– А... а Джон знает?
Бен сам еще не пришел в себя.
– Если тебя интересует мое мнение, то я думаю, он всегда знал. Именно он позвонил только что. Лесли легко уловила связь.
– Вы имеете в виду... убийство...
– Жертва – отец Джона. – Бен коротко фыркнул. – Я знал, что сюжет, над которым вы двое работали, приведет к чему-то. Теперь мы имеем сенсацию, которая на многие месяцы взбудоражит весь штат.
Лесли схватила трубку ближайшего телефона. Бен стремительно протянул руку, останавливая ее.
– Бен! Я должна поговорить с Джоном! Он силой развернул Лесли к себе и в упор посмотрел ей в глаза.
– Лесли, ты возьмешь оператора, поедешь в полицейский участок, выяснишь все подробности, а потом свяжешься с офисом губернатора и узнаешь, что они могут сказать по этому делу, а потом свяжешься со всеми людьми, которые могут что-то знать – уверен, с некоторыми главными свидетелями ты знакома, так ведь? Людей, близких к жертве, людей, близких к семье губернатора, людей, имеющих какие-то предположения относительно возможных мотивов убийства? А? Лесли яростно закивала.
– Да! Да, сэр, Бен – да! – Она чувствовал себя, как скаковая лошадь, роющая копытом землю перед закрытой калиткой на старте.
Бен продолжал крепко держать ее за руку и смотреть ей в глаза, требуя внимания.
– Этот сюжет твой, Олбрайт. Ты его заработала. Теперь не завали его.
Он отпустил Лесли, и она бросилась к своему столу, прямо к телефону.
Телефон зазвонил, как только она подошла.
– Привет, Лесли, это детектив Хендерсон. Я в полицейском управлении, и у меня есть для вас новости...
– Да! – крикнула она, не в силах сдерживать голос. – Вы арестовали Мартина Дэвина!
Несколько репортеров за своими столами обернулись к ней.
– О черт... – простонал Бен. – Ну, сейчас начнется! Хендерсон страшно удивился.
– Надо же, худые вести не лежат на месте...
– Я выезжаю сию минуту! – сказала Лесли.
– 0'кей. У меня куча информации для вас, так что прихватите камеру.
– Спасибо. До скорого.
Лесли позвонила Джону домой, но никто не поднял трубку. Она оставила лихорадочное сообщение на автоответчике. Она позвонила Маме Баррет.
– Алло?
– Мама Баррет, это Лесли! Мама была возбуждена.
– О Лесли! Ты уже слышала?
– Про Мартина Дэвина?
– Да! Мне Джон сказал! Я все еще не могу прийти в себя!
– Это невероятно! Просто невероятно! Я должна поговорить с Джоном!
Мама заговорила чуть спокойнее.
– О... его здесь нет.
– А вы знаете, где он?
– Ну... да, но...
– Где? Я должна поговорить с ним! Как он узнал? Что ему известно?
– Детектив Хендерсон позвонил ему сегодня утром, а потом Джон позвонил Бену Оливеру на студию. Послушай, Лесли, я передам, что ты звонила, и, конечно, он свяжется с тобой.
– Так где же он?
– О... – Мама немножко расстроилась. – Мне следовало предвидеть, что с этим возникнут проблемы. Я обещала Джону никому не говорить.
– Что?
– Они с Карлом ушли в одно место, и больше я ничего не могу сказать. Но они должны скоро вернуться.
Услышав эти слова, Лесли осеклась. Она начала понимать.
– О... хорошо. Тогда... гм... передайте ему, что я... – Она чувствовала, что энергия так и кипит в ней. – Передайте ему, что я снова занимаюсь новостями. Бен дал сюжет мне!
– О, золотко, как здорово!
– И передайте, чтобы он не волновался! Мама рассмеялась.
– Непременно.
Старый Папин пикап затормозил на усыпанном галькой берегу всего в нескольких ярдах от края воды. Дверцы со скрипом открылись, и два рыбака в теплых куртках и сапогах вышли из машины, готовые бросить вызов морской стихии.
На самом деле это было небольшое озеро посередине парка, но дух увлекательного приключения все равно витал в воздухе.
Джон, в теплой вязаной шапочке, залез в кузов грузовичка и откинул в сторону брезент.
– Ну что, девочка, сейчас начнется твое первое плавание. Карл помог стащить брезент с маленькой шлюпки.
– Нам еще нужно дать ей какое-то название. Типа «Непобедимая» или...
– «Непробиваемая...»
– Ага, точно. «Непроницаемая». «Непотопляемая».
– Ну, сейчас мы это выясним, верно?
Карл прыгнул в кузов и взялся за нос лодки, а Джон ухватился за корму – и без особых хлопот суденышко оказалось наполовину в воде, готовое отчалить.
Джон несколько мгновений постоял, наслаждаясь видом лодки в ее естественном окружении. Маленькие волны плескались о борта, и пока вода не просачивалась внутрь.
Он обнял Карла за плечи.
– Ты хорошо поработал, сынок. Карл тоже обнял отца.
– И ты.
Они погрузили в шлюпку весла, спортивную сумку со своим обедом, а потом бросили монетку: кому первому грести. Выиграл Карл.
Маленькая лодка легко разрезала гладь воды, приводимая в движение сильными, размеренными гребками. Они плыли к противоположному берегу озера, отец и сын, смеясь от радости и весело разговаривая. Их голоса разносились далеко над спокойной поверхностью озера.
– Значит... – слышался голос Карла, – дедушкина сестра Элис вышла замуж за Роберта... а потом его брат Роджер женился на Дорис...
– Нет, – поправил Джон. – Роджер женился на Мэри.
– Ах да, да... Мэри.
– И у них родилось четверо детей – Линда, Дебби, Бобби и Джейсон.
– И Дебби вышла замуж.
– Линда вышла замуж – за Барта.
– Барт. Я его видел?
– Это парень, стриженный ежиком.
– Нет, я его не видел.
Неторопливо текло время. Они доплыли до противоположного берега озера, потом повернули обратно и сделали крюк, чтобы обогнуть маленький островок, населенный утками.
– Чем ты будешь заниматься теперь? – спросил Карл.
– Возможно, пойду работать фельетонистом, – ответил Джон. – У меня есть знакомые в «Джорнал», которые когда-то звали меня туда.
Их приближение вспугнуло нескольких уток, которые стремительно пронеслись над водой, касаясь поверхности, и взмыли в небо.
– Извините, – крикнул Карл уткам.
– Здорово у них получается, правда?
– Эй, хочешь погрести немного?
– Конечно.
Они осторожно поменялись местами. Джон сел на среднюю скамейку и взял весла, а Карл устроился на корме. Джон начал грести.
– Ух! Здорово!
– Еще бы.
– Ну, а чем ты будешь заниматься?
– Наверное, вернусь в школу. Сейчас эта мысль кажется мне более привлекательной.
– У тебя хорошо получается все, за что ты берешься, Карл. Действительно хорошо. Думаю, ты добьешься успеха.
– Я тоже так думаю.
Джон энергично заработал веслами, и они поплыли дальше, без всякой определенной цели. Они просто хотели грести и плыть, и разговаривать. Они говорили о любви и о браке Джона, и о том, женится ли он еще когда-нибудь вполне возможно, – и о том, думал ли Карл, где он будет жить, и собирается ли он жениться, они говорили о дедушке и бабушке, и обо всей семье, которой так трудно управлять, и о Боге, и о Его предначертаниях.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
