И тут Стас был совершенно прав – от белесого призрака социализма полицейские отворачивались с отвращением. «Да и что взять с хозяина такой развалюхи? Убогий мужичонка без бабла» – вот таким был, как правило, их суровый вердикт.
До нового офиса Стас добрался быстро и, припарковав своего хоть и неказистого, но верного коня на самом «козырном» месте, принялся последовательно закрывать все двери, – увы, снабдить своего любимца центральным замком смышленый Сергей не успел. По тому, как неуютно стало его затылку Савельев понял, что за ним кто-то наблюдает, но, сдержав желание пробежаться взглядом по окнам, продолжил свой архаичный ритуал.
Конечно, брось он взгляд на третье от торца здания окно, то заметил бы легкое движение за шторой, – стараясь остаться незамеченной, за ним наблюдала женщина.
Глава 4. Старый друг лучше новых двух
Оценив картинку за окном, Кристина Георгиевна поморщилась. Ее женское начало было оскорблено тем, что она украдкой созерцала.
Какая чудовищная нестыковка – такой парень, а на приличную машину к тридцати семи годам не накопил. Вот всегда так – работает принцип «жизнь или кошелек», то есть элементарный выбор: хочешь физически привлекательный объект – смирись с тем, что он гол как сокол, а если замахнулась на статус и мозги – смирись с тем, что он лыс и стар, как египетская мумия. Кристина усмехнулась, отпивая свой утренний кофе из кружки с надписью «Крися». Ее она притащила на работу из дома. Зачем? Видимо, в тот момент эмоции взяли верх над здравым смыслом, и свидетельство ее когда-то счастливой семейной жизни было безжалостно выселено в рабочий кабинет – подальше от воспоминаний. Но сейчас Крися не успела предаться ностальгии, перемешанной со странными фантазиями в адрес парня за окном, – от этого процесса ее отвлек звонок мобильника.
«А ты что забыла?» – вырвалось у Кристины, когда она увидела на дисплее номер своей бывшей подруги Зинаиды.
Борясь с желанием тут же нажать на сброс, директриса долго вертела телефон в руках. Древний женский бич – любопытство – подстегнул ее, и она ответила.
– Слушаю вас! – начальница постаралась быть строгой.
– Привет! Извини, ты можешь говорить? – голос подруги звучал неестественно.
– Да, могу, ты что-то хотела мне сказать?
– Кажется, да, – нерешительность сквозила в каждой нотке ее голоса.
– Тогда выкладывай, у меня мало времени.
– А это непросто… – Зина явно собиралась с духом, чтобы начать разговор.
– А просто было уйти в другую компанию? Просто было нанести удар исподтишка? Когда мне было так трудно и я не ждала захода с тыла! Просто было смотреть мне в глаза, оставляя на столе заявление об уходе? – Кристина Георгиевна больше не хотела сдерживаться. Она говорила о том, что задело ее в тот момент, и не стремилась скрыть свои обиды.
– Очень непросто! – искренность этих слов обескуражила разгневанную подругу. – Ты не можешь себе представить, как больно мне было уходить! Но все мы – люди!
– Ты хочешь сказать, все мы – волки? – резко перебила собеседницу Кристина.
– Нет! – ответ звучал не менее резко. – Мы все не свободны и не можем уйти от исполнения своего долга – перед детьми, перед близкими…
– Это означает лишь одно: я для тебя не близкий человек, раз ты смогла меня так предать! – Наверное, в эти слова стоило вложить больше эмоций, но Кристина уже не хотела этого. Ей было почти все равно.
– Ты – близкий. Я бы не звонила! – Сожаление о потерянной дружбе и стремление сохранить свое лицо руководили сейчас Зинаидой, но неожиданно она прервала женский пересуд и очень серьезно произнесла:
– Хватит! Я звоню не для того, чтобы выяснять отношения. Я ушла, ты считаешь меня предателем, пусть будет так. Я не стесняюсь сказать тебе, что на новом месте у меня не сложилось. И я ухожу, но возвращаться к тебе мне не позволяет гордость. Более того, я уезжаю из города. Но это не самое главное. Я не могу молчать о том, что узнала совершенно случайно. Пойми, я не права, но все же люблю тебя и ценю твою стойкость. Так вот, я должна тебя предупредить. Город ждут трудные времена! После гибели резидента Москва похожа на собачий ринг – каждый рвет зубами все, что плохо лежит. И ты сама прекрасно понимаешь, что очень скоро эхо передела собственности докатится и до нашего родного Томска. Уже докатилось! Я точно знаю, что несколько наших клиентов «прогнулись» под Москву, и сейчас тебе не стоит рассчитывать на них. Более того, лучше будет держаться от них подальше!
