«цепь». Кто не «присоединится» ко мне — умрет. — Три!
Неуловимая Тьма.
***
Выберите точку воскрешения для переноса:
Надгробье Атефех.
Осколок надгробья Зиры.
Осколок надгробья Шера.
Кромешная Тьма вокруг меня была наполнена первозданной болью. Казалось со всех сторон доносится сдавленный, измученный стон. В этой точке пространства я не имел тела, но, если бы оно у меня было, от царящей вокруг атмосферы кожа бы пошла кровавыми трещинами и лопнула, голова бы взорвалась, а внутренние органы превратились бы в крученую колбасу.
А так приходилось страдать моей душе, воли, разуму… не знаю, как правильно назвать. Я впитывал боль Тьмы, делил ее с нашим Покровителем.
Во время боя Старику очень сильно досталось, а теперь ему приходится переносить через себя свою же паству. Наш Бог пока еще слишком слаб, для таких испытаний.
— Осколок надгробья Шера, — быстро выговорил я, поняв, что чем дольше мы находимся во Тьме, тем тяжелее сейчас Старику.
Внимание! Недостаточно Жизни для переноса вас к точке воскрешения. Вы умрете и возродитесь в выбранной точке.
Вы умерли.
Вы воскресли в точке воскрешения. Использовано 10% энергии посмертия.
Тьма завращалась и вскоре рассеялась, а я оказался рядом с небольшой скалой, посреди ночного леса.
— Кхе-кхе…
— Мать вашу за ногу, неужели мы живы?
Окутанные исчезающей черной дымкой подле меня появлялись другие Последователи Бога Тьмы.
— Вы слышали шум? — раздалось в лесной чаще — метрах в ста от нас, где горел костер.
— Вернулись?
— Нужно проверить!
В ночь перед битвой я недолго говорил со Стариком. Тогда он посоветовал мне, как спасти его паству, после защиты Озера Благодати. Выбрав место — в лесной глуши на юго-востоке, я спрятал там отломанный кусок одного из надгробий с кладбища Ильенты. С самого же кладбища точку воскрешения убрал, понимая, что тот, кто разрушал мои надгробья (вчера утром я еще не знал, что это делает Аэдира через своего Аватара) после захвата деревни проверит окрестности и найдет кладбище.
И теперь все выжившие селяне — и те, кто ушел из деревни раньше, и те, кто до конца сражался бок о бок со мной, встретились здесь глубоко в лесу. Подавленные, разбитые, усталые, лишенные сил и надежды.
— Так мало вернулось? — изумленно шептали встречающие нас старики.
— А где папа?
— Где мой Хельн?
— А где Лима?
— Дядя Шон, — неуверенно потрепала старосту за рукав девчушка лет десяти. — А где Рира? Она опаздывает, как всегда? Скоро будет?
Глава деревни сглотнул подступивший к горлу ком и повернулся ко мне, без слов прося поддержки. Я уже успел пересчитать всех вернувшихся и понимал, что больше половины бойцов так и остались лежать на улицах родной деревни. Из двухсот двух человек, что мы несколько дней назад спасли от нашествия тварей Тления сейчас в живых осталось только сто семь.
— Друзья мои, — поднявшись на ноги, произнес я. Селяне стихли и дальше говорил на фоне ночного стрекота насекомых и шелеста листьев на ветру. — Сегодня мы вновь одержали победу над врагом. Да-да, именно победу. Пусть мы и потеряли Ильенту, пусть много наших товарищей погибли, мы справились с поставленной задачей! Мы смогли защитить Озеро Благодати. Сейчас оно спрятано под землей и ему ничего не грозит. Враги не могут добраться до него, а я могу. Однако ценность Озера не только в том, что с его помощью мы можем готовить зелье Тьмы. Пока существует Озеро, мы сможем бороться с Тлением. У людей есть шанс не просто выжить, но и построить мир в котором смогут жить наши дети. Да, возможно нам придется хлебнуть еще не мало горя, но впереди нас непременно ждет спасение и счастливая жизнь. И только вместе мы сможем прийти к ней. Бог Тьмы нуждается в нас, а мы нуждаемся в Боге Тьмы. Лишь благодаря силам Тьмы мы сможем прийти к свету. Не будем забывать павших. Не будем забывать ту боль, что пришлось пережить нам сегодня. Мы немного отдохнем и продолжим путь. Не ради завоеваний, наживы или чего-то еще. А лишь для того, чтобы через года наши дети могли счастливо жить в нашем пока что мрачном мире.
Я старался говорить, как можно убедительнее. И в первую очередь ради того, чтобы самому поверить в свои слова. Найти в себе силы двигаться дальше. Еще раз указать себе цель и ориентиры. Да, мы победили… но сейчас лично я воспринимаю эту победу Пирровой. Слишком много смертей. Слишком явственно стоит перед глазами образ юной девушки, взорвавшей себя, чтобы выиграть для нас несколько секунд. И именно благодаря этим секундам мы до сих пор живы…
Эпилог
Примерно в полутора километрах от лагеря я сидел на траве, прислонившись спиной к теплому боку Веллы. Собака вместе с изрядно поредевшей стаей волков присоединилась к нам на рассвете — часа четыре назад.
— Г-р-р! — неожиданно зарычала Велла и несколько раз дернула носом.
— Явился? — поднявшись на ноги, спросил я.
— Гав, — негромко отозвалась она.
Забравшись псинке на спину, поднялся на холм, где нас действительно уже ждал рыцарь в пробитых латах. Доспех сам не восстановился? Стало быть, не очень высокого класса. Да и уровень у рыцаря всего лишь пятьдесят пятый... Странно, я думал, Рюгус пришлет кого-нибудь более серьезного для обсуждения итогов ночного сражения. Честно говоря, надеялся увидеть Уну, ведь именно с ней мы договаривались об этой встрече. А еще мог знать об условленном месте и времени Глозейск. Похоже, решил не появляться, чему я отчасти рад. Рационально я понимаю, что мне не за что злиться на Бога Знаний. Однако смерть Риры… Ведь он убедил девушку пожертвовать собой и даже принял в свои Последователи (а то и Адепты), чтобы на ту не действовали ауры Богов.
— Приветствую, Господин Дэрк, — устало и, как мне показалось, обреченно поздоровался переговорщик от Бога Контроля. Сняв шлем, он продемонстрировал совершенно лысую голову и отвратительный шрам на щеке.
— Здравствуйте, Уважаемый Лиро, — отозвался я. — Предлагаю сразу приступить к делу. Последователям Рюгуса удалось отступить?
— А? — неуверенно пробормотал он. — Да. Великий открыл нам портал в Обитель. Однако выжили далеко не все. Даже Господин Гоц погиб в этой битве.
Вот как… барона больше нет? Слышал, у него остался вполне уже взрослый наследник. Надеюсь, парень пойдет по стопам
