паспорт, вот такой. — С этими словами он достал из кармана немецкий паспорт и показал мне. — То я готов с этим помочь.
— Во сколько мне это обойдется?
Слегка прищурившись, парень произвел в уме некоторые вычисления, после чего произнес.
— Две тысячи немецких рейхсмарок. Поверь, это очень недорого.
— Именно марок?
— Извини, но юани здесь не котируются.
— А доллары? По курсу, это будет порядка пятисот долларов. Или тоже нет?
— С долларами, как раз все в порядке.
— Прекрасно, просто доллары у меня как раз есть. Но мне нужно два паспорта, для меня и для супруги. И когда же я смогу получить документы?
— При наличии аванса, и готовых фотографий, думаю к вечеру, я успею.
Фотографии у меня были приготовлены заранее, еще находясь в Чжанъе, предполагая рано или поздно обзавестись документами, мы озаботились снимками. И потому, достав из кармана портмоне я вынул из него фотографии, и пять сотен долларов аванса.
— Надеюсь ты меня не обманешь?
— Ты, что брат?
— Прекрасно. Мы с супругой поселились в отеле «Сяншань». Надеюсь к вечеру увидеть тебя там.
Написав на листке бумаги наши имена, и кое-какие данные, мы распрощались, и парень отправился по своим делам, а я дождался Александру, и мы отправились в отель, чтобы отдохнуть, и подумать над тем, куда мы хотим отправиться дальше.
* * *
Документы, у нас, так или иначе появились. Правда отношение к ним было уважительным, разве что у местной власти, и то скорее потому, что глава Гоминьдана старался во всем подражать немцам. В остальном же проблемы начались, практически сразу. На той же границе с Лаосом, или как сказал Ши Гу — Королевстве Луангпхабанг, нас завернули обратно, предупредив, что представители немецкой нации нежелательны на территории королевства. Не спасло, даже то, что в документах стояло имена Серж и Александра дю Пре.
При оформлении документов, немного переврали мою фамилию, приняв нечаянный пропуск между слогами, за пробел. С одной стороны это как бы указывало на дворянские корни. О другой стороне, я как-то сразу не задумался. Впрочем эта ошибка, дала о себе знать, только во Франции. Впрочем и там, потери были не настолько велики, чтобы о них следовало сильно сожалеть. Сейчас, я был рад хотя бы тому, что у меня появился вполне официальный паспорт, пусть даже, с гражданством Германии.
— Это ни о чем не говорит. — ответил офицер на то, что я француз по происхождению. — Я тоже считаюсь тайцем по происхождению, однако же являясь коренным жителем королевства. — Произнес офицер пограничной стражи. — Если вы выбрали для себя Германию, значит вы представители немецкого государства, и ваше пребывание здесь нежелательно.
Одним словом, путь через Индокитай для нас оказался закрыт. Впрочем, Александра, и так, не особенно рвалась туда. И поэтому развернувшись, мы отправились в сторону Шанхая, в котором имелся большой морской порт, из которого можно было отправиться куда угодно. В принципе, неподалеку был порт Ханоя, но по словам, все того же Ши Гу, там сейчас было неспокойно. Вьетнамцы выступали за независимость от Франции и там сейчас имела место вялотекущая война. Попасть под шальную пулю, или быть ограбленным, на тоже не хотелось.
Последнее время, подруга, чаще всего, пребывала в мрачном настроении. Правда на все вопросы, отделываясь какими-то шутками, или чем-то еще. Но я видел, что с нею творится что-то необъяснимое, и при этом, не понимал, что с нею происходит. В начале июня мы прибыли в Гонконг. По словам Ши Гу, это место сейчас считалось лучшим, для открытия счета в банке и сохранения сбережений, если разумеется они были в наличии. Здесь не спрашивали не о происхождении денег, и ни о чем другом. Просто открывали счет на любую сумму, и взимали минимальные налоги.
Именно поэтому мы и решили этим воспользоваться, все-таки таскать с собою почти три миллиона долларов, и вздрагивать от каждого шороха боясь потерять все сбережения, было просто глупо. Вначале хотели было открыть один общий счет и положить на него все имеющиеся средства, но учитывая то, что Великая Депрессия, начавшаяся буквально пару лет назад, все еще продолжалась, решили не складывать все яйца в одну корзину, и разделив наши сбережения на две равные части, открыли счета в Standard Chartered Hong Kong, который являлся дочерним банком Standard Chartered PLC принадлежащим Великобритании, и в Citibank (Hong Kong) Limited, первом американском банке, на этой территории, начавшим свою деятельность еще в 1902 году. Хотя счета были открыты отдельно на каждого из нас, мы тут же обменялись бессрочными доверенностями, согласно которым каждый из нас имел право доступа, в случае смерти, к счетам друг друга, находящимся в другом банке. Все складывалось, как нельзя лучше. Теперь мы путешествовали по стране, не как оборванцы, чудом вырвавшиеся из Советского Союза, а как респектабельная и обеспеченная пара, останавливаясь в лучших отелях, и имеющая возможность ни в чем себе не отказывать.
Тем больнее оказался удар, который в очередной раз, мне пришлось пережить.
Ничего не предвещало беды. Мы добрались до Шанхая, заселились в один из старых уважаемых отелей на Шанхайской набережной, проехались по городу, побывав в самых знаменитых местах этого удивительного места, доехали до того района, где некогда располагался Кадетский Корпус. Увы, от этого места уже ничего не осталось, сейчас оно активно застраивалось новыми зданиями, да и узнать это место, было практически невозможно. Вернувшись обратно в отель, уже планировали наш дальнейший маршрут, собираясь отправиться в Австралию, где прокатиться по восточному побережью, а затем в США. Вечером посетили местный ресторанчик, хорошо посидели и отправились спать. В этот вечер, Сашенька была особенно нежна со мною, и мы устроив ночь любви, забылись сном уже после полуночи. Тем ужаснее оказалось то, что произошло на следующее утро.
Утром, я с удивлением обнаружил, что нахожусь в постели один, а в номере, отсутствует любой намек, на мою подругу. Вначале подумал было, что она поднялась несколько раньше меня, и просто спустилась вниз позавтракать. Такое, иногда случалось и раньше. Сейчас же в номере отсутствовала и часть вещей, принадлежащих, моей подруге, и поэтому подобное вызвало некоторые опасения, которые подтвердились, стоило мне прочесть оставленное ею письмо, которое расставило все точки над «i».
«Я, устала». — Писала Александра в своем письме, в котором не было даже обращения к адресату. — 'Устала ждать, когда мне сделают предложение, или же объявят о том, что никто и не собирается