Задержав дыхание, Кристина слушала подругу. Сейчас она не сомневалась в ее искреннем желании помочь, возможно, вызванном чувством вины.
Зина между тем продолжала:
– Ты проверь по своим каналам, но говорят, у губернатора есть некий «волшебный» список предприятий, которые нужно передать, как говорится, в надежные руки, а иначе вас самих передадут, а куда – сама понимаешь. Не хочу тебя пугать, но дележка пошла! – слегка замявшись, Зинаида сделала паузу и взяла отступного:
– Я тебе рассказала, но, возможно, все это слухи. На самом деле никто не знает, что будет.
– Я понимаю! – Кристина Георгиевна не хотела сейчас систематизировать свои смешанные чувства. – Я проверю, но в любом случае – спасибо! Откровенно говоря, я не ожидала.
– Знаю, но так было нужно! Не благодари меня, я лишь инструмент, – загадочно ответила Зина.
Бывшие подруги попрощались, и каждая осталась наедине со своими мыслями. Зина – мучаясь вопросом, достаточно ли внятно она сумела предупредить подругу об опасности, а Кристина – гадая, какие действия ей следует предпринять. Задачи у женщин были разные, но по сложности не уступали одна другой.
Кристина пришла к выводу: «Кажется, пора сворачивать дела! А проще говоря, валить надо отсюда!» – таким было тревожное резюме директрисы.
Глава 5. Буревестники
Стас был практически уверен, что благодаря своей собранности пришел на работу первым и, пользуясь отсутствием наблюдателей, вальяжно плюхнулся на мягкий диван. Чтобы хоть как-то скрасить ожидание, он принялся без стеснения разглядывать незамысловатое убранство провинциального офиса.
Все как обычно: полки, сейфы, папки… «А вот это интересно!» – Стас заметил книгу на столе у секретарши. «Развод по-русски» – гласил заголовок. «О, да вы, девушка, Стаса Савельева почитываете», – обратился он к несуществующей собеседнице, но от дальнейших комментариев вслух воздержался: он вдруг понял, что не один – в щелке приоткрытой двери то и дело мелькала стройная фигура директрисы. Ее передвижения почти заворожили Стаса, и когда она перестала метаться по комнате, он решил соблюсти приличия и лично поздороваться со своей работодательницей.
Стас Савельев, или, как теперь значилось в его документах, Олег Богданов, открыл дверь ее кабинета и прямо с порога пожелал Кристине Георгиевне доброго утра.
И надо отдать ей должное – женщина за доли секунды сумела скрыть все тайное, что не хотела делать явным. На приветствие, сопровождавшее вторжение, она легко и без смущения ответила:
– Доброе утро! Ваш непосредственный начальник должен вот-вот подойти. И как только это случится, мы поедем на объект. Я лично вас отвезу, а необходимые для работы ноутбуки вы получите у секретаря.
Стас кивнул и вернулся на прежнее место. Несмотря на свое неоднозначное положение, он не смог удержаться от улыбки. На столе директрисы он заметил книги, сложенные аккуратной стопочкой. «Проверки налоговой службы», «Современный бухгалтерский учет», «Развод по-русски», «Пенсия в России» «Знакомые названия! – хмыкнул Стас. – Мне кажется, я их точно когда-то читал, нет, скорее писал». Оценить его шутку было некому.
«Да у них тут просто какой-то фан-клуб Стаса Савельева, – не без гордости пробурчал он себе под нос. – Видимо, посмертная слава настигла и меня. Ну, что ж, так часто бывает с гениями», – посмеялся Стас сам над собой, чем придал внутреннему монологу оттенок иронии.
Вынужденное безделье, к счастью, прервала секретарша, появившаяся в офисе спустя бесконечные для Стаса десять минут.
Наблюдения за поведением Светланы обескуражили бы даже самого опытного психолога. На первый взгляд девушка держалась уверенно и почти спокойно. Выдавали ее лихорадочный блеск глаз и резкие изменения траектории движения по комнате. Увидев Стаса, она тихо поздоровалась, но потом будто потеряла ориентацию. Метнулась сначала в одну сторону потом в другую, открыла наугад пару-тройку ящиков и только спустя минут пятнадцать справилась с собой, извлекла из очередного шкафа увесистые папки с документами и бухнула их на стол. Было очевидно, что девушка волнуется, но Стас даже не обратил на это внимания. В другой ситуации – да, но не сейчас. Иные у него в этот момент были приоритеты.
Представившись, аудитор попросил секретаршу показать ему прежние отчеты по «Северной звезде» – предприятию, на котором предстояло проводить проверку.
