чтобы позвать на помощь. «Не закрывать глаза», — мысленно твердил он себе, — «не закрывать глаза, не позволять себе отключиться». Ему было невыносимо холодно, слабость нарастала с каждой минутой, так что вскоре Риккант сполз на пол и распластался на спине. Не закрывать глаза. Не закрывать глаза…
Глава 93
Огромный рыже-дымчатый заяц выскочил на дорогу, приподнялся, чутко принюхиваясь, затем принялся энергично чесать себе бок задней лапой.
— Эва! — Восторженно зашептал скучающий воин, нервно пихая в бок своего товарища. — Заяц! Гляди какой здоровый!
— И чо? Зайцев я что ли не видел? — Буркнул второй, пытаясь отодвинуться, чтобы спокойно подремать.
— Да я тебе чо говорю — это же мясо, прорва мяса, ща мы его легонечко…
Заяц, однако, ждать не стал. Слегка качнув ухом в сторону бормочущих кустов, он опустился на все четыре лапы и что есть духу припустил на луг, предусмотрительно обогнув трактир с левой стороны, чтобы закрыться им от солдат.
— Ушел, — разочарованно протянул воин и вздохнул, — опять эту затхлую кашу жрать придется.
— Уймись, — велел ему второй, — сиди и смотри в оба, сейчас твоя смена.
— Моя-то моя … дык на что глядеть-то теперь?
Ответа не было — товарищ его уже крепко спал. Заяц же тем временем, ловко виляя во все стороны, миновал трактир, взволновал высокую траву и стремительно взлетел на плоский холм. Прижав уши и осторожно высунув мордочку, он огляделся. Праздничные шатры стояли на лугу по
