За этот месяц Хеверад провёл множество тренировок, пытаясь поднять боеспособность объединённой армии Замара до уровня Корпуса. Конечно, сделать это было трудно, практически невозможно — и времени мало, и люди совсем не те. Наёмники, при всей их отчаянности и умении, были не такими дисциплинированными, как солдаты корпуса. И Хеверад бы уверен — если они поймут, что битва проиграна — побегут. Это Корпус привык биться в окружении, с врагом, численно превосходящим его в несколько раз. Наёмники — дело другое. Напасть, обобрать трупы врага и откатиться назад — тактика отчаянного хищника, и больше ничего. За ними следом шла волна подруг, жён и дочерей, добивающих раненых противников и собирающих трофеи, как бродячие муравьи, пожирающие всё на своём пути.
Замарцам нельзя было втягивать себя в тупое рубилово. Их по численности в два раза меньше. А значит — нужна тактика, нужно умение и хитрость.
Хеверад отдал команду, и Корпус снялся с места, быстрым шагом-полубегом перемещаясь в тыл противника. Конница там не пройдёт — мягкие, заливные луга, в которым тяжеленные кони вязнут по самое брюхо, а люди спокойно идут, лишь слегка запачкав сапоги.
Корпус возглавил сам Хеверад, поставив на полки майоров, заместителей полковых командиров. Пришлось менять руководство в связи с тем, что он должен был ставить на командование армейскими частями тех, кому доверял.
Доверять командирам Жостара он не мог. Хеверад снял генерала Жостара с командованием армией, предложив тому остаться в городе и ожидать возвращения армии. На что тот с облегчением согласился — а куда деваться? Хеверад был теперь главнокомандующим вооружёнными силами Замара, а кроме того — Жостару надоела война. Лучше отсидеться в городе — тут много хорошего вина, вкусной еды, а мягкая постель разительно отличалась от походной кровати.
В бою пехоты Хеверад использовал обычную тактику Корпуса — передние ряды, тяжёлые латники копьями сдерживают напирающих пехотинцев, мечники бьют тех смельчаков, которые прорвались в ряды копейщиков, арбалетчики выбивают всех противников, что попадаются им на глаза, заливая исфирцев стальным дождём. Ситуация резко изменилась после столкновения пехотинцев, и хотя на взгляд стороннего наблюдателя ничего не происходило, кроме кровавого замеса, но теперь, после введения в бой пехоты, чаша весов склонилась на сторону замарцев. Армия исфирцев таяла гораздо быстрее. Замарцы были более умелыми, более подготовленными, арбалетчики переломили ход сражения окончательно и бесповоротно. Разгром врага стал делом времени.
* * *
— Что сидим? — Уграс наклонился к уху Арнота и тихо добавил — он чего вообще там делает? Чего строгает? Деревяшку какую-то…
— А я знаю? — так же тихо ответил Арнот — иди, и спроси у него сам.
— Ага…и получить в ухо? Он совсем озверел в последнее время. Я сто раз уже пожалел, что пошёл в разведку. Не стоит это таких денег. За общение с этим зверем надо платить раз в десять больше!
— Да ладно — мотнул головой Арнот — зато живой. Наши сейчас там кровью заливаются, а мы сидим в лесу. Плохо, что ли? Сейчас бы небось кишки волочил по грязи, а вместо этого лежишь как на пуховой перине и поплёвываешь в небо! А сидим — скорее всего потому, что наша задача не толкаться там, вместе со всеми, а следить, чтобы армии не зашли в тыл со стороны леса. Вот и всё.
— Ну…так-то да. Живы, даже сыты — Уграс грязным ногтем достал из зубов волоконце от сушёного мяса, внимательно рассмотрел его и со вздохом растёр о штаны — только вот…не по себе как-то. Наши там гибнут, а мы тут скрываемся. Душа не на месте.
— А у меня на месте — ухмыльнулся Юстан — и даже сержант не кажется такой сволочью…хорошо — вот так лежать на травке, смотреть в облака, мечтать…о том как расшибу башку Неду. Можно же пофантазировать, а чего?
— Тише — предупредил Уграс — услышит, потом пожалеешь. Помнишь, что он сделал с Динасом?
— Трудно забыть — помрачнел Юстан — досталось парню считай ни за что. Всего лишь спросил, зачем нам идти в рейд. Он ему одним ударом четыре зуба выбил.
— А незачем спрашивать лишнего — хмуро буркнул Арнот — сказали идти — значит идти. А не разглагольствовать по этому поводу.
— Ты это Динасу скажи — криво усмехнулся Уграс — интересно, что он тебе ответит. Парень до сих пор твёрдое жевать не может. Одно не пойму — Нед не боится, что ли? Мы же на войне — прилетит откуда-нибудь стрела, или болт, или нож — и нет Неда!
— Почему-то про Дранкона вы такого не говорили — нахмурился Арнот — а он тоже шкуру спускал. И что? Жив до сих пор. Вы слышали, чтобы кто-то напал на Дранкона?
— Дранкон этому зверю и в подмётки не годится. Дракон всё-таки человечнее, и напрасно не калечил. А этот готов убить за всё — за неправильно сказанное слово, за взгляд, за любую ошибку! Разве так можно? Интересно — где он вырос? Может и с ним так поступали, что он на нас всё вымещает? Интересно, как его жена терпела. Такая красотка его жена…и чего она нашла в этом монстре?
— Тебе рассказать? — усмехнулся Уграс — чего женщины любят в мужиках? Видать хорошо её удовлетворял, раз она замуж за него вышла. Вот только я слышал, что потом у них случился какой-то раздор, после того, как он перебил наёмных убийц. Ходили слухи, что там не всё так чисто, как он описал. Там всё было пропитано магией. Да и с городом, в котором он побывал не всё так чисто — чего его таскали в Безопасность? Ох, не прост наш сержант, не прост. И сильно изменился. У него будто чердак прохудился. У нас сосед был, так вот — поехал как-то он на ярмарку в соседнюю деревню. Там нажрался, и когда ехал назад — выпал из фургона и попал головой под колесо. Голова как орех треснула! У него вмятина была на виске такая, что из неё можно было воду пить. И вот после этого сосед стал совсем другим. Пить не бросил, нет. Но как напьётся — раньше он был таким тихим, добрым, а стал зверем — гонял с топором жену, дочерей. Вот так
— Что-то ты брешешь, Уграс — усмехнулся Юстан — чтобы голову мужику раздавило, а он после этого жил? Давай так — ничего никому не раздавливало, а он стукнулся о камень и набил шишку. А потом расстроился и побил жену. Вот это будет правильно, это по уму. Нет — не жену гонять — по уму, а про шишку и злого соседа рассказ будет по уму.
— Болван ты, Юстан — пожал плечами Уграс — всё правда, ни слова вранья. Соседа повесили в конце концов, когда он зарубил топором жену и дочь. Одна, младшая дочка успела убежать и позвать соседей. Пока прибежали, пока скрутили зверя — было уже поздно. Мало того, что зарубил, так он ещё на куски порубил. Говорили — стоит посреди двора и улыбается, как будто он сделал что-то хорошее. Говорит: «Я выгнал из них демонов. В них демоны сидели. А теперь — они свободны!» Ну и повесили его. Прямо на воротах. Всем надоело, что он стал таким идиотом, боятся стали — вдруг и кого-нибудь другого прикончит. Ну и…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
