— Мамочка, тебе никогда не приходило в голову, что мне пока ни к чему выходить замуж?
— Еще как приходило. Но я знаю одно: ты лишь на сорок процентов женщина, пока тебя никто не полюбил, и только на восемьдесят, — пока не родила. Что касается твоей бесценной научной карьеры, то, сдается мне, я слыхала об одной барышне по фамилии Складовская, которая и в науке преуспела, и не растерялась принять предложение руки и сердца от парня по фамилии Кюри.
— Послушай, — устало произнесла Алистер, когда они поднялись по ступенькам и вошли в дом, встретивший их приятной прохладой, — давай больше не возвращаться к этой теме. Пойми же, карьера сама по себе для меня ровно ничего не значит. Но я уже влюблена — в свою работу. А выходить замуж только для галочки — зачем?
— Господи, дочка, вот этого я тебе никогда не пожелаю, — быстро ответила миссис Форсайт. Окинув дочь еще раз критическим взглядом, она вздохнула:
— Такое добро пропадает.
— О чем ты?
Миссис Форсайт покачала головой.
— Что толку объяснять, коли ты сама себе не знаешь цены. Действительно, спорить дальше не имеет смысла. У тебя дивная мебель. А теперь, Бога ради, перестань морить мамочку голодом и расскажи все о своей адской гончей.
Алистер усадила мать на табуретку, как птицу на насест, а сама стала накрывать на стол, одновременно излагая все по порядку — о письмах Алека и о прибытии Крошки.
— Сначала все шло как положено. Крошка был замечательным псом, умным и воспитанным, и мы отлично ладили друг с другом. Правда, историю его появления здесь обычной не назовешь, но… В общем, я предпочитала думать, что его необычная реакция на мое имя — просто совпадение, и ничего больше. В конце концов, могло оно ему просто понравиться, ведь так?
— Не сомневаюсь, — отчеканила мать. — Мы с твоим отцом столько времени провели в акустической лаборатории, чтобы подобрать наиболее благозвучное имя. Алистер Форсайт — так упруго, ритмично! Сто раз подумай, прежде чем сменить его.
— Мама!
— Молчу, молчу, золотце. Рассказывай дальше.
— Итак, я считала все это дурацким совпадением, да и Крошка при мне никак не реагировал на мое имя. Он вел себя достойно своей породы, разве что ему особенно нравилось бывать в компании других людей. Ну что еще… Да, так продолжалось почти месяц, пока, наконец, в один из вечеров я не обнаружила, что Крошка умеет читать.
— Читать? — От изумления миссис Форсайт чуть не свалилась с табуретки, с трудом удержавшись за край раковины.
— Я не оговорилась. Видишь ли, мне приходилось работать по вечерам, а Крошка в это время обычно вытягивался у камина, положив морду на передние лапы. Меня трогало то, как он на меня смотрел. Я даже часто обращалась к нему, рассказывая все больше о работе, а он внимательно слушал. Тогда я думала, что это плод моего воображения, — даже когда он подходил ко мне. И это обычно совпадало с моментами, когда я переставала говорить о работе и собиралась заняться чем-то еще.
В тот вечер я была занята расчетами для некоторых редкоземельных элементов. Потянувшись за справочником по физхимии, я не обнаружила его под рукой. И тогда я в шутку спросила: «Крошка, зачем тебе понадобился мой справочник?».
И представь себе: он немедленно сделал такое обиженное «фррр», вскочил на ноги и бросился к своей подстилке. Спустя минуту он уже стоял перед мной с той самой толстенной книгой в зубах. Я еще подумала: а если бы он был не здоровенным догом, а, к примеру, скотч-терьером?.. Короче, я была настолько изумлена, что просто приняла из его пасти книгу и осмотрела ее. Было совершенно очевидно, что она не один раз побывала у него в зубах, а потрепанные страницы наводили на мысль, что Крошка изрядно помучился, пытаясь перелистывать их своими огромными лапищами. Отложив книгу в сторону, я потрепала его по морде, обозвала негодяем и повторила вопрос: что же он искал в справочнике по физхимии?
Алистер замолчала, делая себе сандвич.
— Ну и?
— Ничего, — ответила Алистер, собравшись с мыслями. — Он не ответил.
В кухне воцарилось молчание. Его нарушила миссис Форсайт, она пристально посмотрела на дочь и отчеканила:
— Ты меня разыгрываешь. Этот пес еще не настолько лохмат.
— Я так и думала, что не поверишь. Миссис Форсайт встала и положила руку на плечо дочери.
— Видишь ли, ягненочек, твой отец не уставал повторять, что доверять следует лишь тому, что услышал от людей, которым доверяешь. Конечно, я тебе верю. Но ты сама — веришь ли себе?
— Ты что, думаешь, я… больна? Тогда слушай дальше.
— Это еще не все?
— Отнюдь. — Алистер поставила тарелку с сандвичами на кухонный стол, и миссис Форсайт с энтузиазмом принялась за еду. — Так вот, Крошка фактически является моим научным руководителем.
— Швоим щем?
— Мамочка, я вовсе не для того наделала столько сандвичей, чтобы тебя насытить. Мне нужно было тебя на время звукоизолировать.
— Тершши карман шишше! — с готовностью ответила мать, уминая очередной сандвич.
— Да-да, Крошка жестко направлял мои исследования, пресекая все поползновения отклоняться в сторону… Мама, если ты будешь одновременно есть и издавать междометия, я замолкну навеки! Ну… я хочу сказать, что его самого что-то явно интересовало, а другое — не очень. И я хорошо чувствовала, куда он меня подталкивал. Стоило мне заняться чем-то, к чему он был безразличен, как он начинал подрывную деятельность — тыкал меня под локоть, крутился под ногами, недовольно ворчал или давил мне на психику, вздыхая как тельная корова. Я, бывало, выходила из себя и прогоняла Крошку на его подстилку. Он подчинялся, но дальше продолжалась та же игра на нервах: он просто лежал и неотрывно смотрел на меня. Долго ли я могла выдержать? Все обычно заканчивалось тем, что я просила у него прощение и переключалась на те задачи, которые его явно интересовали.
К этому времени миссис Форсайт покончила с очередным сандвичем, запив его стаканом молока, перевела дух и решительно потребовала:
— Стоп, стоп! Не так быстро! Я не успеваю за твоим рассказом… Так что же его интересует? И как он дал тебе понять, чего от тебя хочет? Читающая собака — белиберда какая-то! Да где это видано?
Алистер не смогла сдержать улыбки.
— Бедная мамуля. Мне тоже поначалу было не по себе. Конечно, я не могу утверждать, что Крошка и вправду умеет читать. Он не проявляет интереса ни к текстам, ни к картинкам. Видимо, тот случай со справочником был каким-то экспериментом, во всяком случае подобное больше не повторялось. Но то, что мой пес может различать книги, даже если у них похожие обложки, или они переставлены на полке, — это факт.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
