За время переезда на яхту дети успели рассказать ему о всех приключениях «Дункана».
В каком неоплатном долгу был капитан Грант у этой мужественной женщины, у её мужа и друзей! Гарри Грант высказал чувства, переполнявшие его сердце, с такой простотой и благородством, его измождённое лицо светилось таким неподдельным, таким чистым волнением, что все почувствовали себя полностью вознаграждёнными за перенесённые страдания.
Невозмутимый майор и тот украдкой вытирал слёзы, которые он не в силах был удержать. Что касается Паганеля, то он и не пытался скрывать своих слёз: он рыдал, как ребёнок.
Гарри Грант не мог оторвать глаз от дочери. Он находил её красивой, очаровательной. Он повторял ей это без конца, призывая Элен в свидетельницы, чтобы убедиться, что отцовские чувства не обманывают его.
Он с восхищением смотрел на сына.
— Как ты вырос! Да ты настоящий мужчина! — восторженно восклицал Гарри Грант.
И он осыпал своих детей поцелуями.
Роберт по очереди представил ему своих друзей, для каждого находя новые похвалы. Все эти люди были одинаково добры к бедным детям. Когда очередь дошла до Джона Мангльса, молодой капитан покрылся краской, так же как и молодая девушка, и его голос дрожал, когда он отвечал отцу Мэри Грант.
Элен во всех подробностях рассказала капитану Гранту историю спасательного путешествия, и сердце отца наполнилось гордостью за своих детей.
Гарри Грант узнал о подвигах своего сына, о том, что он уже уплатил часть отцовского долга.
Потом Джон Мангльс говорил о Мэри в таких выражениях, что Гарри, уже обо всём догадавшийся по нескольким словам Элен, взял мужественную руку молодого капитана, соединил её с рукой своей дочери и обратился к Гленарвану и его жене со словами:
— Друзья мои, поздравьте этих детей!
Когда обо всём уже было переговорено тысячу раз, Гленарван рассказал капитану Гранту об Айртоне. Грант подтвердил всё сказанное Айртоном.
— Это умный и отважный человек, которого страсти толкнули на преступление. Может быть, одиночество и раскаяние вернут его к честной жизни.
Но прежде чем Айртон был перевезён на остров Мария-Терезия, Гарри Грант захотел принять там своих новых друзей. Он пригласил их посетить его деревянную хижину и посидеть за столом океанского Робинзона.
Гленарван и его товарищи охотно приняли приглашение. Роберт и Мэри горели желанием увидеть место, где так долго страдал их отец!
Снова снарядили шлюпку, и отец со своими двумя детьми, Гленарван с женой, майор, Джон Мангльс и Паганель высадились на берег острова.
Достаточно было нескольких часов, чтобы осмотреть все владения Гарри Гранта. Собственно говоря, остров был не чем иным, как базальтовой скалой, образованной вулканическим извержением. В древние геологические эпохи эта гора поднялась из вод Тихого океана под давлением подземных сил. Но с течением веков вулкан стал обыкновенной горой. Затем здесь образовался чернозём, появилась растительность, китоловы оставили тут несколько домашних животных, коз и кабанов, которые расплодились и сделались дикими. Таким образом, все три царства природы: минеральное, растительное и животное — процветали на этом заброшенном среди Тихого океана островке.
Как только там очутились потерпевшие крушение с «Британии», человеческая рука пришла на помощь природе. В два с половиной года Гарри Грант и два матроса совершенно преобразили остров. Отлично обработанная земля стала приносить высокие урожаи.
Гости посетили дом, стоящий под сенью развесистых камедных деревьев. Перед окнами расстилалось безбрежное море, освещённое ослепительными лучами солнца. Гарри Грант велел перенести стол под тенистое дерево, и все уселись вокруг него. Жаркое из барашка, нарду, козье молоко, два-три корня дикого цикория и свежая, чистая вода — вот из чего состоял простой обед, достойный аркадских пастухов.
Паганель был в восторге.
Старые мысли о преимуществах жизни Робинзона снова зашевелились у него в мозгу.
— Ну и повезло же этому мошеннику Анртону! Этот остров — настоящее райское местечко! — сказал он.
— Да, — ответил Гарри Грант, — райское местечко для трёх несчастных, потерпевших крушение, но я жалею, что Мария-Терезия — только крохотный клочок земли, затерянный в безбрежном океане, а не большой плодородный остров с рекою вместо ручья и с портом вместо жалкой, крохотной бухточки.
— Но почему, капитан? — спросил Гленарван.
— Потому, что тогда я мог бы основать здесь шотландскую колонию.
— Ах, капитан Грант, — удивлённо сказал Гленарван, — значит, вы не оставили этой идеи, сделавшей ваше имя таким популярным у нас на родине?
— Нет, сэр, и я надеюсь, что мне удастся воплотить эту идею в жизнь. Надо, чтобы наши бедняки получили, наконец, убежище от нужды и голода где-нибудь на новой земле! Надо, чтобы на земле было местечко, где наши соотечественники получили бы ту независимость, которой им так не хватает в Европе!
— Это отличный план! — воскликнула Элен. — Он вполне достоин благородного сердца. Но этот остров…
— Нет, сударыня, эта скала может прокормить лишь нескольких колонистов, а нам нужна обширная земля.
— Хорошо, капитан! — воскликнул Гленарван. — Будущее в наших руках. Мы будем вместе искать эту землю.
Руки Гарри Гранта и Гленарвана соединились в крепком пожатии, как бы скрепляющем это обещание.
Потом все присутствующие попросили капитана Гранта рассказать его историю, а также историю двух его матросов, потерпевших крушение на «Британии» и заброшенных на два долгих года на этот пустынный остров.
Капитан Грант с удовольствием исполнил их просьбу.
— Наша история, — начал Гарри Грант, — похожа на историю всяких других робинзонов, очутившихся на пустынном острове и понявших, что в борьбе с силами природы им не на кого рассчитывать, кроме как на самих себя.
В ночь с 26-го на 27 июня 1862 года «Британия», разбитая страшной бурей, длившейся шесть дней без перерыва, потерпела крушение на подводных скалах Марии-Терезии. Море яростно бушевало, и весь экипаж погиб в волнах, за исключением меня и двух матросов: Боба Лирса и Джо Белла. Нам удалось выбраться на берег после двадцати бесплодных попыток. Земля, на которой мы очутились, оказалась маленьким пустынным островком в две мили длиною и в пять миль шириной. На острове росло несколько десятков деревьев, были две-три лужайки и источник пресной воды, по счастью, никогда не иссякавший.
Очутившись на краю света, мы, однако, не потеряли бодрости. Мои товарищи по несчастью, Боб и Джо, изо всех сил помогали мне.
