эти годы он стал очень известен, просто знаменит.
— Да, очень.
— В этом, наверное, и ваша большая заслуга?
— Я старался, это был наш удачный совместный проект.
Свидетель был все еще в шоке от пережитого, от всего обрушившегося на него разом. Его не следовало пришпоривать, подгонять, уличать, выводить на чистую воду. Никита попросил рассказать ему максимально подробно о дне Бокова сегодняшнем и дне вчерашнем. Свирский сначала отвечал устало и неохотно, но постепенно, сам того не желая, разговорился. Он был общителен и словоохотлив от природы, и натура, даже несмотря на шок, брала свое. Никита слушал и не задавал пока вопросов, не перебивал. Так он узнал и о снятых в «Рождественском» для отдыха номерах, и о «совершенно сумасшедшей» неделе, предшествовавшей концерту в «России», и о репетициях, на которых «Кирка работал как зверь», и о поездке самого Свирского в Киев, и о многочисленных встречах Бокова с прессой. Узнал он и об «инциденте» — именно так Свирский дипломатично назвал скандал в антракте концерта: «Что скрывать? Об этом написали все газеты. Жданович был совершенно пьяный в тот вечер. Он и раньше себе позволял нападки и оскорбления. Кира относился к этому стоически — кто не застрахован он врагов и завистников, правда?»
— Правда, — согласился удивленный Колосов. — А все же из-за чего у Бокова со Ждановичем… А это что же — сам Алексей Жданович был, из Питера который?
— Вы что, увлекаетесь рок-музыкой? — спросил Свирский. — Не думал, что милиция…
— В молодости.., пацаном было, — Колосов кашлянул. Почему-то не хотелось особо распространяться на эту тему. Это было очень личное и очень давнее, почти уже забытое, и совсем не для посторонних глаз. — В общем, кто же такого известного артиста, как Алексей Жданович, не знает? И что же у них с Боковым был за конфликт?
— Это сильно сказано — конфликт, — ответил Свирский. — Просто в тот вечер во время концерта плохо сработала охрана. Они не должны были пропускать не-трезвого Ждановича на блиц-пресс-конференцию, устроенную мной для Киры в перерыве между отделениями. Это странное слово «блиц-пресс-конференция» он выговорил с трудом. Было видно, что он смертельно устал и держится из последних сил.
— А что, удачно прошел концерт в «России»? — спросил Колосов.
— Удачно. Мы так этого дня все ждали, готовились. Боков переживал. У него впереди такие планы были наполеоновские… Да и у меня тоже, как у его продюсера, — Свирский покачал головой. — Я, когда увидел его там, в кювете, я даже не поверил сначала, что это он… Глазам своим не поверил. Кирка Боков и.., это.., кровь, этот ужас… И в такой день.
— В какой такой день?
— У него мать умерла. В Чите. Там его семья живет. Нам в офис позвонили, сообщили. Я что помчался-то? Я ведь сказать ему ехал.
— Да, дела, — Колосов покачал головой. — Точно жизнь наша — тельняшка полосатая. Вчера успех, овации, банкет, а сегодня… Значит, вы, Олег, ехали в этот ресторан, чтобы сообщить Бокову трагическую весть. Вы не застали его в «Рождественском», правильно я вас понял?
— Правильно.
— А насчет ресторана, кто вам сказал, что Боков туда уехал — администрация отеля?
— Нет. В том-то все и дело. Что-то тут не так, — Свирский нахмурился. — В «Рождественском» не знали, где Кира. Тогда я перезвонил в офис, и секретарь сказал: Кира звонил и просил передать мне, что у него встреча в «Охоте» с представителем консорциума «Медиа». Дело в том, что в день концерта я ему сказал о том, что «Медиа» нащупывает с нами контакты. Еще радовался, дурак… Так вот, пока я тут сейчас у вас сидел, я связался с «Медиа». И знаете, что они мне сказали? — Свирский глянул на Колосова. — Что они вообще ничего не знают, представляете? Никто с нами на контакт не выходил, никаких планов у них на наш счет нет. И больше того — ни с Кирой никто из их менеджмента не собирался встречаться в ближайшее время, ни со мной, его менеджером, никто по телефону не говорил. Получается, что мне приснилось, будто оттуда был звонок?
— А вы там, в этом «Медиа», лично кого-то знаете?
— Нет. И дел никаких с ними не вел. Не приглашали. Они ж крутые. Жди наш брат, когда позовут. А выходит, что и не звали, — Свирский криво усмехнулся. — Что же это, розыгрыш, что ли, был чей-то?
— Возможно, и не совсем розыгрыш. Вот скажите, для Бокова эта встреча с представителем «Медиа» являлась заманчивым предложением?
— Еще бы. От таких встреч не отказываются. Такой шанс нечасто выпадает, даже после успеха на концерте.
— А вам самому все это не кажется подозрительным?
— Вы думаете, все это было сделано специально? — Свирский покачал головой. — Но кому это надо — весь этот театр? Зачем?
— Кирилл Боков убит. На не слишком оживленной дороге, ведущей к ресторану, куда он спешил и где, оказывается, его не ждали.
— Тогда я вообще ничего не понимаю, — Свирский покачал головой.
— Ладно, пока запишем это в разряд загадок. Олег, я что еще хотел у вас спросить. Вы были в курсе его личной жизни?
— Ну, был. Постольку поскольку. А что?
— Женщины знакомые у Бокова были, девушки?
— Очередь стояла от Москвы до Киева.
— Счастливый, значит, был человек. — Никита Колосов вздохнул. — Следующему вопросу не возмущайтесь, пожалуйста. С путанами Боков дело имел?
— С путанами? Как-то вы по старинке выражаетесь…Продажными шкурками Кира брезговал. Здоровье свое — Что, никогда-никогда? На гастролях — нет?
— Он берег свое здоровье. Он руки почти ежесекундно мыл. Мечтал в барокамере спать, как Майкл Джексон, вы что? — Свирский вздохнул. — Он из своей внешности, из своего голоса капитал делал, а вы — проститутки. У него столько подруг было, причем девочки вполне укомплектованные… Он жениться хотел на деньгах. Вот и женился на бабе безносой с косой…
— Кроме Ждановича, у него были недоброжелатели?
— Были, конечно. Завидовали, в газетах разная сволочь писала про него черт знает что.
— Кто-нибудь угрожал ему? Может, письма слали по электронной почте или так? Знаете, фанаты, то-се?
— Писем не слали. Звонки были от девиц каких-то — ну, это обычное дело: люблю тебя, жить без тебя не могу, отравлюсь. Мало ли полоумных дур? Поэтому на концертах он с охраной ходил. Так, повседневно, тоже. Мы нанимали всегда в одном и том же агентстве. Водитель у нас есть — Николай Фроленко, он же и охранник Киры. Но в «Рождественском» и так все зарежимлено, туда никто со своей охраной не ездит, это считается дурным тоном. Николай сейчас в отгуле, потому
