не поставляли товары во дворец. Я обязательно исправлю свое упущение, госпожа Ли.
— Тогда расскажи, что знаешь.
— Наложница Муюнь была привезена в Линьцзин около года назад четвертым принцем, но она жила не в его дворце, а в отдельно снятом доме на краю города. Она никогда не выходила и ни с кем не виделась. При прохождении Пурпурных ворот было записано, что девица Муюнь пятнадцати лет от роду происходит из семьи провинциального чиновника низкого ранга.
— А служанка Ванься? Она с самого начала была при ней?
Кан Цзеси посмотрел на меня строго и сказал:
— Госпожа Ли, кто обращает внимание на слуг? Может быть, Ванься приставили к ней уже во дворце.
— Я могу узнать, если госпожа Ли того желает, — раздался тихий шелестящий голос.
От неожиданности я чуть не подпрыгнула. Тан У вышел из тени и первым заговорил со мной!
— Ты можешь? — я невольно подалась вперед. — Но это так сложно! Муюнь живет во дворце уже полгода, кто ее вспомнит?
— Человек не вода, без следа не просочится, — уверенно сказал мой скрытый воин. — А уж молодую красивую девушку запоминают надолго.
— Откуда ты знаешь, что она красивая? Ты же ее не видел!
— Она стала любимой наложницей наследного принца! Конечно, она хороша собой. Но если госпожа Ли опишет ее внешность, я смогу побыстрее вызнать ее прошлое.
Я рассказала, как выглядит наложница Муюнь, несколько раз повторив про фениксовые изящные глаза.
— Но когда ты будешь этим заниматься? Или Тан У больше не хочет охранять меня? — спросила я и мысленно поморщилась от того, насколько кокетливо это прозвучало.
— Я продолжу защищать госпожу Ли. Прошу позволения покидать поместье после того, как госпожа Ли вернется домой.
Он собирается рыскать по городу ночами? Когда же Тан У будет отдыхать?
* * *
Спустя несколько дней я получила сразу несколько писем: первое — доклад Тан У о том, что он выяснил, второе — приглашение от наложницы Ченси, доставленное в Павильон, и третье — короткая записка от Кан Цзеси, где сообщалось о попытке моего племянника похитить мастера Яо.
Отложив все дела, я сразу же помчалась в мастерскую. Похищение Яо Пэна! Такое нельзя спускать с рук! Но прежде я должна была всё увидеть своими глазами.
На улице возле мастерской было настоящее столпотворение. Мелкий чиновник из Столичного управления с двумя стражами пытались разогнать народ, твердя, чтобы все разошлись по своим делам. Но посетители ремесленной улицы и припоздавшие работники, завидев толпу, первым делом норовили втиснуться в нее, чтобы расспросить, что тут случилось.
Едва я подошла ближе, как появился Тан У и вместе с другими охранниками провел меня в саму мастерскую. Во дворе я заметила несколько запылившихся полос крови, в столбе — арбалетный болт, несколько сломанных палок.
— Кан Цзеси! — воскликнула я, увидев своего управляющего.
— Всё хорошо, госпожа Ли, — первым делом успокоил он. — Нападение мы отбили, выживших связали и закрыли на складе. Мастер Яо даже царапины не получил.
— Да лучше бы я кровью истек! — закричал старик Яо из мастерской, а потом вышел и бросился передо мной на колени. — Госпожа Ли, они испортили мою последнюю смесь! Та глазурь — она должна была получиться необыкновенной, неземной, великолепной! А те варвары перевернули котел и разбили два новых образца. Их надо забить до смерти!
Чиновник наконец осознал тщетность попыток разогнать толпу, поэтому попросту велел закрыть ворота мастерской, а сам подошел ко мне.
— Имею ли я честь разговаривать с госпожой Ли, что владеет этой мастерской? — спросил он. — Я Чжао Хэн, уездный начальник, чиновник девятого ранга.
Я вежливо кивнула.
— Велите своим людям отдать пойманных бандитов! Я быстро выбью из них всю подноготную! Надо же выдумать — напасть на ремесленную мастерскую. С лавочников больше бы получили.
Я хотела было согласиться, но услышала тихий шепот Тан У:
— Это Ли Жуй устроил.
— Прошу прощения, господин Чжао, — тут же ответила я. — Бандитов поймали мои люди, мы сами разберемся с этим делом.
— Госпожа Ли, — побагровел уездный начальник, — закон предписывает, чтобы преступников передавали в Столичное управление.
— Я лично попрошу прощения у господина Гэн Тао за свою грубость.
Услыхав имя главы всего Столичного управления, Чжао Хэн не посмел больше настаивать. Кипя от злости, он кликнул стражников и ушел.
— Ли Жуй? — воскликнула я, едва за чиновников закрыли ворота.
— Да, госпожа Ли, — сказал Кан Цзеси. — Хорошо, что Тан У предупредил меня, и я увеличил охрану возле мастерской.
Пожалуй, я могла бы вспылить из-за того, что меня держали в неведении, но промолчала. Кан Цзеси сумел защитить мастера Яо, и это важнее моих мелких обид. Потом я намекну управляющему, о чем стоит докладывать мне, а о чем можно умолчать. Хотя кое-что я должна узнать прямо сейчас.
— Как долго?
— Почти неделю.
— Тан У подслушал разговор?
— Да, госпожа Ли, — подтвердил скрытый воин.
Тогда Тан У поступил правильно. Ли Жуй часто болтает, но редко доводит дело до конца. Если бы я знала с самого начала, то понапрасну изводила бы себя тревожными мыслями и, может, сделала бы глупость, пожаловавшись маме. Но тогда Ли Жуй бы струсил, а слова охранника против слова Ли Жуя стоят немного — все знают, как Тан У мне предан.
— Хорошо! Подержите бандитов взаперти еще немного. Перевозить их поместье пока не надо, не хочу, чтобы они случайно умерли. Кан Цзеси, оставь здесь побольше охранников, а сам проводи меня к Павильону. Мне нужно сегодня во дворец.
— А что делать с глазурью? С разбитыми образцами? Как мне теперь работать? — возопил старик Яо.
Я подошла к нему и поклонилась:
— Прости, мастер Яо, это моя ошибка. Я обещала тебе защиту, а эти люди испортили твой труд и напугали тебя. Этого больше не повторится.
— Госпожа Ли, — заплясал вокруг меня старик, не смея прикоснуться, — не надо так делать! Госпожа Ли не должна кланяться глупому простолюдину вроде меня. Этот ничтожный вовсе не злится на госпожу Ли. Я расстроен, что они испортили глазурь, которая обязательно пришлась бы по душе госпоже Ли, только и всего!
Выпрямившись, я сказала:
— Мастеру Яо не нужно так переживать. Мне нравится всё, что выходит из-под рук мастера Яо.
Уже в Павильоне,
