Читаем без скачивания Первое Дерево - Стивен Дональдсон

Хотя путешественники вовсе не забыли, где находятся, по земле, словно напоминание, пробежала дрожь. Червь просыпался. Со стен посыпались камни, и их падение родило эхо. Времени оставалось совсем немного. И, скорее всего, им его не хватит, чтобы спастись. Кайл бережно положил руку на плечо Ковенанту:

— Юр-Лорд, нам пора уходить. Остров, возможно, погибнет. Мы обязаны остаться в живых.

Линден поняла его. Скорее всего, Червь не станет прерывать своего отдыха, но даже если он слегка пошевелится, потревоженный случившимся у Первого Дерева, то остров рухнет в море и исчезнет без следа. Да, Линден во многом ошиблась, и это она понимала даже слишком хорошо. Она протянула руки к Ковенанту.

Но он пренебрег ее помощью. Его лицо еще больше помрачнело, и, когда он заговорил, в его голосе послышалась грусть:

— Я не смог разорвать нить. Я должен был это сделать, когда отпустил тебя. Но не смог. Я бы не смог жить без тебя.

С большим трудом он встал: проказа и усталость истощили его силы. Только с помощью Кайла ему удалось сделать несколько шагов.

И вновь земля содрогнулась, но Линден сумела удержаться на ногах.

Первая с Красавчиком склонились над Хоннинскрю. Но тот не желал расставаться с телом брата. Они бережно помогли ему подняться на ноги, и он в горестном сосредоточении позволил им себя вести. Но Мечтателя он нес на руках.

В полном молчании члены Поиска стали покидать место, ставшее могилой всех их надежд.

Всю дорогу наверх их сопровождали подземные толчки. Лестница ходила под ногами ходуном, а со стен сыпались камни. Казалось, что они ползут по телу живого организма, содрогающегося в агонии. Но Линден не было страшно. Она была уверена в том, что они выберутся из этой переделки. И даже чувствовала, что знает, сколько капель крови еще скатится из раны Ковенанта.

Когда наконец они достигли вершины, оказалось, что солнце только-только миновало зенит. Неужели крушение Поиска заняло так мало времени? Хотя такие вещи обычно происходят внезапно и скоро. Так же неожиданно, как сердечный приступ у того старика около Небесной фермы.

Окрестности неуловимо изменились. Но, приглядевшись внимательнее, Линден заметила новые царапины и трещины, порожденные внутренними катаклизмами. Несколько довольно больших валунов скатились вниз. Но море словно ничего не заметило и по-прежнему оставалось безмятежно-голубым и спокойным.

Остров продолжало трясти. Идти не спотыкаясь было почти невозможно. Линден стала торопить своих спутников. Она понимала, что это ее долг. Ковенант был настолько измотан, настолько ослеплен и растерян, что ноги его уже не держали. Он шел только благодаря помощи Кайла. Линден тоже не помешала бы поддержка, но Бринна не было, Первая с Красавчиком были заняты капитаном, а Кайл не мог разорваться на части. Поэтому она мужественно спускалась вниз и лишь хрипло умоляла друзей поторапливаться. Спотыкаясь, как калеки, они спешили как можно скорее убраться с острова, чтобы Червь снова успокоился.

Единственным, кто не изменился после посещения Первого Дерева, был Вейн. Он оставался непроницаемо-спокойным. Лишь его правая рука теперь свисала вниз, словно палка с содранной корой, окольцованная тускло мерцавшим обручем со старого Посоха Закона.

Наконец они дошли до баркаса. Удивительно, но его не задела ни одна из многочисленных осыпей.

Как только они погрузились на борт и отчалили, остров содрогнулся, и большой кусок вершины, порождая лавину, обрушился вниз. Лодка заплясала на поднявшихся волнах, однако довольно легко одолела линию рифов. На веслах сидели Первая и Красавчик и дружно вели баркас прямехонько к освещенной солнцем «Звездной Гемме».

А остров продолжало трясти. Большая часть его короны уже обрушилась. Море разбушевалось, и часть рифов исчезла в волнах. А из кратера поднялось огромное облако пыли, словно вулкан прочищал горло, прежде чем начать извергаться. Баркас, подгоняемый волнами, стрелой домчался до корабля Великанов. И в самом скором времени путешественники вступили на его надежную гранитную палубу. Команда облепила борта и наблюдала, как Остров Первого Дерева разваливается на куски.

И вдруг его потряс последний взрыв, от которого стены кратера полетели во все стороны, и остров медленно погрузился в бушующее море, заваливая обломками новое место отдыха Червя Конца Мира. Вода, хлынувшая в бывший кратер, закипела и взметнулась чудовищным гейзером в небо. Суматошные течения закрутили «Гемму» вокруг своей оси. Остров больше не существовал. Даже окружавшие его рифы скрылись под водой. А взбудораженное море, поиграв волнами, тоже довольно скоро утихомирилось, и теперь перед путешественниками расстилалась бескрайняя водная гладь.

Зрители катастрофы стали медленно расходиться. Линден оглянулась в поисках Вейна и, к своему удивлению, заметила рядом с ним Финдейла. Она бы и рада была рассердиться на элохима, как обрадовалась бы проявлению любой эмоции, подтверждавшей, что она жива, но время для подобных переживаний миновало безвозвратно. Теперь уже ничто не могло возродить к жизни мечту Ковенанта. Он утратил свою цель в жизни. На лице элохима, как обычно, застыла торжественно-скорбная мина, но глаза светились заботой и доброжелательством.

— Я не могу облегчить вашу печаль, — произнес он так тихо, что Линден едва расслышала его слова. — Вы сделали попытку и потерпели поражение. Но зато я могу избавить вас от одного из ваших страхов. Первое Дерево не погибло. Его невозможно уничтожить — это одна из величайших тайн Земли. Пока существует Земля, существует и Первое Дерево. Какие бы грехи вы себе ни приписывали, знайте, что этот — не на вашей совести.

Неожиданно проявленное Обреченным участие зажгло в глазах Линден огоньки надежды. Но сгорбившиеся плечи Ковенанта и его посмурневший взгляд говорили о том, что его утешить невозможно.

— Ты мог бы и предупредить меня… — Каждое слово скатывалось с его губ, как капля крови. — Я почти… — Он поперхнулся, представив себе, что могло произойти. Потом судорожно сглотнул, словно хотел выругаться, но уже не имел на это сил. — Я устал множить свои грехи.

Хоннинскрю причитал над братом. Рядом уже стояли якорь-мастер и Яростный Шторм, ожидая его указаний. Капитан не отвечал; он не замечал их вовсе. Наконец Первая сообразила, что надо как-то разрядить ситуацию, и велела якорь-мастеру вытаскивать якоря и готовиться к отплытию.

Меланхолия помощника капитана тут же испарилась, и он стал отдавать команды. В одну минуту якоря были подняты, паруса поставлены, и «Звездная Гемма» устремилась прочь от могилы острова.

Но Ковенант не остался на палубе, чтобы наблюдать за авралом, а, измученный комплексом вины, направился в свою каюту. Он умирал от ножевой раны в груди, и не было у него больше надежды, что он сможет усмирить Лорда Фоула. Линден его прекрасно понимала. Даже когда он повернулся к ней спиной, она не запротестовала.