за Женей. Эх, дурак, не сообразил записку ей оставить. Ещё бросится сама их искать. Ну ладно, авось успеем. А где Женя работает? Эркин знает.
Алиса ему мешала смотреть по сторонам. Он спустил её на землю и взял за руку. Они шли быстро, вернее, он шёл, а она бежала рядом.
Город был пуст и как-то тёмен. Далёкие крики, выстрелы…
Колумбия
Найджел впервые в жизни ехал на машине. Нет, конечно, его возили. На торги и с торгов, из одного питомника в другой, из Паласов в распределители и обратно. Но одно дело лежать со скованными руками в тесном тёмном кузове и трястись на жёстком холодном полу, и совсем другое – в открытом кузове рядом с солдатами. Глядя, как проносятся мимо стены и заборы, вдоль которых он крался, замирая от страха и припадая к земле при каждом… выстрел ли, выхлоп ли, хрен их разберёт – Найджел невольно улыбался. Пока до комендатуры дополз, такого страха набрался… за все прожитые годы и, пожалуй, будущие. И самым страшным было – перебежать площадь перед комендатурой. Он долго прятался за деревьями, выглядывая: не следит ли кто за ним. А потом решился и побежал. Бежал и ждал выстрела. Но добежал, с бега врезался в тяжёлую дверь и влетел в вестибюль, едва не сбив с ног часового в форме. А дальше… дальше всё как-то путалось. Его трясли за плечи, давали пить, он что-то объяснял, тыкал листовку в чужие какие-то одинаковые лица, даже плакал, умоляя помочь, защитить… Потом он сидел в большой комнате, и в руках у него была большая кружка с чаем. Он пил крепкий сладкий чай и медленно приходил в себя…
– Далеко тебе ещё, парень?
Найджел вздрогнул. Русской фразы он не понял и потому просто улыбнулся спросившему его солдату, немолодому, синеглазому с красным обветренным лицом.
– Где твой дом, парень? – повторил солдат по-английски.
Найджел кивнул и показал на проулок.
– Сюда, сэр.
Солдат стукнул по крыше кабины, и грузовик остановился. Найджел понял, что дальше надо пешком, пробрался к борту и легко спрыгнул вниз.
– Спасибо, сэр.
– Ждать.
Трое солдат тоже вылезли следом. Найджел растерялся: он не ждал, что его проводят. Может, они хотят проверить, не соврал ли он, называя адрес? Жаль, русского он совсем не знает, а по-английски они плохо говорят, тяжело объясняться.
– Идти, парень.
Они шли по улице. Три солдата и между ними Найджел. Дома тихие, будто нежилые, но Найджел чувствовал, как через кружевные занавески или в щёлку между плотными шторами следят за ними. Нет, ни он, ни братья не могли пожаловаться на соседей. Правда, они и не общались с ними почти, проходя к себе по параллельной «цветной» улице, но всё равно… Полтора месяца они здесь живут, ни разу никто никакой подлянки им не сделал. Жили здесь все небогато, но чисто. И тихо. И они были довольны и домом, и соседями. А вот и их дом. Как и все сейчас тихий, будто… нет, вон в окне на втором этаже мелькнул силуэт. Роб или Мет…?
Найджел остановился.
– Здесь? – спросил солдат.
– Да, сэр, – кивнул Найджел, – спасибо, сэр.
Он хотел как-то объяснить им, что он приглашает их, но не успел. Потому что распахнулась дверь и к ним кинулись Роберт и Метьюз.
– Найдж! Тебя взяли?
– За что?
– Сэр, он ни в чём не виноват.
– Мы его братья, сэр.
– Отпустите его!
– Если нужен залог, сэр…
– Мы внесём.
– Найдж, за что тебя?
Роберт и Метьюз быстро и ловко вклинились между ним и солдатами, наперебой объясняя и расспрашивая. Солдаты рассмеялись.
– Стоп-стоп, – один из солдат жестом заставил их замолчать и, взмахнув рукой, указал на всех троих, сразу. – Братья?
– Да, да, сэр, – закивали они.
Солдат указал теперь на дом.
– Ваш дом?
– Да, сэр, – Роберт тяжело переводил дыхание.
– Тихо?
– Да, сэр, всё тихо.
Солдат кивнул и махнул им.
– Хорошо, идите. Всё хорошо. Идите.
– Вы отпускаете его, сэр?
– Спасибо, сэр.
Метьюз потянул Найджела назад к дому, Роберт, улыбаясь, благодарил. Солдат улыбнулся.
– Он… ваш брат, – тщательно подбирал он слова. – Хороший парень, смелый парень. Идите. Идите домой.
– Роб, – Найджел дёрнул Роберта сзади за рубашку. – Пригласи их. На массаж, ну…
Но тут откуда-то издалека донеслись выстрелы и рёв моторов. Смеющиеся лица солдат сразу отвердели, и на дом Слайдерам показали уже не рукой, а автоматом. Они поняли и, торопливо благодаря и прощаясь, побежали к дому.
Пока Роберт запирал дверь, Метьюз быстро ощупывал голову, лицо и торс Найджела.
– Отстань, – попробовал вырваться тот. – Я целый.
Но его уже сгреб в объятия Роберт.
– Чёрт, дьявол, мы тут перепсиховали…
– Патруля в наш квартал ждал, – объяснил Найджел, стягивая куртку. – Как тут, тихо?
– Всё нормально. Издали слышно, а здесь тихо.
– Ты есть хочешь?
– Не знаю, – пожал плечами Найджел. – Меня в комендатуре вроде кормили.
– Вроде или кормили? – рассмеялся Метьюз.
– Чай пил, это точно помню, – ответно засмеялся Найджел. – И жевал что-то. Тоже… психанул.
– Понятно, – Роберт, отвернувшись, от них, вытер рукавом лицо. – Пошли наверх.
– Псих этот, палач, не заходил больше? – спросил Найджел, уже поднимаясь по лестнице.
– Обошлось.
– Его шлёпнут, жалеть не будем, – хмыкнул Метьюз.
Выстрелов уже не было слышно, только далёкий гул моторов.
Алабама
Фредди гнал грузовик, закладывая на полной скорости такие повороты, что машина вставала на два колеса.
– Сменить тебя?
– Не время осторожничать, Джонни.
Джонатан кивнул, вставил ему в рот сигарету и дал прикурить, потом закурил сам.
– На мосту может быть застава.
Фредди молча кивнул, благодаря сразу и за сигарету, и за напоминание.
Джонатан поднял руку, проверяя автоматы, поёрзал, подгоняя обе кобуры – наплечную и на бедре – под руки. Объезжать мост можно только по землям Теннисона. Кто купил это имение, когда сняли мины, ещё неясно, и там можно ожидать чего угодно. Оружие лучше иметь под рукой.
– Ты думал, что мы будем делать, когда приедем? – вдруг спросил Фредди.
– Сначала надо доехать, – Джонатан поправил зеркальце, оглядывая дорогу сзади, и вернул его на прежнее место. – А там… Сразу к парням, грузим их с семьями в кузов и назад.
Фредди кивнул и усмехнулся.
– А если их нет дома?
– Джексонвилл не такой уж большой город, найдём. Но сначала посчитаемся с Бобби.
– Сначала? – переспросил Фредди. – А если там уже… сортировка?
Джонатан удивлённо посмотрел на него.
– У нас автоматы и деньги, вылезем в любом варианте. И с каких пор ты стал думать о «если»?
– С тех самых, как узнал о мозговом штурме. И ещё пораньше, – Фредди говорил, глядя прямо перед собой. –
