– Я подумаю…
– Вы думайте быстрее! Тут же скоро от недостатка воды мор начнется!
Попытавшийся было встать вестовой нервно икнул и вновь свалился в обморок.
Вмелена вывели из палатки, бесчувственного эльфа оттащили подальше, а князь откинул тяжелый полог:
– Дина!
Через мгновение в шатер проскользнула стройная эльфийка в мужском платье. Золотые волосы заплетены в тугую косу. На плече – пристегнутый под эполетом аксельбант:
– Да, милорд?
– Что скажешь? – Мужчина опустился в кресло.
Девушка задумчиво закусила губу:
– У меня не было лютни, но… В его душе не было лжи. Жажда наживы, насмешка, надежда на то, что ему поверят…Это все есть. Но обмана – нет.
Князь медленно кивнул:
– Благодарю вас, Диниль ли’Алиристиаль.
Девушка опустилась на одно колено:
– Я делаю, что должна, милорд. И надеюсь, моя верная служба сможет искупить вину моего брата и вернуть честное имя нашему роду… – На миг склонила голову и, встав, выскользнула из палатки, оставив князя наедине со своими размышлениями.
Темные могут сколько угодно говорить, что женщинам не место на войне. И это вполне объяснимо. Но есть одна проблема – мужчины не могут быть Стражами. А кто лучше Стража расскажет, что задумал враг? Кто почувствует подкоп под городской стеной? Кто поведает о расположении вражеских войск лучше любого лазутчика?
Женщинам не место на войне. Но в любом правиле есть исключения.
Вопрос о том, можно ли доверять Дине, даже не стоял. Да, Влариэль – предатель, но эльфы не темные. Предавать анафеме весь род за предательство одного – безумство. В Дубраве на счету каждый. И Диниль ли’Алиристиаль можно доверять.
А проверить, не протравлен ли фураж и провиант, можно будет легко.
В конце концов, Стражи могут если не все, так очень и очень многое. Да и характер у них, не дай боги каждому. К примеру, после беседы с герцогом Ниравиэне князь совершенно случайно встретился не с кем иным, как с Пресветлым Стражем чертогов великой Лиим, чьи границы находятся везде и всюду… Произносить полный титул можно еще полчаса. Проще назвать по имени. Князь встретился с Аэлиниэль Элиштас ли’Тайренкиль, находившейся там вместе с супругом. А вы пробовали когда–нибудь убедить молодую, полную сил женщину, что ее муж может отправиться на войну сам, без нее?
Попробуйте, попробуйте… Князь никогда не считал себя героем. Поэтому милостиво разрешил новобрачным присутствовать в ставке. В конце концов, Страж и оборотень никогда не будут лишними.
Поздно ночью, когда князь уже решил, что его все–таки обманули, как по волшебству появились первые подводы с едой. Какими путями они прошли сквозь вражеский заслон, осталось тайной. Кажется, Вмелен Юристи добился–таки звания «поставщик двора его княжеского величества». Что именно он будет поставлять, можно уточнить позже.
…Император Благоземья нервно крутил в руках гусиное перо.
Пятый корпус ил д’Арми просил разрешения действовать. Каждый день приходили просьбы позволить двигаться вперед, атаковать врага… Действовать хоть как–то, в конце концов! Можно даже подпалить пару деревень. Все лучше, чем стоять на месте.
А сегодня пришло новое известие от адептов. Пора, пора действовать. Ведь еще день–два спокойного расположения в бивуаках, и солдаты начнут бунтовать. Да, подавить попытки мятежей можно будет быстро. Но оно надо?
Император выслушал доклад адепта и кивнул.
Вперед, значит, вперед. Только надо еще связаться с ил д’Аву. Движение столь узким флангом не принесет никаких успехов. Надо приказать расширить фронт, глядишь, при выделении пары батальонов продвижение вперед станет более успешным. Солдатам нужны битвы. Марши попросту их выматывают, не принося никакой пользы.
А раз нужны битвы, значит, они будут.
– Нет, и не проси!
– Ну Диран…
– Нет, я тебе сказал!
Тэ обиженно надулась и стала показно шмыгать носом. Но на меня это уже не подействовало. Если учесть, что еще с полковником общаться придется на тему злостного нарушения обязательств – то совесть засыпает очень крепко. Ведь как ни крути – помощь потенциальному врагу, да еще и в военное время… Отец за такое точно бы в темнице запер, недельки на две. А мама уши предварительно начесала.
