– Я – Ланс Тим, заместитель главы шахтёрской колонии. Приветствую координатора. Какие ваши пожелания? – склонив голову, обратился ко мне первый гость.
Краем глаза заметил, как теперь поползли наверх брови у безопасника. Ещё бы ему не удивляться. Оказывается, ему удалось познакомиться с одним из легендарных координаторов контрабандистов. Это люди, стоящие в иерархии контрабандного сообщества сразу после глав четырёх секторов. Именно координаторы планируют и осуществляют техническое руководство грузопотоками контрабандных товаров. За последние сто лет существования космических колоний, силам правопорядка планет не удалось поймать ни одного корабля, принадлежащего контрабандистам. Удавалось ловить только перевозчиков на обычных кораблях, которые развозят товар уже со складов контрабандистов. Как контрабандисты осуществляют перевозки огромных объёмов грузов между складами у планет, никто не знает. Как раз такие подвиги и приписывают легендарным координаторам. Главы служб безопасности и полиции лишь разводят руками.
Мне не сложно предположить, откуда у контрабандистов такие успехи по сокрытию своей деятельности. Имея даже дохленький ментальный сканер можно легко отсеивать неподходящих для хранения тайн людей. Любая информационная ниточка, раскрученная желающими добраться до тайн контрабандного сообщества, оборвётся на таком человеке.
– Пристройте пока людей на некоторое время. В связи с неожиданным стартом со станции, у меня нет ни запасов продовольствия, ни кислорода, да и прорваться к Мокрой из‑за блокады пока проблематично, – попросил я.
– Легко, – кивнул Ланс и заинтересованно уставился на меня. – Господин Ле Ший, по крайней мере, так вы названы в идентификаторе маяка, откуда у вас столько народа с идеальным уровнем доверия? Мы в последнее время, в связи с расширением деятельности, с трудом наскребаем на различные задания необходимое количество народа даже с гораздо более низким уровнем.
– Я их делаю, – натянув загадочную мину на лицо, серьёзно ответил я. Уловив непонимание на физиономии Ланса, добавил. – Надеюсь, о психопрограммировании вы что‑нибудь слышали?
– Слышал, – кивнул тот, – и даже пытались что‑то делать в этом направлении, но у нас не очень‑то получилось. Эффект кратковременный.
Демонстративно осмотрев пустое помещение отсека он, подняв на меня взгляд, пробормотал:
– Что‑то не вижу тут места штурмана, чтобы ввести координаты места прибытия.
Я почти машинально протянул ему виртуальные очки.
(Дух: – Э‑э‑э…, дорогой шеф, а вы ничего не хотите мне сказать?
Рейн: – А что такое?
Дух: – Очки…?)
Только после вопроса духа до меня дошёл смысл моих действий. Очки я достал из теневого кармана, собственного теневого кармана, где хранился алтарь метаморфов. Услужливая память подсказала, как только выдал очки безопаснику, коробочку с остальными экземплярами виртуального управления на автомате сунул в собственный теневой карман. Оставлять коробочку в пустом командном отсеке, под ногами, неудобно. Спрятать её здесь – просто некуда. Действовал в то время именно автоматически, потому что готовился к взлёту и одновременно разговаривал с безопасником. Теперь, получается, у меня достаточно магических сил, чтобы полностью пользоваться собственным теневым карманом. Это меня радует. Жаль только, что он почти пуст. Как бы упростились наши проблемы, будь у меня доступ к семейному теневому карману. Хорошо, безопасник стоял у меня за спиной и не видел, как у меня в руках возникли очки, а гость, наверное, подумал, что они лежали в одном из карманов моего рабочего комбинезона.
Даже за стёклами очков было видно насколько большими стали глаза гостя. Пришлось и ему пояснить преимущества виртуального управления. После нескольких неудачных попыток он приспособился к введению информации через виртуальное органы управления.
– И почему мы до этого не додумались? – тихо пробурчал Ланс Тим.
