ненужные мысли о том, как бы наш путь не закончился здесь, посреди развалин этой лесной избушки, и думать об этом было по-настоящему страшно.
В этот момент трехпалая лапа качнулась в нашу сторону, но до нас с Лидией не дошла — подцепила лежащего на полу большого полупрожаренного гуся, которого днем поймал Лесовик, и потащила его наверх. Надо же, дяррло, похоже, ест все, что только попадет в его лапы. Хм, а если…
В другое время такая странная мысль не пришла бы мне в голову, но сейчас нужно цепляться за любую возможность спастись, пусть даже самую странную — все одно нам терять нечего, и тут верно правило, что утопающий хватается за соломинку. Надо спешить, пока когтистая лапа снова не появилась в домике.
— Лидия, стой, я сейчас вернусь!
— Куда ты?.. — ахнула девушка, но мне сейчас не до пояснений. В нескольких шагах от нас, возле потухшего костерка, лежали полупрожаренные зайцы, и я бросилась туда, схватила тушку одного из зверьков, и вновь метнулась к стене. Успела вовремя — в отверстии потолка снова показалась длинная рука. Так, времени у меня остается не так и много…
— Куда тебя носит?! — закричал Эж, но мне пока что не до долгих пояснений. — Жить надоело?
— Погоди, не до тебя!
— Не уходи больше от меня… — прошептала Лидия. — Боюсь…
— Не уйду! Держи!.. — сунула я тушку зверька в руки Лидии, а сама взялась за мешочек с чесноком, висящий у меня на поясе. — Сейчас мы с тобой этой твари закуску приготовим!
— Не поняла…
— Все проще некуда… — я достала из мешочка большую головку чеснока. — Ксения Павловна сказала, что это заговоренный чеснок, защита от нечисти. А еще она говорила, что это нечто вроде оберега. Ну, вот пусть он нас оберегает и защищает.
— Да что может одна головка чеснока против такой громадины?!
— А вот это мы сейчас и выясним, тем более что сейчас имеем дело как раз с нечистью. Давай быстрее! Потом сразу же отбежим в тот угол — он все же чуть подальше…
Засунула чеснок внутрь тушки, да еще и обмотала зверька обрывком веревки — не хватало еще, чтоб чеснок вывалился! после чего бросила тушку едва ли не прямо в лапу зверя, которая к тому времени почти дотянулась до нас. Как и следовало ожидать, дяррло не стал отказываться от угощения, и лапа вновь исчезла в потолке. К тому времени, когда длань этого существа вновь оказалась внутри избушки, мы с Лидией сумели отбежать на более безопасное место, и там нам оставалось только ждать, чем закончится наш сомнительный эксперимент.
Надо сказать, что ожидание не затянулось: не прошло и минуты, как шипение дяррло и изменилось, а потом мы услышали, как тварь даже не спрыгнула, а скатилась на землю, и в ее шипении появились визгливые нотки, которые просто-таки резали слух. А еще в том шипении явно слышалась боль. Судя по звукам, доносящимся до нас, дяррло какое-то время бегал по поляне, словно стараясь уменьшить боль, а затем звуки стали удаляться… Не знаю насчет остальных своих спутников, но у меня отчего-то сложилось впечатление, будто это создание куда-то убегает, крича о том, что ему нужна помощь…
Наступила тишина, и мы все молчали, не решаясь сказать не слова, и вслушиваясь в звуки ночного леса. Пару раз мне показалось, что откуда-то издалека до меня донеслись отголоски визгливого шипения дяррло, но, возможно, я просто принимала желаемое за действительность. Трудно сказать, сколько прошло времени, но потом раздался голос Лесовика:
— Красотуля, как это у тебя получилось?
— Сама не знаю!.. — выдохнула я.
— Ну-ну… — отозвался Лесовик, и по его голосу было ясно, что не верит мне ни на грош. — Ладно, потом расскажешь.
— Девушки, как вы там?.. — Эж направился к нам, перелезая через гору древесины, лежащей на полу в избушке.
— Приходи и увидишь… — я постаралась говорить как можно более беззаботно. — Можешь нас даже обнять, чтоб узнать, все ли с нами в порядке!
— От такого предложения грех отказываться… — хохотнул Эж, но тут подал голос Ухо. Похоже, наш гость пришел в себя, и теперь пожелал высказать свое мнение.
— Лесовик! А ведь эта баба — колдунья! Прибить ее надо, чтоб она нам какой беды не принесла! И чем скорей мы ей голову свернем, тем лучше!
— Вот даже как?.. — хмыкнул Лесовик, но Ухо уже было не остановить.
— А сам ты этого не понимаешь? Уж если она с дяррло управилась, то, зуб даю — тут без черной ворожбы дело не обошлось! Сам подумай: разве обычный человек на такое способен? Теперь ясно, отчего церковники так хотят поймать твоих друзей-приятелей — они ж все колдуны, не иначе! А может, ты с ними заодно? Если так, то становится ясно, отчего тебе так фартит! Никак, сам в этом деле по уши погряз?
— Ухо, тебя не туда понесло… — ледяным голосом произнес Лесовик. — Хватит меня сердить, а не то у меня терпение может кончиться. А свои предположения можешь засунуть себе сам знаешь куда, понял? И вообще помолчи, а то шума от тебя многовато.
— Понял я, понял… — неохотно отозвался тот.
— Вот и хорошо, тем более что сейчас не время для разговоров и выяснения отношений. А пока что все сядем у одной из стен, только выбрать надо ту, что покрепче. Дяррло там наверху все разворотил, как бы бревна сверху не рухнули. Посидим до рассвета, но стоит быть настороже: кто его знает, вдруг дяррло вздумает вернуться, тут нельзя быть в чем-то уверенным. Ну, а утром соберемся, и пойдем к лодке, хватит с нас этого леса.
Против этого никто особо не возражал, и мы трое уселись у дальней стены, но Ухо и Лесовик не стали к нам присоединяться — эти люди устроились каждый у отдельной стены. Ну, тут можно сказать только одно — никакого доверия между этими двумя и близко нет, наверняка всю ночь глаз друг с друга не спустят.
Пока эти двое находились вдали от нас, я шепотом рассказала Эжу, что произошло, и тот лишь руками развел — неужели одна головка земного чеснока смогла победить такое чудище?! И как тебе такое в голову пришло?! Невероятно, но факт, как говорится, налицо. Как только вернемся домой, надо будет сказать большое спасибо Ксении Павловне за помощь…
До утра никто из нас не сомкнул глаз, разве что Лидия немного подремала. Собираться стали рано, сразу же после того, как солнце позолотило верхушки деревьев. Впрочем, сборы были недолгими, никто даже завтракать
