джип бешено затрясло. Руль вырвался из рук Гейл, и она догадалась, что эти сволочи прострелили шину. Она справилась с непослушным рулем, джип перескочил через хребет и понесся вниз. Машина вильнула вправо, и сквозь вихрь песка Гейл разглядела то, от чего пытался отогнать ее вертолет, – высокую ограду из колючей проволоки, а за ней плоскую равнину в щетине кактусов и кустарника. Граница базы. Гейл выкрутила руль обратно, испугавшись на мгновение, что проволока может быть под напряжением, а затем джип с ревом врезался в нее и смял. Вертолет завизжал над головой, стараясь зависнуть прямо на ее пути. Гейл бесстрашно промчалась под ним, оставив вертолет кружить позади рассерженной пчелой. Он снова нагнал ее и не отставал еще несколько минут, пока она не проехала мимо большого указателя, глубоко зарывшегося в песок. Гейл оглянулась и увидела в отблесках огней вертолета надпись: «СОБСТВЕННОСТЬ ПРАВИТЕЛЬСТВА США. ПРОЕЗД ЗАПРЕЩЕН». Вертолет снизился, безжалостно ударив лучом прожектора ей в глаза. Затем медленно развернулся, признав поражение, и погасил прожектор.
Гейл не сбросила скорость. Меньше чем через милю изодранная в клочья левая задняя шина соскочила с диска, и оголенное колесо прокопало траншею в песке, прежде чем джип остановился. Гейл выключила мотор и посидела немного, пока ее не перестало трясти, а потом начала изучать карту. Если довериться ей – а Гейл надеялась, что до сих пор правильно считывала показания компаса, – то в двух милях впереди должна быть дорога, которая выведет к белой точке с надписью «Амбой». Гейл взяла карту, фонарик и флягу, еще раз сверилась с компасом и тронулась в путь.
К тому времени, когда она добралась до узкой черной полосы дороги, поднялся ледяной ветер. Ноги ее отчаянно ныли, но времени на отдых не было. Гейл увидела еще несколько пролетавших в отдалении вертолетов и в любой момент ожидала, что грузовик, наполненный солдатами, погонится за ней, рыча на всю пустыню. Она направилась на север, к Амбою, что бы это на самом деле ни было. Впереди что-то переползло через дорогу, и Гейл с содроганием подумала, что это могла быть рогатая гремучая змея. Она стала внимательней смотреть под ноги, и вспыхнувшие у плоского горизонта фары застали ее врасплох. Гейл замахала руками, но потом сообразила, что это запросто мог оказаться джип или грузовик, посланный за ней с базы. Она торопливо свернула с дороги и скорчилась в овраге, примерно в двадцати футах от нее.
Фары засветили ярче, машина обрела очертания. Это был белый фургон; и когда он проезжал мимо, Гейл разглядела на борту надпись «НОВОСТИ ЭН-БИ-СИ» под логотипом в виде павлина. Она вскочила и крикнула: «Эй!» – но фургон, даже не притормозив, умчался на юг.
«Ну и ладно, – подумала Гейл. – Все равно он ехал в другую сторону». Еще через милю ее ноги превратились в растянутые пружины, а земля вокруг, казалось, кишела гремучими змеями. Гейл задумалась о том, есть ли в Амбое телефон. Она давно не виделась и не разговаривала с родителями, но подозревала, что они все еще любуются на свою лужайку в Сузанвилле. Брату Джеффу уже должно исполниться шестнадцать, и он наверняка ошивается на роллердроме, пока его семья управляется со своей маленькой аптекой на углу. Хотя у нее с родителями были разные взгляды на жизнь, Гейл понимала, что должна позвонить им, хотя бы для того, чтобы дать им знать, что жива и здорова. Если бы они попросили Гейл вернуться домой или даже вызвались бы забрать ее, она бы сказала «нет». Точно сказала бы.
Свет фар очень быстро подплыл к Гейл сзади, мазнув ее тенью по дороге. Темно-синий «бьюик» последней модели проехал мимо Гейл, но ярдов через пятьдесят сбросил скорость и остановился. Потом сдал назад, и водитель выглянул из окна.
– Вас подвезти? – спросил он.
– Да, пожалуйста, – без колебаний ответила Гейл.
Водитель приглашающе махнул рукой, и она села в машину, положив карту и флягу на сиденье. Он погнал дальше, а Гейл потерла ноющие икры.
– Куда вы едете?
– На запад, – сказал он.
– Ага, я тоже. И как далеко на запад?
– Как можно дальше.
– Отлично.
Гейл достала из кармана пачку «Уинстона» и предложила водителю. Он отказался, а она нажала на прикуриватель.
– Какая удача, что вы проезжали мимо! Мне пришлось бы долго идти пешком.
– Что вы здесь делаете? – спросил он. – В смысле, совсем одна.
– Я… э-э… моя машина сломалась в нескольких милях отсюда. Я выехала из Эл-Эй до землетрясения, и все, чего хочу, – это оказаться подальше оттуда.
Прикуриватель выскочил из гнезда, и Гейл зажгла сигарету. Затем, в свете ее огонька, рассмотрела водителя. Это был невысокий широкоплечий мужчина с крепкими, длинными руками, в рубашке в красную клетку и темных брюках с дыркой на колене, открывающей незажившую рану. Гейл заметила порезы и на костяшках его пальцев, а одно ухо было совершенно искромсано. Он носил очки с толстыми линзами, скрепленные посередине черной изоляционной лентой, а маленькие бегающие глазки под ними выглядели бесцветными и… жуткими. Казалось, он наблюдал за Гейл, не поворачивая головы. На подбородке его темнел синяк, еще один порез виднелся на щеке. Зеленые огни на приборной панели освещали его широкоскулое и тонкогубое лицо. Он него веяло решимостью и спешкой. Взглянув на спидометр, Гейл увидела, что они мчатся со скоростью под восемьдесят. Наконец водитель повернул голову и взглянул на пассажирку, а потом опять на дорогу. Под этим взглядом Гейл почувствовала себя… липкой.
Она беспокойно заерзала на сиденье, втянула полные легкие дыма и выдохнула его. Фары высветили зеленый дорожный знак с надписью: «Амбой – 3 мл».
– Амбой, – сказала Гейл. – Можете высадить меня там.
Он промолчал. Его огромные руки сжимали рулевое колесо, и Гейл подумала, что оно может треснуть, если он надавит чуть сильней.
– Вы тоже были в Эл-Эй? – спросила она.
– Да, – тихо ответил он.
На лице его мелькнула тонкая усмешка и погасла.
– Значит, вы знаете о них? О вампирах.
Он продолжал следить за дорогой.
– Я слышала, что все они погибли, – продолжала Гейл. – По крайней мере, бо́льшая часть из них. Может быть, кое-кто и выбрался, но они не смогут прятаться вечно. Когда-нибудь они начнут совершать ошибки – и солнце настигнет их, если уже не настигло. И будь я проклята, если не сделаю все возможное, чтобы все остальные тоже о них узнали.
Он бросил на нее быстрый взгляд:
– Как?
– Я журналист, – ответила она. – Я собираюсь написать самую громкую статью, какую вам только приходилось читать, как только встречу кого-нибудь, кто даст мне шанс. Это только вопрос времени. Эй,