– Потому что нужны приличные мощности по созданию виртуальной среды управления, – подсказал ему из‑за спины оператор. Тот тоже откинул щиток шлема и с интересом слушал мои пояснения.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
– По проверенным данным, господин Рейн притащил на корабль целый контейнер с новейшим оборудование, – добавил у меня из‑за спины безопасник.
– Это что же творится на белом свете? – покачал головой Ланс. – Я, сам, веду в нашу секретную обитель представителя службы безопасности! Мир явно сходит с ума, особенно если учесть войну с Первой.
Обитель шахтёров на самом деле оказалась необычной. Добрались по введённым координатам мы к ней через полчаса. Двадцатикилометровый астероид почти эллипсовидной формы вращался вокруг своей оси с приличной скоростью. Легко предположить, что из‑за этого вращения внутри вполне нормальная сила тяжести. Шахтёры, добывая из него металл, изъели его как мыши сыр. Дополнительно обработав проходы и постепенно раскрутив его как волчок, с помощью двух кораблей, намертво закреплённых на его поверхности, люди получили огромную и хорошо защищённую космическую станцию. На ней можно жить длительное время, не спускаясь на планеты. Как потом рассказал нам Ланс, внутри есть даже озеро, окружённое специально выращенным парком.
Через огромную дыру на полюсе вращения астероида я аккуратно завёл корабль на стоянку и прицепил его к переходному шлюзу. Рядом висели чуть больше двух десятков шахтёрских кораблей. Издалека заметно, как рядом с ними копошились фигурки людей и машин, подвешивавших на корабли боевые ракеты. Шахтёры явно готовились к войне.
Безопасник отправился к своим людям, проводить разъяснительную работу, а меня Ланс пригласил посетить главу поселения, по пути рассказывая про местную специфику. Судя по его рассказу, скрывать что‑то от координаторов шахтёры не собирались. Это ещё раз подтверждало предположение о значительной смычке шахтёрских объединений с контрабандой.
Шахтёры в космосе появились сразу после начала массового монтирования орбитальных станций и появления на них космических заводов. Основной объём материалов для строительства намного дешевле оказалось поставлять из астероидного пояса, где нужные элементы можно найти почти в чистом виде. Выделение шахтёров в отдельные корпорации произошло после попытки производителей продукции скупать добытое за бесценок. Некоторое время торговые корпорации диктовали условия шахтёрам. Оборудование, расходные материалы, ядерное топливо для двигателей, еду, кислород, всё покупалось у них. Теперь уже торгаши хотели подгрести под себя шахтёров. Вот тогда и появилась контрабанда, как противовес. Она позволила сбалансировать ценовые предложения, устроившие как шахтёров, так продавцов и производителей товаров для космоса. Контрабандисты в свою очереди стали использовать корабли шахтёров для переброски товаров на свои базы. Планетарная таможня контролировала проход товара только через орбитальные станции.
Шахтёры, обосновавшиеся возле Мокрой, образовали свою корпорацию позже всех. Развитие космической отрасли на крайней колонии началось не так давно, по меркам цивилизации, и развивалось не так стремительно, как на других колониях. Даже Вторая и Песчаная очень далеки от полного освоения людьми. Мокрую изначально стали осваивать только из‑за уникальных водорослей, после обработки дающих отличную ткань для множества целей применения. Потом добавились слёзы океана и другие сопутствующие продукты водного мира.
Каким‑то образом небольшая семья Крил, входившая в первую волну переселения и решившая переселиться с Песчаной на Мокрую, после землетрясения, уничтожившего посёлок семьи на весьма неспокойной песчаной планете, заняла лидирующее место среди контрабандных кланов и структур. После чего Крилы стали ядром для создания мощной контрабандной корпорации, неподчиняющейся другим структурам в системе. Основу для этого дали технические разработки семьи, как раз те устройства, на которые обратил внимание дух. Ментасканер обеспечил проверку персонала и защиту от предательства, разграничив людей по уровню доступа к секретной информации. Более совершенный локатор позволил кораблям контрабандистов уклоняться от встречи с патрулями задолго до момента их обнаружения обычными локаторами.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
