говорю, этот человечище никогда ничего не забывает и голову не теряет.
Глава 3. Дом мечты
Воздух Даута был насыщен ароматами — пряными и густыми, настолько, что казалось их можно увидеть. Сидящая на моих руках Бандитканедовольно чихнула и запустила когти в рукав куртки. Можете смеяться, но именно моя совесть не позволила бросить её на Земле, оставив на попечение родителей. Мика к страданиям оставленной в прошлый раз питомицы отнёсся более чем равнодушно, он и сейчас только шикнул на негодяйку, заставив её прижать уши и утихомириться. Потом, чуть сощурив раскосые глаза, глянул на стоящее в зените местное солнце, поправил висящую на плече сумку и обратился уже ко мне:
— Ну что, пошли?
Я с некоторой нерешительностью глянула на люк только что покинутого нами космокатера — по правде говоря, я с большим удовольствием вернулась бы в его кондиционированный комфорт, чем отправилась на покорение чужой планеты. Интересно, что заставило поселиться именно здесь эту самую Мару, в гости к которой мы направлялись? Я уже даже начала понемногу сожалеть, что дала уговорить себя на поездку к этой не то старинной подружке, не то к знакомой знакомых Микиных отцов. Хотя нам её оплатили. Поездку. А когда ещё удастся побывать в таком экзотическом местечке как Даут, да ещё и за чужой счёт? Так что перестаём кукситься и ищем привлекательные стороны в том, что меня окружает. Температура воздуха несколько ниже комфортной? Так что мешает сделать куртку потеплее? Запахи слишком назойливы? Ну, к этому придётся привыкнуть — не ходить же с фильтрами в носу? (Кстати интересно, в холоде же нюхалка обычно отключается, а тут ничего подобного.) И вообще, мне представилась уникальная возможность познакомиться с одной из самых интересных рас галактики в естественных, так сказать, условиях. А Бандитке надавать по лапам, чтобы не смела от избытка чувств драть когтями хозяйскую руку!
Все космодромы всех миров похожи один на другой в силу выполняемых ими функций: места для приземления малых космических судов (большие дальше орбиты не продвигаются), так или иначе огороженные, множество дорожек — пешеходных и по которым снуют многочисленные кары для багажа, ленивых и особо спешащих пассажиров. Мы не спешили, медленным, прогулочным шагом продвигались в сторону длинного приземистого здания, где должны были пройти регистрацию.
— Мря-а, — хрипло мявкнула Бандитка и спрыгнула с моих рук, решив видимо пробежаться на собственных лапах.
— Интересно, почему наш лингводекодер переводит с более чем трёхсот языков разумных, а домашних животных понимать не помогает? — Я проводила взглядом горделиво задранный хвост и ритмично мелькающие длинные лапы нашей питомицы. — Не может же быть, чтобы у них был принципиально другой способ общения.
— Нет, конечно, — Мика носком ботинка откинул Бандитку подальше от силового купола с тревожно гудящим внутри него сооружением, к которому та уже успела вытянуть свою любопытную морду. Бандитка обернулась, смерила нас презрительным взглядом голубых глаз и потрусила дальше. — Принцип совершенно тот же, разве что словарь очень небогат. И для домашних животных они уже давно расшифрованы. Собственно лингводекодеры изначально для них и создавали, это уже значительно позже стали использовать для общения с инопланетниками.
— Так почему бы не…?
— А не влезет всё, — он пожал одним плечом, свободным от сумки. — Их же много очень, а память у этого приборчика большая, конечно, но не безграничная же.
— Почему много? Кошки, собаки, хомячки там всякие, — я задумалась вспоминая, кого ещё у нас принято держать. Нет, ну золотых рыбок упоминать не буду. И сельхоз животных, которых ещё держат на некоторых тематических фермах, тоже. — Черепашки…
— И ты всерьёз думаешь, что, скажем у кошек, один язык на всех, без учёта места проживания? — Мика обернулся ко мне и иронично выгнул бровь. Выразительно. У меня так не получается.
— Я как-то об этом не задумывалась, — честно призналась я. — А что, их на самом деле много?
— Не меньше, чем в древности было человеческих.
— Так что, можно приобрести лингводекодер, настроенный специально на земных животных, и понимать о чём щебечут птички и мяучат кошечки?
— Ага. Можно, — он энергично кивнул, так, что мотнулись вперёд длинные уши. — Только к тому же придётся получить диплом зоопсихолога. Иначе — никак. В свободном доступе их нет.
— А почему? — нет, ну должен же быть этот нелепый запрет чем-то обусловлен⁉
— А чтобы потом не приходилось лечить уже зверовладельцев от тяжких психологических травм. Мы, люди, мастера рассказывать сказки сами себе, в том числе и о том, что думают и чувствуют по отношению к нам наши домашние любимцы. В то время как в подавляющем большинстве случаев процентов девяносто их лексикона, обращённого к нам, составляет одно только слово: «Жра-ать», — он протянул это нелепым мультяшным голосом, так, что я невольно хихикнула. — А остальные десять остаются на разные нецензурные выражения.
Я в голос рассмеялась, а потом представила, что могла бы сказать лично мне наша Бандитка и поняла, что Мика, как всегда совершенно прав. И то её «мря-а» вполне можно перевести парой непечатых — вот уж действительно, и без перевода понятно.
Так, за познавательной беседой я и не заметила, как мы добрались до здания космопорта. Ну что сказать, здание как здание, почти обычное, разве что рассчитанное не на людские размеры, а на рост жителей планеты — диххов. Интенсивность запахов в относительном тепле возросла в разы, но мне было не до того: вот же знала куда еду и кого там встречу, а всё равно было странно до невозможности видеть вокруг себя сплошь высокие, под два с лишним метра, ломкие фигуры в каких-то лёгких, очень ярких развевающихся хламидах. Я увлечённо вертела по сторонам головой, не скрывая любопытства, так что Мику то и дело приходилось ловить меня за руку и подталкивать в нужную сторону. Нет, в самом деле, если вас занесло в такое место, можно либо делать вид опытного и утомлённого странника, либо открыто проявлять интерес ко всему подряд. По ряду причин я предпочитала второе.
Диххи, если пользоваться нашей, земной терминологией, вполне антропоморфны, но отличаются от нас, людей столь разительно, что спутать просто невозможно. Не может быть у человека настолько бледной, серебристо-сиреневой кожи, и светлый пух, покрывающий голову не слишком похож на наши волосы, и непроницаемые угольно-чёрные глаза, и трёхпалые кисти и манера передвигаться неторопливо, почти лениво, но
