Ты больше похож на мужчину, чем на демона! И за такой долгий срок ты мог бы уже выпытать у нее, кто она такая! И кто тот, что скрывается от всех…
Тамлин с силой сжал зубы, так что они заскрипели.
– Кто такой тот, второй, она сама не знает, она даже не знает о его существовании.
Один из старших демонов ударил его и сказал:
– Не ври, подлая тварь!
Тамлин со злостью схватил толкнувшую его ногу, но охранники оттащили его прочь. Они зашипели, окатив его горячим паром.
– Это правда, она ничего не знает о нем, – с ненавистью ко всем собравшимся произнес Тамлин.
– Хорошо, а что касается ее самой? – спросил один из старейшин. – Лилит говорит, что эта земная женщина видит тебя. Кто она такая?
– Я не знаю. Она из рода Людей Льда.
– Это не ответ. Люди Льда сильны, у них могущественные предки. Но видеть ночного демона они не в состоянии. Ты настойчиво спрашивал ее об этом?
– Конечно!
– Вряд ли, – с глубоким презрением сказала одна из женщин-демонов. – Он погубил себя в ее объятьях, вместо того, чтобы выудить у нее истину.
– Это не так, – с горечью воскликнул Тамлин. – Я мучил ее, я разговаривал с нею во сне, но она не хотела или не могла мне ничего сказать. Наверняка она сама ничего об этом не знает.
На самом же деле он совершенно забыл об этом за последние месяцы. Он все, все забыл, ему хотелось только быть рядом с ней, прикасаться к ее нежной коже, видеть, как ее глаза загораются от того, что она называла любовью. Он чувствовал такое мягкое тепло, когда она так смотрела на него, он просто тонул в ее объятиях, в исходящем от нее запахе цветов, женщины, желания, тонул в потоке незнакомых ему слов о любви, в водовороте ее диких и нежных ласк…
Может ли при этом бедный демон помнить о том, что за пределами всего этого есть еще какой-то мир? Что какое-то страшное существо только и ждет, чтобы нанести ему удар за то, что он не является с донесением?
Тамлин получил удар кнутом по лицу от одного из охранников с мужским телом и звериной головой. Он скорчился, но не издал ни звука, хотя лицо его было залито темной кровью.
Все его тело было покрыто ранами. Женщины-демоны пристально изучали его член.
– Недурно, – усмехнулась одна из них, – насколько я понимаю, он хорошо попользовался им.
И с этими словами она села к нему на колени, пытаясь воткнуть в себя его член, но Тамлин был холоден, как лед. Не задумываясь над этим, он стойко сохранял верность Ванье. Его гордость была ее гордостью, и никто другой не должен был иметь к этому отношения.
Женщина-демон была раздосадована таким приемом и с силой ударила его по лицу.
Самый старший из всех демонов встал с места и сказал:
– Довольно! Приковать его цепями к стене в Глубинной Пещере! Пусть он остается там навечно! Он совершенно бесполезен для нас, от него больше вреда, чем пользы.
У Лилит вырвался стон, но она ничего не могла поделать. Тамлин совершил преступление против всех, навлек на них немилость обожаемого Тенгеля Злого, и сын ее не высказал никаких сожалений, не сделал никаких попыток оправдаться.
Он был уже ни на что не годен. И прежде всего нужно разлучить его с этой земной женщиной. Дальнейшие отношения между ними могли закончиться катастрофой для всех ночных демонов.
Тамлин принялся бранить их и осыпать угрозами, назвал ничтожными подлизами, идиотами, ни на что не способными старыми олухами, но это не помогло. Охранники препроводили его в Глубинную Пещеру.
Там, в самой темной из всех кошмарных обителей, его заковали в цепи, несмотря на сопротивление, приковали магическими кольцами к скале – за руки и за ноги.
Пища ему не требовалась. Любой демон – бессмертен. И только самое отвратительное существо на земле, ничтожная тварь, их спящий глубоким сном властитель, могло уничтожить его, в случае, если бы его власть стала достаточно сильной.
Но если бы Тенгель Злой и стал когда-нибудь властелином мира, он в первую очередь подумал бы не о демоне Тамлине.
Так что молодому демону предстояло вечно висеть на цепях.
Крик его душевной боли был слышен в большом зале и доносился до самых ворот, за которыми начиналось царство света, навсегда потерянное для него.
9
Дни и ночи в напряженном ожидании.
Тамлин не приходил.
Возможно, Ванья должна была почувствовать облегчение… Но этого не было.
Она вся была как клубок обнаженных нервов. Где он был, что с ним случилось?
«Тамлин, Тамлин, знаешь ли ты, как много ты значишь для меня? – шептала она в ночи, когда прошла уже целая неделя, а он не подавал никаких признаков жизни. Она так боялась, так беспокоилась о нем. Неужели Тенгель Злой все-таки добрался до него? Или же Тамлин решил, что эротически женщины-демоны являются для него лучшими партнерами по постельным играм, чем она?
Страх оставил отпечаток на ее внешности. Все в Липовой аллее и в доме Малин были глубоко озабочены, а Бенедикта беспрестанно взывала к Марко и к их общим прародителям.
Но ничто не помогало.
Пока вдруг не приехал Кристоффер со своей невестой Марит.
Это заметно оживило Ванью.
Сначала она – как и все остальные – была изумлена его выбором жены. Марит была совершенно простой женщиной и, несмотря на недавно купленные модные платья, искусно сделанную прическу и старательно выговариваемые слова, не могла скрыть своего примитивного воспитания. Она все время пугливо озиралась по сторонам, косилась на других, чтобы посмотреть, как они делают что-то, и сама делала так же.
Зато потом она так понравилась всем! Оправившись от первого шока, они просто не знали, как услужить ей.
Хеннинг и Агнета пригласили всех на праздничный ужин в честь новобрачных, так что все собрались в этот вечер на Липовой аллее. Ванья чувствовала, что у нее с Марит есть что-то общее, и ей очень хотелось поговорить с ней. Но о чем? Не могла же она рассказать ей о своем отчаянии по поводу пропавшего демона! А это было единственное, о чем она хотела теперь говорить.
Нет, этого нельзя было делать. Еще ей очень хотелось сказать Марит, что она рада женитьбе Кристоффера именно на ней.
Но Ванья молчала, она не могла говорить, все в ней словно склеилось. Несколько лет с демоненком, потом тревожное время со взрослым Тамлином, постоянные
