— Построиться!
Этот приказ, наконец, привел людей в чувство. Теперь хотя бы понятно стало, что делать…
В тот год, впервые за много лет, Праздник Трех Лун начался на три дня позже. Время это было потрачено на то, чтобы оказать помощь раненым, с воинскими почестями похоронить погибших.
К вечеру третьего дня, последовавшего за битвой, когда слившиеся в единый диск луны взошли на небосводе и глянули на кое-где покрытые туманами Гиблые Топи, все народы — оддлинги, рувендиане и лаборнокцы — явились на скалистый холм и собрались во внутреннем дворе древней крепости.
Первым парадным маршем, ведомый принцессой Кадией, прошел народец уйзгу. Маленькие мохнатые существа несли тройные факелы и распевали торжественный гимн, пришедший к ним от предков. Следом нестройными рядами двинулись ниссомы — во главе их шествовали Имму и Джеган.
Лумому-Ко вел воинов вайвило — теперь в этих улыбающихся, экзотично разодетых гигантах туземцах трудно было признать суровых, неустрашимых бойцов. Их толпа представляла собой необыкновенное, надолго запоминающееся зрелище. Сам сияющий, белозубый, обнаживший мощные нижние клыки Лумому-Ко шествовал в кирасе. В толпе мелькали женские шляпки, бахромчатые шали, меховые накидки. Все вайвило были в изобилии украшены золотом и самоцветами… За ними пришла очередь лаборнокцев, марширующих без оружия, но в доспехах. Вел их новый король Антар. В руках воины держали букетики цветов. Замыкали праздничное шествие свободные рувендиане во главе с графом Палундо. В их рядах шли все рыцари и свободные землепашцы, ремесленники и бывшие слуги королевского двора, которых удалось собрать умеющим связываться на далеком расстоянии ниссомам. Три дня они выходили из болот, и теперь сердца у принцесс радовались — вторжение, организованное Орогастусом и Волтриком, принесло куда меньше потерь, чем можно было ожидать.
Их приветствовала старшая дочь погибшего короля Крейна, принцесса Харамис. Она была в государственной короне, на плечах — белоснежный плащ, знак отличия Великой Волшебницы. В руке она держала Скипетр Власти. Когда праздничное шествие было закончено, вперед вышел Антар и, преклонив перед ней колено, предложил принять капитуляцию армии лаборнокцев.
Харамис ответила:
— Встаньте, король. Я благодарна вам за это предложение, но, к сожалению, не могу его принять.
Она сняла с головы государственную корону и, отодвинув вниз Скипетр — тот спокойно повис в воздухе, — высоко подняла ее.
— Я, — торжественно сказала она, — присутствующая здесь законная наследница трона Рувенды, отрекаюсь от великой чести владеть этой короной и призываю свою среднюю сестру принцессу Кадию принять ее и исполнить долг, который выпал ей по праву рождения. Мне же назначен иной удел. На меня возложены обязанности хранить и беречь Рувенду. С сего дня по велению небес я — Великая Волшебница.
Кадия, стоявшая во главе огромной толпы оддлингов — эмблема в форме Триллиума поблескивала у нее на груди, медного отлива волосы свободно падали на плечи, — откликнулась со своего места. Голос ее, низкий для женщины, но сильный и звонкий, отчетливо прозвучал в наступившей тишине:
— Я, присутствующая здесь, ныне законная наследница трона Рувенды, торжественно заявляю, что отрекаюсь от короны в пользу моей младшей сестры Анигель, которая по праву заслужила ее своей храбростью и самоотверженностью в деле освобождения родины. Меня ждет иная судьба — не мне править людьми. Мой удел быть другом и предводителем болотного народа, призвавшего меня служить ему. Принцесса Анигель, прими корону из рук нашей старшей сестры.
Анигель на мгновение прикрыла глаза — и тотчас ее посетило прежнее, пугающее душу, томительное видение. Сколько раз во сне ей пришлось преследовать мать, королеву Каланту, неспешно, но неумолимо удалявшуюся от нее по дорожке, проложенной в высохшем погибшем лесу. На этот раз ей удалось догнать мать — никакие мрачные предчувствия больше не беспокоили девушку. За один миг королева Каланта успела умыть, причесать, одеть, как подобает, свою младшую дочь и шепнуть ей напутствие.
Свершилось то, что было предназначено. К чему лукавить! Анигель была спокойна и уверена в себе — как ни прикидывай, среди своих сестер она лучше всего справится с этой ролью. Харамис слишком рассудочна, Кадия — гневлива… Да, это ее долг — тот, о котором не так давно говорила Великая Волшебница Бина. Она открыла глаза и приблизилась к Харамис. Опустилась на одно колено, но голову не склонила — держала ее высоко. Когда старшая сестра возложила украшенную рубинами и изумрудами корону — в центре сиял крупный овал из медового цвета янтаря, в котором светился Черный Триллиум, — на голову Анигель, та встала, повернулась к притихшей многочисленной толпе и осенила ее священным знамением — выписала в воздухе трехлучевую звезду.
Антар, стоявший рядом, обратился к ней:
— Великая королева, соблаговолите принять нашу капитуляцию.
— А заодно мою, — ответила Анигель, — так как я не в силах устоять перед вашим благородным сердцем. Поскольку теперь я являюсь законной королевой Рувенды и считаю, что мне не к лицу править без супруга и короля, я предлагаю вам, монарх равнинного Лаборнока, объединить наши королевства на основе брачного союза, — она взяла его за руку и подняла ее высоко-высоко. — Жители Рувенды! — воскликнула она. — Я, присутствующая здесь хранительница трона, во славу земли и воды, дарю вам нового короля — человека испытанного, разумного и благородного.
Тогда и Антар объявил на всю площадь:
— Жители Лаборнока, я, присутствующий здесь полноправный монарх и хранитель государственной короны, во славу нашей земли, дарю вам вашу королеву — женщину добрую, решительную и милосердную.
После мгновенной тишины площадь взорвалась криками ликования и бурной радости. Все оддлинги разом подхватили торжественный гимн, маршалы празднества между тем распахнули ворота во внешнюю часть крепости, где были расставлены столы с обильным угощением и богатой выпивкой.
Три сестры сошлись вместе и крепко обнялись. Затем Харамис взяла Скипетр Власти и разделила его на три части. Помертвелый, с покрывшимся чернотой лезвием, меч — веки на его рукояти закрылись наглухо — она вручила Кадии. Та сразу засунула его в ножны, подвешенные на поясе. Серебряный венец, на лицевой стороне которого по-прежнему кривлялись три таинственные рожи, точно поместился внутри государственной короны Рувенды, теперь лежавшей на золотистых волосах Анигель. Волшебный жезл со сложенными крыльями — янтарная капелька тускло светилась в их центре — Харамис подвесила на золотую цепочку.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
