бы извинить, на свете совсем немного (
ГдЛР).
Мы переводим французский неологизм désinvitation (отсутствующий не только в Академическом словаре, но и в более «либеральных» словарях XIX в.: Литтре и Ларуссе, где есть только глагол désinviter – забрать назад сделанное приглашение) – неологизмом «отглашение».
566
Тем более сурово оценивал Гримо не простых гостей, а членов Дегустационного суда, которые не явились на заседание. В АГ–8 он возмущенно рассказывает о том, что на 455-е заседание, состоявшееся 17 марта 1812 г., не явился исполняющий обязанности председателя, господин Шаго, который извинился с великим легкомыслием и совершенно не по правилам, сославшись на приглашение, которое еще раньше получил от госпожи Бугле,– как будто председатель Суда не обязан всякий вторник «нежить и лелеять неприкосновенность своего аппетита». «В этих обстоятельствах,– продолжает Гримо,– непременный секретарь суда [то есть он сам] решился прибегнуть для возвращения своего председателя к средствам чрезвычайным; в письме, сочиненном в ночь с 16 на 17 марта, он умолял госпожу Бугле вернуть Дегустационному суду его достопочтенного председателя, пусть даже ценой временной разлуки с его семейством, также приглашенным на обед к госпоже Бугле. Однако пылкое это письмо, в котором угрозы чередовались с восхвалениями и надеждами, не возымело успеха. Председатель предпочел картошку с красными яйцами, которыми его потчевали на улице Святого Павла, роскошному пиру, который ожидал его на улице Елисейских Полей» (АГ–8, 114). В результате виновница происшествия написала к Гримо письмо с извинениями, которое напечатано в АГ–8. О Шаго см. примеч. 600. Отказываться от присутствия на заседании полагалось никак не позднее чем через двадцать четыре часа после получения приглашения, поэтому приглашения эти непременно отправлялись по городской почте, даже тем особам, которые жили с Гримо под одной крышей (см.: Fortia de Piles. Р. 284–285).
567
Насколько оригинальна была «обедоцентричная» мораль Гримо, помогает понять сопоставление его «законов» с предписаниями предшествующих авторов. Антуан де Куртен, автор «Нового трактата о вежестве» (1671), в главе «О правилах поведения между равными и о насмешке» приводит следующий пример: некий богатый человек созвал друзей на обед, но не успели они приняться за еду, как хозяин дома получил известие о гибели корабля со всем его имуществом. Горе его было так велико, что он попросил друзей удалиться. Некий насмешник сказал по этому поводу: бедняге следовало предложить гостям пообедать в обществе сирен и тритонов, которые ныне владеют всеми его запасами (см.: Franklin A. La civilité, l’étiquette, la mode et le bon ton du XIII au XIX siècles. P., 2000. T. 2. P. 298–299). Куртен осуждает наглость насмешника, не уважающего чужое несчастье; можно утверждать наверняка, что Гримо на его месте осудил бы хозяина дома, которые поставил собственные злосчастья выше аппетита гостей.
568
Ср.: «Приносим искренние извинения женщинам порядочным (или слывущим за таковых в свете), однако в отношении любезности, не чуждой веселья, и вольности, не грешащей непристойностью, ни одна из них не может сравниться в застолье с большинством актрис Французской комедии» (УА, 307). Гримо, как видно из его биографии, был неравнодушен к актрисам, хотя далеко не со всеми его отношения складывались так удачно, как с Аделаидой Фёшер, ставшей его женой: Жозефина Мезере отвергла его ухаживания, а Франсуаза Луазон/Нозойль, предмет его страстной привязанности в начале 1780-х гг., при расставании взяла у него расписку в том, что он будет пожизненно выплачивать ей годовую ренту, и много лет спустя продолжала неукоснительно требовать своих денег.
569
Бомарше. Безумный день, или Женитьба Фигаро. Д. 5, явл. 3; в рус. пер. Н.М. Любимова: «Чтобы нажить состояние, не нужно проходить курс наук, а нужно развить в себе ловкость рук».
570
Нам не довелось видеть ни одной хозяйки дома, которая угощала бы многочисленных гостей, собравшихся вокруг щедро накрытого стола, лучше, чем госпожа Карон де Бомарше (урожденная Виллер). Доведя это искусство до величайшего совершенства, она так разумно и непринужденно распределяла свое внимание между приглашенными, что все те четыре часа, что длился обед, ни один из двух десятков гостей не мог даже усомниться в том, что она потчует только его. Мы не устанем ставить ее в пример нынешним Алкменам (ГдЛР).
Алкмена – жена Амфитриона в комедии Мольера «Амфитрион». Мария-Тереза, урожденная Виллермола (Willermaula; 1751–1816), была третьей женой Бомарше с 1786 г. О ней см.: Bonneville de Marsangy L. Madame de Beaumarchais d’après sa correspondance inédite. P., 1890. В молодые годы Гримо не только был знаком с Бомарше, который бывал на его «философических завтраках», но и находился с ним в своеобразном «свойстве»: Бомарше был любовником его тетки, старшей сестры его матери маркизы де ла Круа, и на этом основании участвовал в семейном совете, на котором решался вопрос об удалении Гримо из Парижа, причем выступал за жесткий вариант – помещение непослушного наследника в сумасшедший дом в Маревиле (Desnoiresterres. P. 138; Rival. Р. 65, 69). Впрочем, Гримо впоследствии на него зла не держал.
571
Cборник забавных «сказочек» прославленных французских авторов XVIII в., посетителей салона мадемуазель Кино (см. о ней примеч. 573), вышел впервые в 1739 г. и впоследствии неоднократно переиздавался с прибавлениями (2-е изд. 1742, 3-е изд. 1751, 4-е изд. 1757). Сказочки, опубликованные анонимно, позднее, в 1787 г., были перепечатаны в 10-м томе собрания сочинений одного из главных вкладчиков сборника Анна-Клода де Тюбьера-Гримоара, графа де Келюса (1692–1765). В «Даре мясника» мясник в знак последнего дня Карнавала («жирного вторника») преподносит своей любовнице быка, внутри которого находится свинья, внутри которой находится теленок, внутри которого находится баран, внутри которого находится индюк, внутри которого находится каплун, внутри которого находится греческая куропатка, внутри которой находится ортолан – и так далее вплоть до самого крошечного жаворонка; подарок сопровождается письмом, где говорится, что, если даме подарок понравится, мясник предпочтет этого жаворонка всем прочим животным и будет счастливее, чем этот жирный бык. В «Балете индюков» влюбленный юноша в честь Дня святого Мартина устраивает для своей возлюбленной представление в сарае; девица ожидает увидеть марионеток, а видит живых индюков; под жестяным покрытием сцены установлены жаровни, и когда покрытие это раскаляется, индюки начинает подпрыгивать, выделывая разнообразные пируэты и антраша.
572
О Кайо Дювале см. примеч. 402.
573
Актриса театра Французской комедии (где она дебютировала в 1714
