VI) Приветствовать Совет рабочих депутатов, как борца за свободу России; благодарить за понесенные жертвы и воздать им вечную хвалу. Просить его своим авторитетным заявлением рассеять ложные слухи о том, что между ним и Временным правительством существует борьба за власть, что сам он на эту власть посягает, ибо армия знает только одно правительство, до тех пор пока оно не приведет к новому строю, к новому государственному порядку через Учредительное собрание.
VII) Заявить о той тревоге, которая охватывает армию при мысли, что отсутствие интенсивного труда на предприятиях, работающих на оборону может привести к ослаблению боевых средств армии. Наш лозунг: «Мы сражаемся, не считая минут, которые остались нам для жизни, вы работайте, не считая часов, которые остались вам для отдыха».
VIII) Призывать всех к исполнению своего воинского долга до конца; указать, как опасно для дисциплины, боевого долга и чести народной такое положение, при котором слабодушные могут отказаться от защиты свободы и родины от действительного внешнего врага, под предлогом защиты их от несуществующего внутреннего. Враг на рубеже: здоровые в окопы, больные, израненные и истомленные на внутреннюю службу».
Тяжелое положение лиц командного состава
Но не везде было так гладко среди выборных организаций, все чаще и чаще с разных мест фронта стали приходить вести о выражениях недоверия к командному составу, об эксцессах и других нежелательных явлениях. Во многих частях действительно начальники очутились в совершенно критическом положении: будучи прекрасными боевыми начальниками, честнейшими и безукоризненными, они, в то же время, по своему характеру не могли примириться с требованиями современного момента, совершенно не отдавали себе отчета в происходившем. Такие начальники сразу теряли всякое влияние на свои части, в частях начиналась полная разруха и, конечно, такие их начальники делались уже негодными для дальнейшей службы на фронте.
Идя навстречу таким несчастным, но достойным уважения начальникам, начальник штаба корпуса обратился ко всем начальникам дивизии со следующим предложением от имени командира корпуса:
«20 марта 1917 г. Циркулярно. Секретно. Начальник штаба Гренадерского корпуса по части инспекторской…
Принимая во внимание характер совершавшихся событий, требующих от начальников всех степеней проявлений высокой деятельности, опыта, знаний и авторитета среди подчиненных, командир корпуса просит подвергнуть тщательному исследованию деятельность начальников, мало удовлетворивших означенным требованиям высокого напряжения их деятельности с тем, чтобы начальникам, утомленным в трехлетней войне и не удовлетворяющим требованиям современного момента, дать почетный выход, например, назначением на соответствующие тыловые должности, командир корпуса окажет всякое содействие к удовлетворению ваших ходатайств.
Генерал-майор Довгирд».
Продовольственный кризис
В это же время опять стал ощущаться продовольственный кризис, и я получил из штаба корпуса копию следующей телеграммы Верховного главнокомандующего с резолюцией Парского.
На телеграмме главнокомандующего ниже приводимой[638] положена следующая резолюция командира корпуса: «В войска. Осветить соответствующим образом, прибегать не только к беседам, начальников, но и через выборных депутатов. Парский». <…>
Разослав эту телеграмму во все части дивизии, я отдал следующий приказ в разъяснение ее:
«Объявляю для сведения телеграмму из ставки № 2719 и приказываю ознакомить с ее содержанием всех офицеров и солдат частей дивизии, разъяснив ее смысл и то, что Родина наша требует от всех нас спокойно относиться к принятым временным правительством мерам сокращения продуктов, признанной, безусловно необходимой на некоторое время.
Затруднительное состояние страны в области продовольствия заставило Временное правительство совместно с исполнительным комитетом совета рабочих и солдатских депутатов принять в виде временной меры ограничить выдачу продуктов для всего населения и войскам на фронте и в тылу до следующих размеров: хлеба два фунта в войсковом районе, полтора фунта – в тыловом районе, крупы или заменяющих ее припасов в обоих районах двадцать четыре золотника, зернофуража при работе – семь, при расположении на покое – шесть фунтов, сена в обоих случаях пять фунтов и соломы только из местных средств восемь фунтов.
Зернофураж во всех случаях, где, возможно, подлежит замене жмыхами по расчету одного фунта жмыхов за два фунта зернофуража.
Главкозап приказал с двадцать восьмого марта установить размер суточной дачи натурою войсковым и тыловым районам хлеба, пока два фунта, крупы двадцать четыре золотника, всякая недовыдача натурою каких-либо продуктов против установленных приказом главкозапа 1916 г. № 446 нормальных дач должна или заменяться всякими подсобными припасами из местных средств, или выдаваться на руки людям деньгами по установленной расценке, согласно приказа наштаверх 1916 г. № 1804, остатки же нормальных фуражных окладов соответственно дачам, установленным приказом 1916 г. № 61, должны оставаться в распоряжении войсковых частей для приобретения их собственным попечением соломы, где есть из местных средств увеличения дачи зернофуража и сена хотя бы за счет покупки собственным попечением частей войск по требованию Временного правительства категорически воспрещаю. Приварочные оклады, в которые входило по приказу № 448 двадцать золотников крупы или заменяющих ее продуктов, должны исчисляться по-прежнему с тем, чтобы за неотпуском войскам соответствующих продуктов натурою, таковые заменялись картофелем, овощами и вообще всем, что возможно приобрести на местах, или выдавались деньгами на руки как указано в приказе № 1804, вместе с тем Временное правительство категорически воспретило войскам всякого рода заготовки во внутренних округах без согласия уполномоченных минзема, указав привлекать виновных законной ответственности».
Отход дивизии в резерв
27 марта я получил распоряжение – дивизии отойти на отдых в армейский резерв. С одной стороны, я рад был, что дивизия сможет наконец отдохнуть после столь напряженной тяжелой службы в ужасающих условиях в течении почти 3-х месяцев, но, с другой стороны, я очень спасался, как бы полумирная обстановка не отразилась бы на дисциплине, люди не стали бы распускаться и влияние тыла не поколебало бы мою дивизию. <…>
Смена прошла не совсем гладко, т. к. 5-я Гренадерская дивизия, будучи в то время уже распропагандированной, стала предъявлять всевозможные несуразные требования и много времени ушло на уговаривание, вразумления и т. д. В конце концов нас сменили. 29-го марта уже вся моя дивизии была сосредоточена в армейском резерве.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
