не рота, её очень хорошо видно, даже если под ружьё встанет половина из пленных. Значит, что? Значит нужно уничтожить их аэродром, хоть один, этот большой.
За эти годы у немцев тут было три аэродрома, к самому большому отправился Грач с пацанами на платформе. Ещё один больно далеко, не успели бы мы до него добраться и ещё один в самом Берлине. Но по информации от капитана, на последних двух самолётов не так много. Да, там есть военные борты, истребители, бомбардировщики, но в основном они на этом большом аэродроме. И да, больно нам интересно, что это за пульки такие на самолётах, что с лёгкостью пробивают арканит. Нам они определённо пригодятся, а ещё лучше технология их производства. В общем большой аэродром тоже решили уничтожить.
Естественно слух о том, что мы будем биться с фашистами мгновенно разлетелись по всем мирам. И народ попёр добровольцами. Даже то, что можно погибнуть никого не останавливало. Все хотели отомстить ушедшим от справедливого возмездия немцам, пусть это и были их потомки. Плевать. Пусть прочувствуют на своей шкуре, что такое война. Около того же большого аэродрома уже должны были открыть ворота и через них в этот мир выйти Корж со своими пацанами. Ох я чувствую там и заварушка будет.
То, что капитан предложил освободить пленных использовав немецкую форму нам понравилось. Мы всего лишь немного доработали план, внесли так сказать некие изменения и дополнения. Капитан то просто предлагал приехать в лагерь, построить солдат и вмазать по ним из пулемётов. Но охраны там много, больше двухсот пятидесяти человек, мы просто не успеем их расстрелять. А идти штурмом на лагерь нельзя. Сразу прибудет подмога и нас просто могут там блокировать, а нам нужно, чтобы пленные сформировались в несколько больших подразделений и навели конкретного шороху в немецких тылах, и мы решили-таки напасть на сам порт.
Все в немецкой армии знают, что сами солдаты торгуют с местным населением и теми же партизанами. Вот на этом мы и решили сыграть. У немцев есть военная полиция как в любой армии, её обычные солдаты и офицеры страсть как не любят и боятся. Именно эти полицейские и занимаются отловом таких торгашей среди своих солдат.
В лагере у партизан, как в любом крупном коллективе естественно нашлись несколько снабженцев и хомяков. Снабженцы то ладно, понятно, что у них за должности. А вот хомяки, это отдельная каста. Эти тащат к себе в норку всё что плохо лежит. Только потом в этой норке у них можно найти много чего интересного и полезного и это используется на общие блага, а не тупо лежит гниёт. Ну как у нашего ПМа оружейника. У него на его складе есть всё, даже Туман не знает, чего у него там из стволов и боеприпасов. Но если нам что-то нужно специфическое, вуаля, ПМ это тут же предоставляет. Так и тут оказалось.
У местных хомяков нашлась и новая немецкая форма, и форма полицейских. И какие-то пустые бланки этих полицейских. Даже несколько аккуратно лежащих в ящике документов этих полицейских и сами жетоны. Всё терпеливо лежало и ждало своего часа.
Дальше уже дело техники. Ноутбук, принтер, скан, хороший дизайнер и программист. В лагере набили текст на эти листки, сделали новые документы, особенно постарались для Упыря и Мамули.
Так как захваченных документов хватало, то и, как и что писать в сопроводительных документах мы понимали. Всё, к вечеру документы были готовы, попутно ушивали форму. Упырь и Мамуля получали накачку от капитана на предмет чего говорить и как говорить.
Почему именно Упырь и Мамуля? Среди наших ребят и добровольцев хватало тех, кто знает немецкий язык, но. Нужно, чтобы было чистейшее произношение, даже чтобы падежи правильно произносили и расставляли. Есть конечно ещё Одуван, тот же Няма, Грач и другие. Но они нужны в других местах. Вы не забывайте, что мы воюем с немцами. Сам Грач командует в нападении на аэродром, там тоже знание языка нужно. Попутно в этих отрядах были и те, кто знает английский и французский языки.
Упырь и Мамуля тем более знают всю ситуацию и дополнительно им ничего втирать не нужно. Нужна просто нахрапистость, этого у них хватает.
Дальше. К порту отправились Туча и ещё несколько наших ребят и проводников из партизан на платформе и парящих мотоциклах. Их задача, первое, найти место, где принять тех, кто из пленных готов напасть на порт, второе, встретить платформы с оружием, третье, найти на парящих мотоциклах саму дорогу для этих самых платформ.
Мы так же понимали, что за несколько часов мы просто физически не успеем перевести к порту большое количество бывших пленных, поэтому решили использовать наши ворота. Немцы могли очухаться раньше. Связь то мы конечно им заглушим, но рисковать лишний раз не стоит.
Как только мы освобождаем пленных, то те, кто согласится участвовать в боях, тут же перебрасываем под порт с помощью наших ворот. Откроем их, людей в зал приёмки, закрываем, снова открываем около порта по маякам Тучи и вуаля, масса людей уже там и там же их ждёт оружие. Всё, дальше в бой, плюс наши бойцы. Как не старались, отговорить никого не смогли, добровольцев было очень много. Надеемся, что на формирование подразделений уйдёт не более двух часов. Потом вся эта масса, ну кто уцелеет уйдёт в леса, там уже мы их снабдим всем необходимым, и они вольются в ряды партизан.
Конечно проведут чистку, кто стукач, кто нормальный, но это потом. И вся эта масса будет та ещё головная боль для немцев.
Ну а мы, под шумок высадимся на остров. Штурмовать мы его не собираемся, есть тоже идея.
— 10 секунд – отвлёк меня от своих мыслей Слива.
Смотрю ещё раз на стоящих в шеренгах охранников. Всё как мы и хотели. Они стоят уже в 4 шеренги, млять, как же их много и все с оружием. Стоят прямо напротив места, где должны открыться наши ворота, метрах в шестидесяти. Брать их в плен никто не собирается. Нет времени на уговоры, да и пленные не поймут. Успеваю так же посмотреть на Ироса, тот уже должен был быстро шепнуть партизанам, что сейчас будет и что мы, люди с красными повязками на руках свои и что сейчас сюда ещё попрут такие же. Ага, судя по их довольным лицам он сказал, люди ждут боя, вон многие кулаки сжали.
Упырь, Мамуля и наши переодетые бойцы
