вопросы на общее обсуждение капитанов. Сейчас же я пришел побеседовать только с Хинамори-чан.
Дурное предчувствие все пыталось поделить место с разочарованием из-за отсутствия видимой поддержки от Тоширо. Оглянувшись на парня, невольно заметила, что Рангику смотрела на нас с откровенной болью во взгляде. Значит, через нее я могу повлиять на парня, убедить его, чтобы хоть немного смягчить по отношению ко мне. Но об этом позже, сейчас важно другое.
— Может, лучше действительно вынести это на общее обсуждение? — предложила я.
Ведь в таком случае Кьёраку уже не сможет умолчать о печати, которую они с Уноханой, Ямамото и Укитаке наложили на меня. Если же я столь опасна, то почему бы не посадить меня в тюрьму? А если я герой, то зачем мне бомбу на шею вешать? Тем более, если я поняла правильно, Зараки Кенпачи поддержит меня, и в случае лишения должности капитана, он хотя бы придержит место для меня в своем отряде. А там, пойди, поспорь с Кенпачи. Если с Ямамото Генрюсаем капитан одиннадцатого отряда не рвался спорить, то вот с Кьёраку, да еще и, учитывая обстоятельства… Кто знает.
— Боюсь, этот разговор не для всех ушей, — вздохнул Кьёраку, наградив меня пристальным, прожигающим душу, взглядом. — И это в ваших интересах. Просто… командир нулевого отряда рассказал очень любопытные вещи. Думаю, вы догадывайтесь, о чем я говорю… капитан Хинамори Момо.
Если бы он не обратился ко мне полным именем, я не сразу бы сообразила, о чем зашла речь. Но холодный взгляд, которым главнокомандующий одарил меня из-под припущенной соломенной шляпы, заставил кровь отхлынуть от моих щек. Я буквально прочувствовала, как силы, стягиваясь в липкий сгусток, стекают вниз к пяткам.
Он знает… Ичибей рассказал ему о моей сущности. И что теперь? Отведут меня в тюрьму в соседнюю камеру с Айзеном? И ведь если начну сопротивляться и капризничать, мужчина сбросит бомбу в виде «ты не настоящая Хинамори», что лишит меня последней поддержки других шинигами. Как минимум лейтенантов и Тоширо.
С трудом подавив желание скривиться, взвесив риски, пришла к выводу, что в таком случае действительно не оставалось выбора. Хотя, стоит ли удивляться? Я себя в такую жопу загнала, что стоило бы восхититься, как меня не засосало туда раньше. Так что, не без недовольства выдохнув, двинулась навстречу Кьёраку.
Правда, и пары шагов не успела пройти, как на пути возник Юмичика, закрыв меня собой от мужчины. Списала бы я это на обычное возмущение, но мельком увидев его хмурый суровый взгляд, сообразила — он тоже понял намек Кьёраку.
— Офицер Аясегава, прошу вас не вмешиваться.
— Да? — без энтузиазма уточнил парень. — Тогда почему вызывают только ее, а не нас с Иккаку? Мы же защищали ее от нулевого отряда, разве нам тоже не положен выговор?
— Вот и куда ты лезешь, а? — болезненно вздохнул Иккаку, спрятав лицо за ладонью. Его тяжкий вздох так и кричал «за что ты так со мной».
Однако слова Юмичики удачно навели легкую суету, на которую первой отреагировала Рангику, в недоумении переспросив:
— Защитить от нулевого отряда?
— Эй, Кьёраку, какого черта вообще происходит? — внезапно подключился к разговору Синдзи, которого я никак не ожидала услышать. — Это уже каким-то дерьмом попахивает.
— А чему удивляться? — лишь сильнее скривился Юмичика. — Раз вы позволили Айзену выйти из тюрьмы, то подвергнуть капитана принудительной сепарации от занпакто — это вообще пустой звук, так?
— Сепарации от занпакто? — оживился Хисаги. — Это же верная смерть для шинигами!
— Зачем вам вообще это делать? — подключилась Рангику.
Вот и расшевелили осиный улей.
— Хинамори-чан, ты действительно хочешь, чтобы я озвучил, зачем нам это делать? Или предпочтешь пойти со мной?
Если в первый миг Кьёраку не завуалированным намеком действительно испугал меня, застав врасплох, то сейчас, понаблюдав за окружением, я нашла его поведение странным. Раз мужчина хотел лишить меня поддержки, то почему не рассказал о моем происхождении? Тогда бы от меня как минимум отвернулись бы Тоширо и Рангику.
С другой стороны, если бы он не хотел поднимать шум, дождался бы, пока я отойду от компании офицеров. То есть Кьёраку намеренно показал, что у меня проблемы? Решил прилюдно шантажировать? А в чем смысл? Прикажи он последовать за ней тихо-мирно, без огласки, направил бы адскую бабочку, например, или прислал бы Исэ Нанао. Я не смогла бы отказать в приказе главнокомандующему. Меня же поведут к нулевому отряду на разборки, никак иначе… нет. Если бы хотели вновь отдать в руки Ичибея Хьёсубе, не ждали бы, когда я приду в сознание и выпишусь из госпиталя.
Все сводилось к одной мысли — Кьёраку нужно, чтобы я пошла за ним добровольно. Но я бы пришла в кабинет, куда бы он ни позвал. Но он ждал, чтобы сопроводить меня лично? А пригрозил, чтобы я пошла без сопротивления? Он мог навредить другим, если пойду что ли?
Не к нулевому отряду, не к Совету 46-ти, не к нему в кабинет на разговор. Так куда, блять, ты меня увести хочешь? В тюрьму посадить? А суд для кого?
В откровенной растерянности одарив мужчину жгучим взглядом, уж думала озвучить раздражающие мысли. Но заметив, как на лице главнокомандующего промелькнула неуместная тень сочувствия, сожаления, я словно услышала его голос: «я не хочу этого делать, но мне придется».
Не к нулевому отряду. Не к Совету. Не на личный разговор. И даже не за решетку. Отметая один вариант за другим, оставила лишь один-единственный. Тот, который казался невероятно абсурдным. И в то же время неожиданно логичным. А судя по тому, сколь поспешно спрятал взгляд за соломенной шляпой мужчина при виде моего опешившего выражения лица, догадка оказалась верной.
Нет. Стоп. Это же абсурд. Спровадить меня нулевому отряду, Совету, что угодно… но это? Это же ни в какие ворота не лезет. Это… это… Этого же не должно было случиться! В этот раз он решил, что ли поторговаться?!
— Да как вы смели… — чуть ли не задыхаясь от накатывавшей злости и страха, я подумал, что еще немного, и взорвусь от напряжения. — Вы продали меня?..
— Знаю, что это жестоко, но я был готов к тому, что такое решение заставит тебя, Хинамори-чан, да и других меня возненавидеть. Но если такова цена победы, я готов заплатить.
— Цена победы? — в недоумении уточнил Синдзи, и пока остальные офицеры с непониманием размышляли, что имел в виду их командир, он пришел к верному выводу быстрее прочих. И откровенно опешил. — Ты ее что, Айзену что ли продал?!
— Что?!
— Кьёраку-сан…
— Вы… что