Ну дурак я, дурак, кто ж спорит? Повелся, как маленький на слезы. Взрослеть еще и взрослеть. Радует только то, что осада вроде как снята. Правда, только до тех пор, пока с побережья не подойдет корпус поддержки с новыми адептами Крови. Тар–керранг (ну что за глупый титул?) прямо сказал, что тогда за свою верность не ручается. А пойдет против – просто заставят. И будет он сам резать свою госпожу, коли захотят.
С другой стороны, можно снабдить их моими амулетами, но, если честно, мне трудно вот так вот перестать воспринимать их как врагов. Слишком воспоминания свежи и ярки. Поэтому просто опасаюсь. В общем, ладно, пусть принцесса (если она не врет) сама договаривается с комендантом. Он мужик умный и опытный. Думаю, не откажется от подобного пополнения. Хотя для гарантии надо бы еще и магическую клятву верности с них взять. Чтобы не смогли предать, даже если захотят. Не говоря уже про всякие «заставить». Только сперва надо разобраться со своими проблемами.
– Ну Диран… – Вот, одна из этих самых «проблем».
Тэ почему–то решила, что я должен обязательно помочь ей. С чего бы это? Лично мне плевать, кто будет править там за морем. Интересов империи я в этом не вижу. Мы не торгуем, посольствами не обмениваемся. Мы вообще никак не общаемся! Если, конечно, не брать в расчет сердечные привязанности Тери. Но он пусть там сам разбирается.
– Я же сказал тебе, это не мое дело. Мне еще надо помочь уничтожить тех, кто высадился на нашей территории.
– Но это же тоже мои подданные! – Угу, аппетит приходит во время еды.
Мало ей одной армии, хочет и вторую заиметь. Только вряд ли это получится. Не думаю, что второй тар–керранг тоже является персональным вассалом девушки. Да и присутствовавший при разговоре военачальник поморщился при словах своей госпожи. По всей видимости, тоже не разделяет радужных планов по поводу второй порции захватчиков.
– Это мои враги!!! – уже не сдерживаясь, прорычал я. – Мне плевать, к какому государству они принадлежат. Любой, кто попытается захватить нашу страну, – останется в ней навсегда! Под землей. А если хочешь, чтобы они остались живы, сию же секунду убери их с территории империи!
– Ты… Ты… – снова зашмыгала носом Тэ.
Только продолжать перепалку я не собирался. Молча развернулся и вышел из палатки. Сейчас надо вернуться в город и поговорить с комендантом. Бегать от собственных ошибок я не собирался. Вляпался – отвечай. В конце концов, это не просто детская проказа, да и место действия не песочница.
Разговор с комендантом выдался не из легких. Сперва меня просто сверлили тяжелым взглядом. Затем настал черед неодобрительного сопения. После чего задали вопрос:
– Ты вообще понимаешь, что сделал?
– Да. – Голову пришлось опустить, изображая раскаяние.
Иногда мне кажется, что отец был прав, не отпуская меня в самостоятельное путешествие. Особенно сейчас. И наказание приму как должное. Раз уж назвал себя взрослым, то и ответственность должна быть соответствующей.
– Ты можешь объяснить, почему?
Кажется, я оказал коменданту нехорошую услугу своей выходкой. Вроде бы и наказать меня надо, но в то же время… Во–первых, амулеты; во–вторых, доблестная защита стены (слышал рассказы) при первом штурме; в–третьих, моя магическая «специализация». Хотя может, и еще что–то есть, но остальное мне не известно.
– Ведение дальнейшей осады нежелательно, поскольку мы хоть и сократили численность вражеской армии, но она по–прежнему превышает количество боеспособного населения Миллинга, – встав навытяжку, стал рапортовать я. Может, и неправильно, но как слышал, так и пою. – Даже уничтожение магической поддержки в лице адептов Крови хоть и существенно помогает, но не исключает возможности наличия…
– Слушай, а если нормально?
Или у коменданта болит голова, или у меня все же не получилось нормального отчета.
– Ну если просто – к этим идет подкрепление. Численность почти такая же, как у стоявших под стенами до штурмов, да еще и адепты эти. Источник надежный, не врал. Двух армий мы точно не выдержим. Даже с амулетами.
– И это все?
Ладно уж, если признаваться, то во всем и сразу. Пусть знают, какой я дурак. Зато и мне напоминание будет, что глупость вообще–то наказуема.
– Она плакала, а я не знал, что надо делать…
В комнате повисла напряженная тишина. Мне оставалось только пристально изучать пол, пока решение по данному вопросу не будет вынесено. О чем думал комендант – даже не хочу представлять. Наверное, ругал меня на все лады.
