Читаем без скачивания Фантастика 2024-158 - Андрей Третьяков

class="p1">Я этого никогда не узнаю, если мы не остановимся прямо сейчас.

Ещё пара сантиметров — и будет поздно…

Я открыл глаза. Глубоко вздохнул, потом улыбнулся, глядя Алисе в глаза.

— Ты очень красивая, — сказал я.

Она медленно убрала руку.

— Но не сейчас, да? — улыбнулась она в ответ.

— Это будет… неправильно.

— Хорошо. Я умею ждать, — ответила она и добавила: — Поехали уж. Обрадуем парней, да?

— Да уж, — кивнул я. — Притащим полные штаны радости…

Директор снова побаловал меня кофе. Перепало и Алисе, которая в этот раз присутствовала на совещании, причём с полным на том основанием, должен признать.

— Не понимаю. Ну, оборудование. Что в нём такого особенно ценного? — Фёдор всплеснул руками. — У нас небось с десяток такого по бункерам припрятано, разве нет?

— Боюсь, что нет, — ответил я.

— Производство полупроводников — известное узкое место мировой экономики, — сказал Пётр. — То есть, прежней мировой экономики. Я имею ввиду чипы по самым современным техпроцессам, которые используются в смартфонах и персональных компьютерах. Собственно, когда всё началось — в мире было всего две фабрики, которые могли делать актуальные чипы — одна в Южной Корее, вторая на Тайване.

— Вон оно даже как!.. — Фёдор почесал подбородок.

— А производят станки для производства таких чипов вообще всего в одном месте, — вставил я. — В Голландии.

— Производили, — поправил директор.

— Верно. Производили…

— Тогда вопрос: если таких фабрик было всего две в мире, откуда такое оборудование оказалось у нас? Как-то сомнительно, что из Южной Кореи или Тайваня… — сказал Саныч.

— Говорят, у китайских компаний получилось воспроизвести рентгеновский литограф, — ответил Пётр. — Тогда это многое объясняет.

— И чтобы китайцы вот так запросто поделились таким оборудованием? — Я с сомнением поднял бровь.

— Хорошо, — кивнул Пётр. — Да, не всё выглядит гладко на первый взгляд. Но давайте рассмотрим такую гипотезу: на высшем уровне руководство стран понимает, к чему всё идёт. Допустим, известна даже примерная дата дня «Ч». О чём они могут договориться?

— О военном альянсе, — ответил я.

— Едва ли — это могло спровоцировать ускорение событий. А вот подготовка к тому миру, который предположительно мог быть после — это вполне в духе наших отношений. Мы могли договориться о трансфере технологий, — ответил директор. — У нас ведь до последнего времени было, что предложить на обмен: современные авиационные двигатели. Авиакомпозиты. Атомная энергетика… да много всего! При этом слабое место — электронная промышленность. Как считаете, могла ли состояться такая сделка?

Мы с Фёдором переглянулись.

— Лично я думаю, что вполне, — ответил я. — Хорошо. Тогда давайте думать дальше. Раз пендосы тут шарятся, значит, на каком-то уровне была утечка. Так?

— Тогда подобные поставки были бы приоритетной целью… — сказал Пётр. — Тут возможны два варианта: информация той стороне дошла с опозданием. Когда наносить ядерный удар уже было нечем. Или когда они поняли, что промахнулись.

— Значит, у них есть источник информации, — сказал я. — На самом верху.

— Или близко к самому верху, — кивнул Пётр. — Возможно, этим объясняется задержка с получением информации. Она не сразу дошла до источника.

— Любой из вариантов для нас плох как по мне… — вставил Фёдор.

— Согласен, — кивнул директор. — По нам могут ударить бомбой с какой-нибудь шальной уцелевшей подлодки… причём в любой момент!

— Это если они точно определили положение поезда, — заметил я.

— Но диверсанты…

— Могли не успеть передать информацию, — сказал я. — Помнишь, телефон не всегда ловил? Кстати, мы тогда подумали, что, возможно, глушилки работали.

— Получается, у них был приказ на уничтожение такого ценного оборудования? — с удивлением спросил Саныч.

— А вот это не факт, — возразил я. — Они могли просто заминировать его. Чтобы потом использовать этот факт на переговорах. Или оставить взрыв как план «Б» на случай, если вдруг его не удастся вывезти…

— Значит, думаешь, что его действительно собирались вывозить? — спросил директор. — Но… как?

— Думаю, что, если бы дело было только в уничтожении, никто не стал бы городить этот огород с целыми отрядами спецназа, — ответил я. — Вполне может быть, что они сами остались без аналогичных мощностей.

