пшикнув воздухом, сдулось ещё сильнее. — Дерьмо койота! Как? Ну как можно было на чистой дороге пропороть уже третье колесо? Вот дерьмо…
Скособочившаяся на правую сторону машина, как-то странно скрипнула-хрюкнула, и на дорогу со глухим стуком отвалились открытые передние дверцы. Не успели стоявшие вокруг люди удивиться такому фортелю от автомобильной техники, как тихий хрип-скрип повторился, только уже во множественном числе, и… несчастная машина разом рассыпалась своими запчастями по дороге, как карточный домик от щелчка пальцем.
А на заднем сиденье первого джипа тихо давилась смехом скорчившаяся и связанная по рукам и ногам фигурка Мирабель с сияющими коричневато-зелёным светом сережками в ушах. Вот только никто из присутствующих людей этого не видел, так как их внимание было полностью поглощено созерцанием внезапно образовавшейся груды запчастей на дороге.
Глава 40.
Город жил своей спокойной, размеренной жизнью. Сновали по своим, безусловно важным, делам люди. Машины тоненькой капающей струйкой вливались из частных гаражей и общественных стоянок в обширный уличный поток, чтобы по достижению своей цели отделиться капелькой и замереть в новом месте в ожидании своих хозяев, и после снова влиться в бесконечную струйку таких же машин-капелек. Сверху город, скорее всего, выглядел, как вскрытая капиллярная система гигантского листа или некоего плоского организма. Чётко выделялись основные полноводные артерии, их соединяли множество сосудов помельче рангом и, напоследок, сонм мелких капилляров-отрезков-тупичков окутывал всю эту «основу», как листва окутывает дерево. Продолжая подобную аналогию, получалось, что трассы, связывающие город с окружающими его районами и другими городами, были подобны корням дерева, по которым поступали нужные ему питательные вещества. Магистральные шоссе тянулись во все стороны от города, естественно, кроме океана. Нет, ранее и там были трассы, только невидимые глазу, и по которым регулярно ходили величественные морские гиганты, по недомыслию и приземленности их создателей, именовавшиеся кораблями. Но сейчас большая часть тех исполинов тихо ржавела на дне, создав из обломков своих тел целые «рукотворные» холмы и горы, испещренные кавернами, лабиринтами и пещерами, ставшие пристанищем и домом для бесчисленного сонма морских обитателей. И только немногим «повезло» уцелеть в Великой Бойне, спрятавшись в устьях глубоководных рек, где они стояли на «вечном» приколе с робкой надеждой хоть когда-то ещё разок выйти в море. Но… пока в морях и океанах рыскали стаи новых безжалостных хищников, только и мечтающих накинуться на беспомощную добычу, эти мечты оставались просто мечтами, и уже многих из таких «спасшихся» начали постепенно разбирать на металл — мол, зачем добру бессмысленно пропадать и ржаветь, когда в округе всё сильнее ощущается нехватка доступных ресурсов.
Трассы города… Артерии его снабжения и жизни… Вроде равноправны, но не совсем. Если дороги, ведущие вглубь материка были относительно оживлённые, то вот трассы, тянувшиеся вдоль океана — были практически пустынны. Как правило, по ним сейчас сновали только автоматические грузовики-контейнеровозы, которым было наплевать на любую потенциальную угрозу от туманников. А вот люди предпочитали использовать объездные трассы, подальше от берега. Пускай так чуть дольше, но зато гораздо спокойнее.
Парящая в мощном потоке восходящего воздуха от раскалённой солнцем поверхности чайка, пронзительно огласила округу своим криком. Её острый взгляд скользил по поверхности моря, высматривая предательский блеск чешуи подходящего для неё по размерам косяка рыбы у поверхности. На мгновение её внимание привлёк яркий блеск солнечного отражения на берегу. Парящая птица, слегка повернув голову, осмотрела вырвавшуюся из каменных джунглей города машину и, не увидев там ничего для себя интересного, издала очередной разочарованный вопль.
***
Билл, выехав за пределы города с его бесконечной суетой, облегчённо вздохнул и парой отточенных движений запустил в действие встроенный в машину круизный автопилот. Выждав несколько секунд, для гарантии, чтобы автоматика полностью включилась в управление, он выпустил руль из рук и откинулся на своё сидение. Затем, повернувшись к своему единственному пассажиру, начал выдавать тому вводный инструктаж. Как оказалось, они едут на один дальний мысок, вытянутый в океан и оный, по странному такому совпадению, является серединой короткого маршрута, продолжившего курсировать после своего одиночного залпа эсминца Тумана. Эсминца, который (или которая), по утверждению Сэма, назывался Радфорд, ну или принадлежал ей, если не брать во внимание эту странную концепцию «аватар». По приказу Билла, наблюдательные мобильные посты были сдвинуты со своих позиций чуть подальше, так, чтобы этот мысок, пусть и на самой грани, но выпал из их поля зрения — им не нужны были лишние свидетели в этом деле. Да, это был риск… большой риск. Ведь если его выводы были неверны или Сэм в своём рассказе ошибся, то их жизни будут висеть на волоске, очень тонком волоске. Тут главное — избегать прямых и косвенных угроз в адрес Туманника. Тогда, может, и обойдётся.
Сэм, услышав о плане Билла, посерел лицом и судорожно сжал кулаки. Скоро… Совсем скоро всё прояснится, зачем всё это понадобилось Астории. А то, что именно она стояла за этими событиями — он не сомневался ни на грамм. Был неоднократно свидетелем того, как её распоряжения выполнялись беспрекословно и мгновенно. Да и она сама не раз давала понять, что у них весьма жёсткая иерархическая структура, где самовольные действия нижестоящих попросту невозможны. Нет, внешне всё у туманниц было как бы безалаберно и чуть ли не по-семейному, но вот стоило Астории чуть недоуменно приподнять бровь: «А что тут у вас происходит?», как все споры и дурачества мигом прекращались и наставала полная лепота и благочестие. Он такое видел у слаженных долгой службой и жизнью подразделений, когда вроде все маются фигнёй, но стоит только командиру, даже не приказать, а только уточнить «А почему?..», как тут же все начинают шуршать по делу и рапортовать — «всё пучком, командир, вот уже-уже — и заканчиваем…». Только он тогда принимал это на счёт строгих порядков того места, где она проходила обучение, что являлось вполне обыденным положением вещей для любой военизированной структуры или соответствующего учебного лагеря военного толка. Астория!!! Он извлёк из кобуры пистолет и выщелкнув обойму, принялся пристально изучать маслянисто поблёскивающие бочкообразные патроны на возможные дефекты.
— Так, а вот этого нам не надо, — Билл немедленно сграбастал у не успевшего среагировать на его движение Сэма пистолет с обоймой. — Ты совсем сдурел, или просто жить надоело? Лучше пусть твой пистолет побудет у меня, да и свой я заодно здесь тоже оставлю — во избежание.
— Отдай, — голос Сэма был предельно спокоен и сосредоточен.
— И не подумаю. Если что-то пойдёт не так, то пистолет тебе никак не поможет, ты же не думаешь, что сможешь из
