в её осуществлении.
Однако по самым разным причинам, прежде всего связанным с нерешительностью в принятии непопулярных мер, боязнью ряда руководителей укрепления роли союзного правительства, низким уровнем скоординированности организационной и экономической работы между различными уровнями исполнительской власти и т. д., практические возможности реализации антикризисной Программы уменьшаются с каждым днём. Основные меры по стабилизации финансового положения страны должны были реализовываться с 1 июля. Однако бесконечные согласования, обсуждения и т. д. привели к тому, что потеряно уже 2 месяца. За этот период, хотя тоже с опозданием, удалось только принять решения по стабилизации работы базовых отраслей и частично производства товаров народного потребления. Даже по принятым решениям организаторская работа развёрнута слабо. От неё фактически самоустранились многие органы управления как на союзном, так и на республиканском и особенно местном уровне. Кардинальных мер по оздоровлению финансового положения, несмотря на то, что они все признаны в Программе, не удалось даже согласовать в связи с особой позицией отдельных республик.
Необходимо понять, что через 2–4 месяца для нормализации положения придётся применять совсем другие меры и антикризисную программу можно будет просто выбросить в корзину. Единственным и безальтернативным станет только второй сценарий развития событий.
Предлагаемые ниже меры, которые необходимо начать реализовывать не позднее 1 октября, подготовлены совместными усилиями министров экономики и финансов 13 республик, руководителями республиканских банков, рядом специалистов как обязательные и неизбежные для реализации третьего сценария выхода из кризиса. При их подготовке практически полностью реализованы рекомендации МВФ, МБРР, ЕБРР и Программы «Шанс на согласие», не противоречащие выбранному подходу. Предлагаемые меры полностью вытекают из антикризисной программы.
По общей оценке важнейшими вопросами в области финансоводенежного оздоровления страны являются:
1. Устранение допущенного несоответствия между уровнями доходов и расходов внутри самой бюджетной системы. Расходы бюджетной системы производятся, главным образом, из союзного и республиканского бюджетов, а доходы концентрируются прежде всего в бюджетах местных Советов – в результате реальный дефицит бюджетной системы значительно выше, чем представляется в консолидированном бюджете.
Принятие решения о расширении доходной базы местных бюджетов, особенно при сохранении основной нагрузки по финансированию социальных программ на союзном и республиканском уровнях, привело к сосредоточению больших свободных финансовых ресурсов в местных бюджетах.
Остатки свободных средств на счетах местных советов составили на 1 июля 1991 года 36 млрд рублей и увеличились против начала года на 26 млрд рублей, т. е. в 3,6 раза.
(При рассекречивании абзац снят цензурой.)
При этом следует иметь в виду, что расходы местных бюджетов практически повсеместно не контролировались и при наличии больших свободных средств во многих случаях были неоправданными.
Складывается ситуация, при которой бюджетная система реально может выплеснуть на рынок дефицит не 240 млрд рублей, а примерно 310–320 млрд рублей, из которых 240 млрд рублей будут осуществлены за счёт кредитных ресурсов банков и по существу представляют собой кредитную эмиссию.
Отсюда следует, что бюджетная система становится важнейшим фактором генерирования мощных инфляционных процессов. Поэтому центральная задача здесь состоит в том, чтобы максимально уменьшить расходы бюджетов всех уровней, не покрываемые доходами.
В этих условиях следовало бы специальными указами президентов республик, во-первых, пересмотреть законодательно установленную доходную базу местных бюджетов в пользу республиканских и союзного бюджетов либо переложить на местные часть расходов республиканских и союзного бюджетов. Во-вторых, существенно сократить расходы самой бюджетной системы, в том числе на осуществление социальных программ.
По нашему мнению, при согласии республик можно было бы Указом Президента СССР реализовать решение о немедленном (с 1 сентября) замораживании всех общесоюзных и республиканских программ социального характера, не начатых финансированием по состоянию на 1 августа, предусмотрев продление этой меры по крайней мере на первое полугодие 1992 года.
При этом следует принять во внимание тот факт, что на 1991 год расходы на социальные цели по принятым программам увеличиваются на 47 млрд рублей (т. е. почти на сумму расходов двух предыдущих пятилеток, вместе взятых).
В дополнение к этому республиками самостоятельно были приняты социальные мероприятия общей стоимостью свыше 46 млрд рублей (в расчёте на год). В 1991 году эти расходы составят 22 млрд рублей.
Предлагаемые меры позволят сократить бюджетный дефицит примерно на 25 млрд рублей.
2. В значительной мере финансово-денежный кризис обусловлен стратегическими просчётами в налоговой политике, допущенными в 1990–1991 годах как в Центре, так и на местах. Действующая система налогообложения прибыли предприятий построена на беспрецедентном в мировой практике низком уровне налоговой ставки в совокупности с широким спектром налоговых льгот и не позволяет бюджетной системе мобилизовать ресурсы, необходимые для финансирования бюджетных расходов, экономического развития территорий, мероприятий по социальной защите населения и других общегосударственных нужд.
Одновременно это приводит к тому, что финансовые ресурсы предприятий неоправданно возрастают.
Так, в 1991 году в связи с уменьшением налоговых ставок и введением широких налоговых льгот доходы бюджетной системы сократятся на 188 млрд рублей. Одновременно, даже с учётом уменьшения объёма производства на 10–12 %, увеличения материалоёмкости на 5 %, снижения производительности труда на 12 %, средства, оставляемые в распоряжении предприятий, увеличатся по сравнению с расчётами на 256 млрд рублей, или в 2,5 раза, в том числе прибыль – на 153 млрд рублей, или в 1,5 раза.
Понятно, что эти средства будут получены, главным образом, за счёт неоправданного снижения налоговых ставок, завышения цен и других аналогичных факторов.
(При рассекречивании абзац снят цензурой.)
Масштабы перераспределения прибыли в пользу предприятий в условиях дальнейшей либерализации цен и действующего порядка изъятия доходов в бюджет будут неизбежно возрастать. Надо иметь в виду, что при реально складывающейся ситуации на рынке дополнительные финансовые средства предприятий не могут быть отоварены материальными ресурсами. Понятно, что в этих условиях, особенно при снятии ограничения на Фонд потребления, неотоваренные средства неизбежно будут направлены на оплату труда и другие выплаты из фонда потребления.
Непринятие кардинальных мер в этой области приведёт к тяжёлым экономическим последствиям:
а) дополнительной дезорганизации оптового рынка;
б) нарушению ценового паритета между отраслями и секторами экономики;
в) финансовой катастрофе предприятий, работающих по фиксированным ценам, а также имеющих высокий уровень государственного заказа, прежде всего предприятий агропромышленного, топливно-энергетического комплексов, оборонной промышленности;
г) резкому и неоправданному росту доходов населения, что ударит дополнительно по потребительскому рынку.
Складывается парадоксальная ситуация. С одной стороны, бюджетная система выплеснет в обращение свой дефицит в сумме примерно 310–320 млрд рублей, с другой стороны, предприятия добавят ещё около 250 млрд рублей. Таким образом, общий рост денежной массы составит 560–570 млрд рублей, не покрытых приростом товаров и услуг. Более того, прогнозируется абсолютное снижение выпуска товаров народного потребления и продовольствия в натуральном выражении. Другого и не может быть, ибо в условиях всеобщего дефицита любых товаров и наличия огромных свободных денежных средств рубль не может быть стимулом к наращиванию производства. Оживление
