– Я постараюсь узнать что‑нибудь на эту тему у пленных, если они у нас появятся. Финансировать и прикрывать профессора вполне могли люди из контрабандных кланов. Шахтёры имеют хорошие связи с контрабандистами. Возможно, что‑то и удастся узнать.
– Береги себя. Ты мне нужен.
Военный штаб Первой, руководивший операцией на Мокрой, выделил Райнеру отдельный корабль и даже дал два корабля сопровождения. Его статус наблюдателя от центрального штаба заставил их осторожничать. Если Райнер напишет плохие отчёты об их работе, то продвижения по службе им не видать.
Военные шахтёров не боялись. Уровень подготовки военных экипажей, для ведения именно военных действий, намного превышал уровень подготовки гражданских экипажей. Корабли Первой, построенные на заводах в астероидном поясе, по качеству и по оснащению превосходили даже военные корабли колоний, что уж говорить о гражданских посудинах. По расчётам штаба, для нейтрализации ближайших к Мокрой корпораций шахтёров, пятидесяти кораблей достаточно, с запасом. Вряд ли шахтёры сумеют выставить больше трёх десятков кораблей, а учитывая превосходство военного флота над гражданским, нейтрализовать такое количество кораблей для армии труда не составит.
Тройка кораблей Райнера держалась несколько позади и в стороне от основного строя. Притормозив у астероидного пояса в координатах, добытых разведкой, флот обнаружил маяки шахтёров, что подтверждало правильность разведданных. Игнорируя предупреждения маяков, корабли, не спеша и внимательно ощупывая пространство локаторами, двинулись вглубь астероидного пояса.
Ошибочность такого решения начальство поняло очень скоро. На корабли обрушились многочисленные, хотя и мелкие, но неприятные метеорные потоки. Неприятность заключалась в том, что они зачастую имели вид спиральных вихрей, и направление движения не в плоскости астероидного пояса, а сверху или снизу. Такое вполне возможно после столкновения и разрушения хаотично вращающихся астероидов. Количество таких потоков превышало все разумные пределы, и стандартная защита кораблей перестала с ними справляться. Один за другим корабли, попавшие в плотный поток, получали многочисленные пробоины в корпусе. Один из кораблей неожиданно взорвался. Судя по всему, значительный осколок пробил защиту реактора. Панические доклады капитанов заставили начальство дать команду на отход. Пилоты вообще не понимали, как шахтёры могут работать в таких условиях. Корабли стали гасить и так небольшую скорость, разворачиваться и ускоряться для выхода из астероидного пояса.
Райнер имел предположение на эту тему, но выглядело оно несколько обидно для армейцев. Да и доказать, что это специальная ловушка для недалёких любителей пощипать шахтёрскую корпорацию, он никак не мог. Тройка кораблей Райнера шла в хвосте флота, поэтому не успела попасть под плотные потоки камней и не пострадала.
Откуда с тылу появился противник, никто не понял.
– Капитан, на экране локатора наблюдаю вспышки ионных двигателей! Очень близко! – неожиданно доложил капитану один из операторов в рубке корабля, где рядом с капитаном в противоперегрузочном кресле сидел Райнер.
– Проклятие! Откуда их принесло? Там же открытое пространство! – пробормотал капитан и продублировал сообщение оператора в штаб эскадры. Тройка кораблей Райнера оказалась самыми ближними к кораблям противника. А в том, что это противник сомнений не было. Включившиеся маяки имели не военные маркеры.
– Противник запрашивает канал связи. Что делать? – связист уставился на капитана корабля.
