с лучами был бы кстати…
- Лучше нам на чужом полигоне обойтись без лучей, - вздохнул Нецис. – Ты взял склянку с «Эшамгвайетом»? Держи наготове. Я почти уверен, что удержу умрана, но если что… Хм! Посмотри, Фрисс. Тут тушёные Х’тарр Кси и черепашье мясо. Не помню, ел я их когда-нибудь или нет…
Глухая базальтовая стена вокруг полигона Нирлон, лишённая каких-либо украшений, но довольно толстая, протянулась на несколько кварталов. Под невысокой аркой, из которой выступали зубцы массивной костяной решётки, сидели на мостовой трое магов. При виде Нециса они поспешно поднялись и склонили головы.
На небе не было ни облачка, ночью ветер прогнал мимо города тучи и залил по пояс папоротниковые леса в предгорьях, сегодня солнце с новой силой выпаривало потерянную за ночь воду и возвращало её в небесные озёра. На ярко освещённом полигоне, изрытом и заваленном костями, не было никого.
- Мрря… - Алсаг случайно заступил за круг плоских камней, вкопанных в землю, и тут же отскочил.
- Отличное место, - кивнул Нецис, выбираясь в центр круга и утаптывая взрытую почву. – Алсаг и Фрисс, отойдите на три шага назад. Илриэйя, идите сюда. Кариат, ты всё принёс?
Маг разложил перед Нецисом пожелтевший от времени череп, бутыль с вязкой, липнущей к стенкам красной мутью и небольшой мешок, к которому всю дорогу принюхивался Алсаг. Некромант взял череп и лёгким ударом взломал затылочную кость.
- Встаньте на краю треугольником, так, чтобы стороны его были равны, - велел он магам и отошёл от центра круга на пару шагов, оставив там наполненный кровью череп. Два амулета – слегка дымящийся диск в кольце черепов и серебряная звезда с чёрным кристаллом внутри – качнулись на его груди и зажглись неровным белесым светом.
- Илкор ан Сарк… - Нецис подбросил на ладони сгусток Квайи и метнул его в череп, сквозь трещины в котором уже вытекла почти вся кровь. Светящийся шар растаял – и тут же центр круга взорвался ярко-зелёным пламенем.
- Онэфаат ну Мецинтли Цин’мегиль, – негромко сказал Некромант, протянув руку к ледяному костру. – Айгаат ну к’инх. Ита’ахэйри!
- Ита’ахэйри, то-инх! – отозвался Цинакан. Голос его дрогнул от волнения.
Квайя разлетелась мелкими брызгами. Невысокий силуэт, закутанный в тёмный плащ, выпрямился на осколках черепа и горящими зелёными глазами уставился на Нециса. Речник потянулся к мечам, Алсаг вскинул хвост, распуская веером перепонки.
- Ахххссса… - Мецинтли вздрогнула и спрятала руки под плащом. – Нециссс Изгнанный… ссснова ты?
- Я, - кивнул Некромант. – Я и мои ученики. Ты не против показаться им? Они припасли для тебя немного еды.
- Хсссс… - умран рванулся в сторону, сбрасывая человеческий облик. Скелет, окутанный туманом, оскалил бесчисленные зубы и протянул руку к ближайшему магу на краю каменного круга. Тот остался неподвижным. Умран рванулся, воя от злости, но что-то не давало ему отойти от черепа даже на пару шагов. Мервяк упал на колени и затрясся, как в лихорадке. Невидимые путы тянули его назад.
- А рруку оно отррастило, - разочарованно фыркнул Алсаг. Мецинтли зашипела – даже тихий голос Хинкассы был прекрасно слышен на пустом полигоне.
Умран выпрямился, вытянулся в струнку и замер, прижав руки к телу. Невидимые путы скрутили его надёжно. Нецис поднял руку.
- Пока я держу её, можете её потрогать. Это редкий случай, таких сильных умранов практически не осталось, - сказал он, кивая молодым магам. – От магии воздержитесь. Мецинтли, это ненадолго. Вот твоя еда.
Костяные лезвия-когти сомкнулись на мешке. Умран громко шипел, но уже не дёргался – даже когда Цинакан и Кариат дотронулись до его костей. Фрисс смотрел на них и чувствовал, как по спине ползут мурашки. Ему трогать эту тварь совсем не хотелось…
- Довольно, - Нецис снова поднял руку, и молодые маги попятились к каменному кольцу. – Я не держу тебя, Мецинтли. Надеюсь, еда тебе придётся по вкусу. Акахот са ну Шайогон!
Умран вскинул руки, зажигая на ладонях ледяной огонь, бросился к ближайшему из магов, но наткнулся на руку Нециса и с громким хрустом осел на землю. Его тело дрогнуло и потекло во все стороны серой пылью, туман вытек из грудной клетки и свился в клубок, с каждым мгновением уплотняясь.
- Аххсса…гаакхот! – бросил Некромант, отдёргивая руку и потирая ладонь, которую зацепил умран. Серый сгусток вспыхнул зеленью и растаял окончательно, оставив запах жжёной кости и тухлого мяса.
- Умраны… - протянул Нецис, разминая ладонь – видно, она онемела от соприкосновения с мертвяком. – Даже самый умный из живых, став умраном, быстро уподобится этому созданию. Однако, они достаточно разумны, чтобы откликаться на призыв. Это всё, что я хотел сказать вам, Илриэйя. О прочем расспросите вашего наставника. Надеюсь, этот опыт не показался вам скучным.
Трое магов провожали Нециса до самой башни напротив пруда с квейтосами – там, как теперь знал Фрисс, была храмовая школа, полупустая перед праздниками, и только там Некроманту удалось от них отделаться. Когда башня – и маги, выглядывающие из окон – пропала за поворотом, Нецис сел на спину Алсага и утёр пот со лба.
- Не дай боги, кто-то из них призвал бы умрана сам… - пробормотал он со вздохом. – Вайнег знает, чему учат местных магов… Помоги мне дойти, Фрисс. Хочу отдохнуть до ночи. Нирлон – хороший полигон, жаль будет уйти и не опробовать его в деле.
Нецис улетел, едва стемнело, и Гелин умчался с ним. Алсаг не без злорадства рассказал демону, какой опыт он пропустил, провисев на постоялом дворе, как глупая летучая мышь, - и теперь Гелин не хотел отойти от Некроманта ни на шаг. Оба они пропали на всю ночь – и на весь день. Фрисс почти уверен был, что найдёт их на полигоне, но мешать им не хотел. Он ушёл с Алсагом бродить по городу, пробовать местную снедь и собирать благословения от всех городских жрецов. Чем ближе к празднику, тем больше их – а также всякой нежити и самых разных существ – выбиралось на улицы. Скелеты под присмотром жрецов сдирали со стен каждый клочок мха и украшали дома гирляндами из резных листьев. Среди тех, кто следил за нежитью, Фрисс увидел Хелек Цин’акоми – но юркнул в переулок прежде, чем колдунья его узнала. За Речником и недовольно фыркающим Алсагом по пятам брёл скелет-носильщик. Тюков с припасами становилось всё больше – непросто было
