Сотрудники центр недоумевали, что всё это значит, и лишь один Сток понимал: в Адальире по правую руку от Полярной звезды произошло что-то экстраординарное, что сказалось на энергофоне не только королевства в параллельном мире, но вылилось и в Мир Изначальный…
— Докладывайте, "Капелла"! — крикнул техник, едва связь вновь установилась.
— Я его упустила, — кричала девушка, перебарывая шум помех. — Он ушёл, я нигде его не вижу, тут что-то произошло, электроника сходит с ума, повстанцы применили какое-то оружие, я ничего не понимаю!
Командующий Шерф вскочил с места:
— Поднимайте всю авиацию! — закричал он.
— Поздно, мы не успеем! — возразил техник. "Точка невозврата" пройдена, — он указал пальцем на большой экран, где была изображена карта королевства Адальир.
Рядом с кругом, очерчивающим Солярополис, красная граница тревожно мерцала, сообщая о катастрофе, а за ней у самого города мигала красная фигурка, изображающая бомбардировщик повстанцев.
Командующий обернулся к Стоку, ожидая совета.
— Отводим всех! — воскликнул тот, нервно. — Отдайте приказ авиации отойти от Солярополиса, а средствам ПВО Адальира сбивать всех, кто войдёт в городское воздушное пространство!
Координаторы тотчас связались с войсками коалиции, стоящими на окраинах города и отдали соответствующие приказы.
Небо над городом наполнилось белыми следами от бесчисленного множества самолётов, которые устремились прочь от Солярополиса на форсаже.
— Мы отводим авиацию, — кричал командующий Шерф в микрофон, нервно прыгая около кресла. — Бомбардировщик прорвался к королевству, сбивайте всех, любой самолёт!
Над Солярополисом засверкали огни, зенитные орудия открыли шквальный заградительный огонь во всей границе города, дабы сбить вражеский самолёт. Грохот канонады накрыл пустыню, наполнив пространство не только шумом, но и сильной вибрацией.
Золотой песок уносился прочь с неимоверной скоростью, барханы сменяли друг друга, пока вдруг пустыня не завершилась резким обрывом, и впереди как на ладони показался раскинувшийся на огромной территории Солярополис…
Старый и ржавый бомбардировщик поднялся на максимальную высоту и оттуда начал пикировать на старинный город. Внизу продолжали сверкать пушки ПВО, но тут серебристые помехи вновь заполнили небеса. Сред мелькающих серебряных мух самолёт мятежных генералов был неуязвим. Снаряды проносились мимо уже совсем медленно, теряя импульс, заваливались на бок и валились обратно, словно бы помехи пожирали их энергию движения. Пилоты бомбардировщика не могли знать, что это за явление, ведь им было неизвестно о связи миров сквозь чувственную сферу их обитателей и уж тем более о событиях в параллельном мире, где бушевал Низерельдер. Поэтому приняли магию за секретное оружие повстанцев.
Внизу в прицеле показались белые в солнечном свете здания, стоящие вперемешку современные зеркальные гиганты в стиле high-tech и глиняные кубы с торчащими из крыш деревянными балками ещё допотопных времён. У городской стены и дальше на несколько кварталов улицы были абсолютно пусты, люди эвакуировались ещё загодя. Однако, начиная с центра, виднелись вереницы под завязку загруженных вещами машин и автобусов с населением, что ещё не успели покинуть атакуемый город.
Пилоты ощутили неимоверную власть, и это чувство переполнило их, мгновенно вознеся на вершину мира. Там, внизу под палящим солнцем средь песков стояло древнее королевство. Тысячи лет люди возводили его стены, оберегали от непреклонной природы и защищали от вражеских набегов. Целый мир лежал средь песков, словно чудесный оазис, выстроенный людскими умами и руками, и всё это великолепие могло быть разрушено одним нажатием кнопки. Такое могущество не могло не впечатлять, особенно слабые умы тех, кто мечтал возвыситься, тщетно борясь с собственной бренностью.
ПВО продолжали хаотично обстреливать ультрамариновые небеса, силясь поразить ржавую машину, несущую гибель и разрушение, но это было уже не в их власти.
Самолёт миновал городскую стену и вскоре достиг центра города.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Сброс! — скомандовал первый пилот.
