— Хорошо, сейчас с тобой отправится рядовой Фухс[212]. Как солдат — он полное дерьмо, но продувной малый. Он тебе покажет, где снять деньги со счета и где скупиться по мелочам, если понадобится.
— Разрешите идти! — Иван встал и вытянулся в строевой стойке.
Гауптман с фельдфебелем удовлетворенно переглянулись.
Фюле нарочито ворчливо буркнул:
— Я всегда говорил, Людвиг, хороший солдат даже во сне соблюдает субординацию! Иди уже унтер-офицер Краузе. Вечером встретимся...
Ваня щелкнул каблуками и вышел.
Фельдфебель и гауптман ему понравились, как бы это странно не звучало. Да, они были врагами, при необходимости Иван не задумываясь отправил бы их на тот свет, но при этом все равно он видел в них людей. Опять же, такие знакомства могли помочь быстрей ассимилироваться в Германии.
Не успел Ваня отойти от кабинета, как позади послышался срывающийся мальчишечий голос:
— Господин унтер-офицер, разрешите обратиться!
Иван повернулся и узрел молоденького, неказистого и растрепанного солдатика. Кривоногого, рыжего и веснушчатого, с продувной, хитрой рожей. Форма сидела на нем как на корове седло, а сам он действительно был похож на лиса. А точней, на недоросля лисенка.
— Господин унтер-офицер, мне приказано сопроводить вас! — Фухс вытянулся, потом смешался, зачем-то оглянулся и уже шепотом добавил: — И показать вам... ну... в общем, все показать...
— Показывай, рядовой Фухс, — сурово приказал Иван и пошел на выход.
— Я тут все знаю! — торопливо болтал солдатик, семеня кривыми ногами. — Вот прямо все. Только намекните господин унтер-офицер, я все покажу. Сейчас отведу вас в гостиницу, оставите вещи и все покажу! Если с головой, в городе все можно достать, вот прямо все! Выпивка, презервативы, жратва! Девочки тоже есть сговорчивые и недорогие...
Едва они вышли на улицу, как послышался дружный стук каблуков и звонкий хор мальчишечьих голосов.
— Наш Флаг трепещет впереди нас. В будущее мы тянем человека за человеком. Мы маршируем, мы за Гитлера Через ночь и через нужду Со Знаменем юности За Свободу и хлеб...
Мимо промаршировали три десятка мальчишек в коричневых комбинезонах Гитлерюгенда, впереди чеканил шаг знаменосец со знаменем и пожилой мужик с протезом вместо руки.
Несмотря на промозглый холод мальчишки пели истово, с энтузиазмом, а на закаменевших от ледяного ветра застыли фанатичные гримасы.
— Я вот тоже с ними ходил... — неожиданно отозвался Фухс. — А теперь настоящий солдат.
Никакого энтузиазма в голосе солдатика не прослеживалось.
— Как тебя зовут, настоящий солдат?
В отношении волчат из Гитлерюгенда Иван остался безразличным, а вот Фухс, чем-то напоминал ему Петруху. Скорее всего, своей внешней неказистостью.
— Людвиг, господин унтер-офицер! — отрапортовал Фухс, шмыганув носом.
Ваня помолчал и скомандовал:
— Пошли, Людвиг.
Но через пару шагов опять пришлось остановиться, потому что по улице уже прошло подразделение Фольксштурма
Вооруженные какой-то древней рухлядью, разномастно одетые, старые и молодые, хромые и косые — на лицах этих никакой фанатичности не было и в помине. От них даже пахло обреченностью. Иван попытался угадать чем они были вооружены, но опознал только французские винтовки Лебеля образца 1886 года и один здоровенный станковый Шварцлозе, который тащили сразу четыре человека.
Гостиница нашлась неподалеку: обычное, ничем не примечательное серое, унылое здание, с забитыми досками окнами, даже без вывески.