– Как же неудачно! – пробормотал капитан, качая головой. Флот только развернулся и скорости кораблей не хватит для эффективного противоракетного манёвра. Флоту необходимо время, чтобы разогнаться. Только ближайшая тройка кораблей имела большую свободу манёвра и скорость для отражения ракетной атаки. Противник явно видел положение флота и появился в самый выгодный для себя момент. Где они прятались до этого – это вообще вопрос отдельный. – Открыть канал связи!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Райнер даже откинулся на спинку кресла от неожиданности. С экрана связи на него насмешливо смотрел таинственный неформал с Мокрой. Трудно не узнать человека, когда по полдня рассматриваешь его фотографию. У Райнера даже мелькнула мысль о многочисленных клонах бежавшего профессора – генетика, но он отмёл её, как слишком фантастическую. Гораздо проще подходило предположение о предательстве в штабе. Этот же неформал говорил на допросе о многочисленной разведке в управлении на Первой. Райнер окончательно уверился в специальной ловушке, куда сейчас загнана часть флота Первой. Об операции знали. Их атаку ждали на станции, не дав её захватить. Сейчас мятежные семьи, сторонники Первой на Мокрой, загнаны в неисследованные и глубокие районы океана. Остальные семьи открыли на них сезон охоты. Теперь, военные корабли, а то, что их ожидают именно военные корабли, сомнений у Райнера не было, подловили флот в самой невыгодной для него позиции. Не важно, что противников всего семь. Райнер прямо кожей чувствовал исходящую от них угрозу. На Мокрой окопался страшный враг, знающий их планы и на несколько шагов опережающий их.
– Приветствую чужие корабли на территории корпорации «Новый мир». Если вы принадлежите военному флоту Первой, предлагаю сдаться. В другом случае – требую допуска досмотровых групп на корабли. Надеюсь, идентификационные маяки вы всё же включите, – в словах неформала с экрана сквозила издёвка. Угрозы, почти десятикратно превышающему тебя противнику, явно указывали на это.
– Я не знаю никакой корпорации с таким названием, – с трудом сдерживаясь от негодования, почти прошипел капитан корабля, – но за такую наглость вы ответите.
– Хм‑м‑м…, похоже, вы собираетесь драться со спущенными штанами! Ну, боги космоса вам в помощь! Значит, не договорились, – нагло ухмыльнулся неформал и прервал связь.
Райнер переглянулся с капитаном. Сравнение противника пришлось как нельзя впору. Качественно драться, только начавший ускорение флот, не мог. На такой скорости кораблям будет трудно уйти от ракетной атаки.
– Проклятые шахтёры! Они нам половину флота перестреляют, даже своими устаревшими пукалками! – злобно выругался в погасший экран связи капитан. Он обернулся к Райнеру. – Начальство дало команду на атаку. Что делать? Мы единственные корабли, способные уклониться от ракет противника. Наша тройка в вашем подчинении, и действовать мы имеем право только после вашего подтверждения.
– Вы считаете, что на некоторое время задержите противника? – удивлённо уставился Райнер на капитана.
– Почему задержим? – не понял капитан. – Мы точно собьём половину, а то и больше. Не сравнивайте шахтёрские калоши с нашими новыми кораблями. У них на подвеске, максимум, по четыре старые ракеты на каждого. Всего – тридцать две штуки на семерых. Наши корабли позволяют кратковременно развивать значительные ускорения, и чтобы доставить нам неприятности нужно затратить, как минимум, по десятку ракет на каждый корабль, причём выпущенных с близкого расстояния. К тому же, на одном нашем корабле, в отличие от гражданских, по шестнадцать ракет. Прикрыть выходящий из ловушки флот мы сможем.
– Я бы, на вашем месте, не надеялся на безграмотность этих, так называемых шахтёров, – неуверенно покачал головой Райнер. – Разукрашенный парень, разговаривающий с нами по связи, возможно, результат разработки по проекту «Идеальный солдат». У нас она не получилась, а кто‑то смог довести её до ума. Так что противостоять нам будет опасный противник. Этот же противник загнал флот в ловушку. Как это ему удалось – вопрос сложный. Исходя из таких соображений, я бы не стал рассчитывать на противодействие нам гражданских кораблей. Стройте план атаки исходя из того, что атакуете превосходящие силы противника.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
– Значит, говорите, «Идеальный солдат», – задумался капитан. – Сведения точные?
– Точнее не бывает, – кивнул Райнер.
– Капитан, противник выпускает ракеты с дальней дистанции! – удивлённо вскрикнул штурман корабля, наблюдающий за обстановкой в космосе. – Курс ракет не на нас! Курс на эскадру! Капитан! Это не гражданские!