Второй довольно ухмыльнулся и выжал клавишу на штурвале.
Бомбовый люк раскрылся медленно и со скрипом, словно нехотя. Кронштейны разошлись и ядерная бомба, похожая на чёрную бочку из-под нефти с несуразно огромными стабилизаторами в хвостовой части, вывалилась наружу, мгновенно устремившись к земле.
— Уходим! — крикнул первый пилот, потянув штурвал на себя.
Самолёт стал резко набирать высоту и уходить в сторону залива, с нового ракурса пилоты заметили сброшенную бомбу, которая чёрной точкой неслась на залитый солнцем белоснежный город…
— Он сбросил бомбу, ПВО не дали эффекта, — дрожащим голосом сообщил техник контрольного звена.
Шерф бессильно опустился в кресло и закрыл лицо руками.
— Это конец, — упавшим голосом произнёс Сток, ожидая, когда задрожит земля и послышится оглушительный рёв ядерного взрыва…
Алёна приходит в Гаур-Хэс
Алёна шла по зелёному ковру трав, поднимаясь через узкий распадок на возвышенность, держа курс на Гаур-Хэс, где собрались Вавилонцы. Рядом с тропой она заметила знакомые розовые цветы, когда-то показанные ей Авельиром, почву под которыми выстилали другие соцветия, золотые и напоминающие морские звёзды. Вспомнив первое путешествие, Алёна сразу поняла, что, должно быть, вышла на северную окраину Арвельдона, где и произрастали эти чудесные растения.
Внезапно земля задрожала, а воздух наполнился дурным запахом сварки и гари, небо почернело, с краёв распадка внутрь посыпались мелкие камушки, а из-за перевала полетели охапки серого пепла. Жужу застыл и начал напряжённо озираться. Алёна сделала шаг к нему, желая успокоить, но тотчас вокруг всё потемнело, и средь мрака засверкали фиолетовые огни. Доспехи Жужу стали таять на глазах, обращаясь пылью, которую подхватывал ветер, унося прочь. Через секунду обломки воина-таракана рухнули наземь…
— Ну нет, — Алёна слегка нахмурила пушистые бровки, — это ещё что за выкрутасы? — она склонилась к обломкам доспехов, освещая пространство фонарём-адальиром, пошарила средь них рукой и вынула своего домашнего питомца.
— Всё с тобой нормально будет, не бойся! — ласково произнесла Алёна, сажая Жужу в складку доспехов.
Волны Низерельдера продолжали бушевать вокруг, обращая всё в прах и засыпая пеплом целые долины, но Алёна, словно не замечала этого. Льющееся из фонаря-адальира сияние наполняло пространство вокруг девушки приятным и уютным зеленоватым цветом юной листвы, с лёгкостью противостоя магии Свиртенгралля. Избранная уверенно шагала в гудящем мраке так, словно это был лёгкий морской туман, и даже напевала весёлый лесной мотивчик. Очередной порыв ветра внезапно затушил адальир-фонарь, и тот почернел, покрывшись странной ржавчиной. Алёна встряхнула им пару раз, словно пытаясь таким образом снова включить, но энергия волшебного изделия, видимо, иссякла.
В сумраке теперь зелёным светом сверкали лишь глаза Избранной. Казалось бы, Алёне стоило запаниковать, но она по-прежнему чувствовала лишь нарастающую уверенность в себе. В памяти всплывали моменты триумфа, когда ей удавалось управлять реальностью, от кофейного автомата и до усмирённой огненной стихии в Земле Фарфаллы.
Ах, да! Как же Алёна забыла, что она не только Избранная и член братства Вавилона, но и ученица великого магистра Сан-Киви! Эта мысль ещё больше вдохновила девушку, и та даже улыбнулась.
Жужу выбрался на плечо, прополз по воротнику и озадаченно уставился на хозяйку, словно вопрошая, чему это она радуется, когда вокруг полный хаос.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Не знаю, — пожала плечами Алёна, отвечая на беззвучный вопрос любимца. — Просто ощущение, что всё хорошо.
Наверное, в этом и заключалась её Избранность, думала Алёна, ведь именно так и должен чувствовать себя по-настоящему просветлённый человек, сохраняя спокойствие и радость, даже когда всё вокруг летит в тартары.