— Судя по новостям, им по идее должно быть не до новых технологий… — заметил Фёдор.

— А вот и нет, — возразил Пётр. — Захват такого оборудования может стать мощным аргументом в борьбе со внутренней оппозицией на остатках страны.

— Тоже верно, — кивнул я.

— Как бы то ни было, у нас тут может быть очень жарко… — заметила молчавшая до этого Алиса.

Пётр внимательно посмотрел на неё.

— Это верно, — сказал он. — Я бы даже сказал, это самая большая из наших проблем на настоящий момент.

— Нужен контакт с властями, — сказал я. — Это единственный выход.

— Согласен, — кивнул Пётр. — При всех рисках лучшее, что мы можем сделать — это избавиться от этого груза как можно скорее. Вопрос только в том, где и как его найти? Причём желательно не привлекая к себе внимание шпионов, диверсантов и вражеской авиации.

— И уголовников, — добавил Фёдор.

— Да, — кивнул директор. — И уголовников…

— Нужно две группы, — предложил я. — Одна вернётся на место боя. Кстати, можно грузовик захватить, чтобы погибших ребят вывезти, если уж на то пошло. Взять запасы на пару дней и ждать, когда командиры будут выяснять, куда подразделение делось.

Я сделал паузу и глотнул кофе.

— А вторую? — спросил Фёдор. — Её куда?

— В Каменногорск, — ответил я. — Всё-таки райцентр. Не пострадавший от удара. Какая-то местная власть должна сохраниться. На них наверняка военная администрация уже вышла. Не могла не выйти — жизнь-то налаживать надо.

— Ну… скажем так, в это время я бы не стал ничего гарантировать, — вздохнул директор. — Но план разумный. Давайте так и сделаем.

В первой группе отправились Саныч, Володя и Костя. Они поехали на одном из фермерских FAWов.

Посовещавшись с Петром, мы с Фёдором решили ехать на УАЗике. По моим расчётам уровень радиационного заражения в том секторе пятна осадков, который задевал дорогу на Каменногорск, уже должен был упасть до относительно безопасных значений. Тем более, что с тех пор выпало много снега — значит, колёса УАЗика даже не будут напрямую соприкасаться с опасной наледью. Но, конечно, с собой мы взяли счётчик Гейгера. Если вдруг мои расчёты окажутся неверны — придётся возвращаться. Хотя, честно скажу, первой поездки на снегоходе мне с лихвой хватило, чтобы навсегда возненавидеть этот вид транспорта.

Ключи от УАЗика Саныч передал мне, строго наказав беречь технику. Я пообещал быть максимально осторожным.

Во вторую группу вошёл я и Фёдор. Я хотел захватить ещё Санька вместе с дроном, но Пётр воспротивился. Сказал, что без дрона очень сложно контролировать подступы к посёлку, и я вынужден был согласиться. Даже с патрулями покрытие у нас было так себе — дыр слишком много, которые частично закрывал дрон.

До выезда я заехал в школу. Как раз заканчивались занятия и можно было пообедать с детьми.

У входа мы столкнулись с Ольгой. Она вела обоих мальчишек за руки. Увидев меня, Ваня просиял, но Ольгину руку не выпустил и не кинулся мне на шею.

— Привет, пап! Ты с нами обедать будешь? — спросил он.

Ольга скользнула по мне взглядом. Выражение я не понял: то ли равнодушное, то ли встревоженное.

— Если никто не против, — улыбнулся я.

— А потом? — продолжал сын. — Тётя Оля сказала, что останется с нами, и не обязательно будет на продлёнку идти.

— Потом мне ехать надо будет, — вздохнул я.

— Бандитов бить? — спросил Ваня, сдвинув брови.

— Ну каких бандитов? — улыбнулся я.

— Таких. Которые из колонии сбежали.

Я вздохнул и мысленно сделал пометку, что с Петром надо будет переговорить насчёт оборота информации в хозяйстве.

— Нет, Вань. От бандитов лучше подальше держаться, — ответил я.

— А куда тогда?

— Делать одно важное дело, — ответил я, подмигнув.

Ваня насупился.

Дальше до столовой шли молча, только снег хрустел под ногами, его за утро выпало довольно много. Зато потеплело: по ощущениям было не ниже минус пяти.

Удивительное дело, но всего за пару дней столовая перестроилась на режим жёсткой экономии энергии, при этом еда оставалась всё такой же вкусной. Похоже, Пётр действительно умел подбирать кадры для своего хозяйства.

Пока мы набирали блюда на подносы, Фёдор положил несколько котлет, гарнир и хлеб