Фухс оживился:
— Здесь заправляет фрау Бузенбаум! — восхищенно сообщил он. — Она такая, такая... — Людвиг не подобрал слов и просто изобразил руками на себе какая грудь у фрау Бузенбаум. — Но злая как... как волчица! — солдатик огорченно поджал губы. — Она еще ведет фехтование в городском Союзе немецких девушек, так девчонки все слезы выплакали — такая она свирепая. Господин гауптман называет ее фрау фельдфебель в юбке!
Ваня про себя улыбнулся — в буквальном переводе фамилия свирепой фрау звучала как: дерево с грудью.
На поверку «дерево с грудью» оказалась стройной и красивой женщиной примерно тридцати пяти лет возрастом. С грудью у нее, как и говорил Фухс, было все в порядке, а вот со свирепостью — фрау Бузенбаум действительно выглядела снежной королевой. Такая же ледяная и недоступная. Идеальная, волосок к волоску, прическа, надменный взгляд и типично арийская внешность. Словом — образцовая стерва. Но красивая, этого не отнимешь.
Встретила она Ивана с Людвигом крайне неприветливо. Фухса турнула, но Ивана на постой все-таки определила, выдала белье и даже лично показала комнату, маленькую, спартански обставленную казенной мебелью, холодную и чужую.
Иван условился с Фухсом, что по нужным местам они пробегутся завтра, а сам сел на узкую и жесткую кровать, застеленную солдатским одеялом и открыл ранец.
Рука нащупала бутылку дрянного коньяка, прихваченную из Швеции. Первым желанием было хватить добрый глоток, но поколебавшись, он отложил коньяк в сторону.
Ваня прилег и задумался.
Одной из главных причин, по которой он согласился на предложение Черного была Варвара.
Комиссар не обманул: в школе немецкого направления они учились вместе и после заброски в Германию должны были изображать семейную пару. Они вскоре и стали семейной парой — поженились по советским законам. Причем совершенно искренне, не по приказу начальства, хотя и такое случалось. Но семейное счастье скоро закончилась: Варвара ушла в Германию первой, по легенде Ваня должен был ее там найти, но... но не сложилось. Ивану пришлось ждать еще почти год — что-то не складывалось с легендой. Варя перестала выходить на связь после бомбардировки союзниками Гамбурга, Иван уже думал, что с заброской вообще не сложится, но тут ребята из шведской резидентуры, совершенно случайно подобрали подходящего кандидата и вот, здравствуй унтер-офицер Александр Краузе.
«И что теперь? — поинтересовался Ваня сам у себя и сам же ответил. — А хрен его знает...»
Задание у него было совершенно расплывчатое, а если точнее, Центр его видел только как спящего агента, ждущего приказа. Какой может поступить приказ и поступит ли он вообще, Иван даже не представлял. Искать Варвару не рекомендовалось. Впрочем, прямого запрета тоже не было. В общем, сиди не отсвечивай, жди и не забывай сигналить, что ты жив и здоров. Причем без связи и встреч — только сигнальными маячками в условленных местах и объявлениями в газетах. Кто надо сам увидит и передаст. Местом обитания определили Гамбург и окрестности.
Честно говоря, Ваня чувствовал себя обманутым и бесполезным.
Однако, сразу же засунул свои чувства куда подальше.
«Поживем — увидим» — сказал он сам себе и достал из ранца пенал с принадлежностями для бритья и вафельное полотенце.
Особой порослью на лице организм по-прежнему не баловал Ивана, но выбранный образ образцового служаки обязывал выглядеть всегда словно на строевом смотре.
Закончив, он надраил ботинки, потом лег прикорнуть и дремал ровно до того времени, как заявились гауптман Фюле и обер-фельдфебель Вернер...
Глава 2
— Готов, унтер-офицер Краузе? — Вернер придирчиво осмотрел Ивана и довольно изрек. — Вижу, что готов!
Оба старых служаки тоже выглядели словно на строевом смотре: наглаженные, выбритые, в начищенных до блеска сапогах. Судя по красным мордам и запашку сивухи, Фюле и Вернер хорошенько причастились перед походом в кабачок.
— Внимание! — гаркнул гауптман. — Приготовится к маршу!
Ваня вытянулся и браво отрапортовал:
— Разрешите, господин гауптман!
