зреть постепенно от младенца до взрослой особи. Зиргрин надеялся, что успеет реинкарнировать до того, как дитеныш проклюнется.
Повинуясь пожеланиям аватара, дерево аккуратно сомкнуло корни над небольшим озерцом, полностью скрывая его из виду. Никто никогда не узнает, что там растет будущий Повелитель Центрального материка. В последующие годы дерево будет напитывать яйцо природной энергией, помогая тем самым малышу развиваться.
Немного подумав, парень рассказал девятихвостой кумихо о том, что с ним происходит. Изящная лиса нежно рассмеялась, пообещав дождаться господина, в каком бы облике он к ней ни пришел. Ниаса поклялась ценой своей жизни защитить дерево и спрятанного в его корнях потомка Морского бога. Она смотрела на Зиргрина с немалым уважением. В ее глазах парень обладал всей возможной добродетелью, и не имел ни одного недостатка. В конце концов, Хранители редко заботятся о судьбах других Хранителей. К примеру, даже окончательная гибель Центрального материка никак не тронула бы Ариндала или Чиугира. Каждый из них заботился лишь о своей собственной территории. В отличие от них, Зиргрин искренне хотел помочь водяному дракончику появиться на свет. Ниаса, думая об этом, лишь томно вздыхала. В ее глазах новый Хранитель был в тысячи раз лучше бросившего их Сарса. И даже понимая, что все мысли парня в данный момент находятся в другом месте, лисица не смогла удержаться от распускания и демонстрации своих шикарных пышных хвостов.
Аватар, увидев поведение Ниасы, только грустно улыбнулся. Кумихо просто ничего не могла поделать со своей страстной природой.
В то время, как крылатый змей завершал все мирские дела, Зиргрин внутри временного барьера подошел к Иллит. Он с грустью смотрел на ее душу, сейчас очень сильно напоминавшую ту самую Аньку Лимову, которой она была когда-то. Архан хотел что-то сказать, но не находил слов. В конце концов, никто из них не виноват в такой судьбе. Было жаль, что все так закончилось, но какой у них был выбор? Девушка выглядела очень грустной. Она не могла вынести то, что этот парень жертвовал ради нее последними остатками своей человечности. Иллит не могла пошевелиться, но она хорошо слышала разговор Урташа и Зиргрина. И та судьба, перед которой склонился ее друг… Он согласился стать слугой бога Хаоса, его личным убийцей. Эта сделка исключала саму возможность того, что Зиргрин когда-нибудь сможет зажить простой счастливой жизнью. И казалось, что он не сильно расстроился из-за этого. Неужели ему нравилось то, кем он стал? Нравилось быть убийцей настолько, что архан, почти не раздумывая, принял предложение Урташа? Когда вернется его аватар, Зиргрин сольется с ним, после чего из него вытянут смертную Суть, а сам он поддастся воздействию печати Хранителя, но даже тогда станет чем-то новым в этом мире. Он будет полноценным Хранителем и высшим элементалем, который обречен существовать в смертной оболочке. С одной стороны, он будет Хранителем Восточного континента, а с другой — останется убийцей навсегда. Как с таким можно смириться? Ведь он говорил, что не выбирал и никогда не хотел становиться таким…
Зиргрин не догадывался о мыслях Иллит. Он лишь улыбнулся прозрачному силуэту, к которому не мог прикоснуться.
— Если такова судьба, давай встретимся в новой жизни. Я запомнил запах твоей души, так что, если вдруг однажды встретимся, я узнаю тебя, даже если ты меня не узнаешь.
Урташ слушал монолог парня со смешанными чувствами. После получения Сути, душа Иллит войдет в круг реинкарнации, который способен унести ее в совершенно случайный мир. Шансы на их новую встречу были ничтожны. Да и было бы к лучшему им больше никогда не встречаться, чтобы не тревожить душевные раны друг друга.
Наконец, крылатый змей появился в сфере застывшего времени. Внутри барьера, казалось, прошла целая вечность, но в реальном мире — лишь несколько часов.
— Я закончил, — обернулся Зиргрин к молчаливо размышлявшему о чем-то богу.
— Сливайся с аватаром и раздевайся. Если мы решили сохранить все твое снаряжение, то мне нужно немного над ним поработать. Я думаю сделать пространственный карман в рукояти твоего меча. Все твое снаряжение можно связать с пространством, так что каждая деталь, в случае твоей смерти, будет поглощена этим пространственным карманом. Таким образом после возрождения тебе достаточно будет найти свой меч. Все необходимое будет в нем, а чужак никогда не сможет ничего оттуда взять. Я еще думаю немного изменить руны на лезвии, чтобы, когда ты станешь душой этого клинка, у тебя была возможность хоть немного пользоваться своей силой. Ну и еще несколько сюрпризов. Имей ввиду, что ты не просто попадешь в меч, ты на самом деле станешь его душой. Ты будешь ощущать себя этим мечом, он будет твоим телом. И это повлияет на твое мировоззрение.
— Я понимаю. Мне придется помнить о том, что я на самом деле не меч и не пропустить свою реинкарнацию.
— Именно, — усмехнулся Урташ, держа в руках артефактный клинок тени. Оружие даже не пыталось как-либо защищаться от божества, послушно принимая чужие руки. — Пространственный карман готов, осталось прикрепить к нему твое снаряжение, после чего я свяжу твою сущность с мечом. Это крепкое оружие, а благодаря связи с тобой оно еще и не будет подвержено износу.
Бог Хаоса был настолько увлечен, словно создавал целый новый мир. Он действительно помогал появиться в Мироздании чему-то новому, чего не должно существовать по всем законам. Стихиали не могли вмещать в себе несколько атрибутов, а вот смертные могли. И благодаря этому свойству воля Мироздания будет в некотором роде обманута. Если бы у Мироздания был разум, то даже в смертном теле Зиргрин не смог бы избежать своей участи, однако безграничная Вселенная имела мощнейшую волю, но не разум, не сознание. И Урташ тайно надеялся, что этот разум никогда не зародится.
— Я готов, — произнес архан, стоя босыми чешуйчатыми ногами на холодной земле небольшого острова посреди океана.
Парня немного потряхивало, но он уже принял решние, уже заключил договор с Урташем. Метка на его лбу изменила цвет, став кроваво-красной, но с этого момента она там будет находиться всегда. Это больше не была печать духовного раба. Статус Зиргрина согласно этой печати был довольно высок. Он стал прямым вассалом высшего божетсва, но все эти различия ему предстоит узнать еще очень и очень нескоро. Сейчас же парня радовало то, что он мог по своему желанию скрывать печать, и больше никакие внешние повреждения не заставят ее проявиться, если архан сам того не пожелает. На самом деле парень был даже немного рад. Он слишком долго был убийцей, это въелось
