Лоренцо обвел собрание взглядом. Да, сейчас он не был готов бросать вызов Русскому царству. Но так будет не всегда.
До тех пор, пока высший администратор представляет угрозу одним своим существованием, трогать ни его, ни его страну Хранителям нельзя. Однако Лоренцо был членом королевской семьи, у него имелись связи с разными группировками и людьми.
И когда наступит время, эти люди нанесут свой удар так, чтобы на Лоренцо даже тень подозрений не пала. Избавившись от высшего администратора, Хранители вновь станут теми, кем были до его появления — хозяевами мира.
И к тому моменту Мадрид должен быть готов.
Потому что править миром лучше всего в одиночку.
* * *
Французское посольство в Москве.
Бернар де Дамартен жестом выгнал секретаря из своего кабинета и поднял вибрирующий телефон со столешницы. Затягивать с ответом своему монарху не следовало — терпение не входило в список добродетелей Людовика.
— Слушаю, ваше величество, — произнес Бернар.
— Скажи мне, канцлер, что это с нами не свяжут, — спокойно, даже слишком расслабленно произнес Людовик. — Мы же не имеем к случившемуся никакого отношения?
Тон, которым говорил король Франции, недвусмысленно указывал, что иного ответа он не ждет.
— Не имеем, ваше величество, — подтвердил Бернар. — Я уже направил соответствующую бумагу с пожеланиями скорейшего выздоровления от лица французской короны. Как мы с вами и договорились, Франции нужны технологии Романова. И я, ваше величество, сделаю все, чтобы князь считал нас своими друзьями.
Людовик вздохнул в трубку.
— Это хорошо, Бернар, — произнес его величество. — Предварительный договор, который ты передал на приеме цесаревичу, пришел в Париж с их исправлениями. Они не хотят давать нам свои передовые проекты. Исправь это, Бернар. Мы не хотим покупать их оружие, мы хотим построить заводы по его изготовлению у себя во Франции. А нам предлагают старье, которым сами русские уже не пользуются. Это непозволительно. Мы ведем войну с Испанией и обязаны получить все, что необходимо для победы. Мы даем тебе все необходимые полномочия, Бернар. Сделай то, чего мы хотим, и ты сможешь вернуться во Францию героем.
О том, что Людовик сделает, если канцлер не справится, король уточнять не стал. Не в его характере было сыпать угрозами. Его величество предпочитал наносить удары неожиданно и неотвратимо.
— Я приложу все усилия, ваше величество, — с подобающим случаю дрожанием в голосе ответил Бернар де Дамартен.
Услышав эти слова, его величество Людовик положил трубку. А канцлер подумал, что по сравнению с правителем Франции у него есть куда более опасные противники.
Да, сейчас Хранители его не тронут. Но и сидеть вечно в Русском царстве Бернар не сможет.
Маргарита сказала, Хранителям запрещен въезд на территорию Русского царства. Значит, здесь Бернар де Дамартен в безопасности до тех пор, пока его не сочтет своим врагом князь Романов.
И даже если со стороны Хранителей опасность минует, на родине Бернару не обрадуются. Ведь канцлер уже понимал — ни цесаревич, ни сам князь Красноярский не дадут Франции того, чего хочет Людовик. А значит, немилость его величества — вопрос решенный.
Нужно искать выход из ситуации, пока есть время.
И самый простой и напрашивающийся вариант уже созрел в голове канцлера. Ведь если Людовика не станет, то и угрожать будет некому. А имеющиеся связи помогут в устранении всей династии. Просто на тот случай, чтобы не было мстителей за его величество. Людовик, конечно, король, но его характер приведет Францию к краху.
Допустить подобного канцлер не мог никак. А значит, пора начинать действовать.
Вздохнув, Бернар де Дамартен нашел нужный контакт в телефоне и нажал на вызов. Несколько томительных секунд ответа не было, пока, наконец, соединение не было установлено.
— Княжна Соколова слушает, — нейтральным тоном произнес молодой женский голос на том конце провода.
— Здравствуйте, Анна Михайловна, — с улыбкой в голосе произнес канцлер Франции. — Вас беспокоит Бернар де Дамартен. Мы с вашим отцом когда-то тесно и взаимовыгодно сотрудничали над несколькими проектами в Европе. Я хотел бы пригласить вас в гости в наше посольство для серьезного разговора. Полагаю, я смогу сделать вам несколько взаимовыгодных предложений.
* * *
Красноярск, отделение Царской Службы Безопасности.
Майор поправил воротник форменной рубашки и выложил на стол толстую папку.
— Вот, Илья Никитич, читайте, — великодушным тоном предложил опричник. — Естественно, это только копия. Оригинал уже направлен в царскую канцелярию. Преступники будут доставлены в Москву на показательный суд ближайшим рейсом. А вам будет крайне полезно прочесть.
Боярин Архаров кивнул, придвигая документы к себе. Папка не была даже завязана, так что Илья Никитич сразу же погрузился в чтение.
Через пять минут он отодвинул бумаги и взглянул на майора.
— Как я и говорил Дмитрию Алексеевичу, если бы я знал, — с неподдельным сожалением покачал он головой.
— Понимаете, Илья Никитич, — с неудовольствием произнес опричник. — Теперь не имеет значения, знали вы или нет. Попытка воровства с объекта, в который государство вложило казенные средства, была совершена вашими людьми. Это факт. И пострадал член княжеской семьи, подвергся опасности законный наследник Красноярского княжества. Это тоже факт. Вы, конечно, не участвовали в этом процессе лично, однако, как наниматель, отвечаете перед законом именно вы. И это третий факт.
Майор прервался, чтобы выпить воды из стакана, стоящего на столе. А заодно, конечно же, заставить боярина понервничать. Царская Служба Безопасности не просто так противостоит разгулу вседозволенности благородных людей. И не стоит давать боярам, замешанным в грязных делишках, забывать об этом.
— С вашими строителями все ясно: попытка группой царских людей убить благородных людей, пусть и непредумышленная, — отставив пустую посуду, произнес майор. — Кража казенных денег в объеме трехсот семидесяти двух тысяч рублей. Ребята ваши вытянули себе билет в один конец. И бригадир, и руководитель объекта уже, можно сказать, мертвы. Однако мы вновь возвращаемся к вашему участию, Илья Никитич. Это были ваши люди, вы платили им деньги, стройка организована вашим родом. Сами понимаете, тут даже пожелай сам князь Романов за вас заступиться, против законов Русского царства он не пойдет.
Боярин Архаров кивнул. Внешне он никак не отреагировал на слова сидящего напротив опричника. Однако внутри уже сжался пружиной, готовый принять любой удар судьбы.
— Что мне грозит? — уточнил он.
Майор улыбнулся, забирая папку и пряча ее в ящик стола.
— Доказательств вашего участия в этих преступлениях нет, — произнес он, указывая на ящик рукой. — Однако сумма хищений должна быть возмещена в двойном размере не позднее трех рабочих дней с момента вынесения приговора суда. Так что время, пока состоится разбирательство, пока будет вынесен вердикт, у вас есть. Вполне успеете вернуть деньги в казну Русского царства. Кроме того, вашему роду придется компенсировать недостачу финансирования объекта. Добавите деньги на счет стройки, и по этому поводу вопрос будет решен.
Боярин Архаров выдохнул с облегчением.
В сумме выходило, что придется заплатить втрое больше, чем нанятые строители украли. Но это было ничто по сравнению с возможностью сохранить жизнь.
— Но теперь начинается самое интересное, Илья Никитич, — не стал давать собеседнику слишком расслабляться майор. — Фактически вы стали невольным соучастником покушения на собственного князя. Да, вашей прямой вины не найдено, но это не значит, что ее совсем нет. Здесь я вам не помощник, этот вопрос будет решаться в столице. А Игорь Михайлович нашего князя очень ценит, опять же, с самой княгиней работал над наноботами. Так что я рекомендую вам падать Виктории Львовне в ноги и просить прощения. Пожелает княгиня направить просьбу о снисхождении в Москву, отделаетесь штрафом, большим, разумеется, но не смертельным. А если нет — там уж как суд решит. По опыту службы я знаю, что в Москве крайне не любят, когда бояре на князей руку поднимают. Так что мой вам совет, Илья Никитич: сделайте все, что потребуется, но получите прощение у Виктории Львовны.
