— Он тоже тренировался.
— Ну, так он у тебя двужильный! А я — маленькая и слабенькая.
— Слышь, маленькая и слабенькая, вам пора! Двадцать девять секунд…
— Вижу, — усмехнулась Элен, потом сделала коротенькую паузу и гнусно хихикнула: — Я врубилась, почему ты дергаешься.
— Почему?
— Потому что ты и твой ненормальный мужчинка привыкли к праву первой ночи: чуть что — вы первые и частенько единственные. А тут до вас Циклопов поимеет аж двадцать два человека!
— Слышь, ты, предводительница сексуальных маньяков… — начала было я, но договорить не успела — корвет Вильямс погрузился в гипер, и связь прервалась…
Двадцать две минуты до нашего ухода в гипер я не отрывала взгляда от меток патрульной группы на тактической карте шмаковской бэкашки и пыталась представить себе картину будущего боя. Увы, в каждой из алых точек, приближающихся к их корветам, мне чудился Мэй’Ур’Син[63]. Тот самый, который убил Вику Шипилову и Диму Колычева. Поэтому картины, которые возникали перед моим внутренним взором, получались одна другой страшнее. В общем, к моменту погружения я тряслась как осиновый лист, и Вик, мониторивший мое состояние, принудительно впрыснул мне «коктейль».
В голове тут же прояснилось, однако весь прыжок я просидела, не шевелясь. А последние минуты три, кажется, даже не дышала.
Легкая тошнота при всплытии — и я, впившись взглядом в тактический экран, не поверила собственным глазам: корветы Шмаковой и Вольфа были целы и невредимы! Мало того, на траектории их полета, услужливо смоделированной бэкашкой, появилось четыре характерных «пятна» — сферы разлета обломков взорванных ими кораблей.
Следующие пару миллисекунд я определялась со своим положением в пространстве и прикидывала траекторию движения, которая позволила бы мне максимально быстро вцепиться в движки Вика и не мешать молодежи встраиваться в формируемый им ордер. Траектория получалась довольно замысловатой, поэтому я дала полную тягу на движки, отработала эволюционниками… и чуть не оглохла от ликующего вопля Вильямс:
— Викки, Зверек, с приехалом! Кстати, снимайтесь с ручников — мы в заповеднике нубов!!!
Еще один взгляд на тактический экран — на этот раз в сектор, в котором должны были находиться Элен и ее группа, — и я с трудом удержалась от желания протереть глаза: за семнадцать минут нашего пребывания в гипере пятая часть флота Дейр’Лос’Эри превратилась в пыль! А выжившие корабли, успевшие перестроиться в защитный ордер, тратили всю энергию двигателей на щиты!!!
— Вильямс, ты что, охренела?! — возмущенно воскликнула Горобец. — Вам поручили отвести флот подальше от планеты! Отвести, а не вайпать!!!
— Они сами вайпаются!!! — хохотнул Гарри. — Детсадовцы, а не пилоты…
Пока Линда переругивалась с Вильямс, а Вик выводил ордер на вектор атаки, я кинула взгляд на сервисное окно эскадры и удивленно приподняла бровь: почти все наши корветы сияли изумрудно-зеленым светом, а с большинством светло-розовых «пятнышек» — повреждениями первой и второй степени — могли справиться обычные ремботы!
«Система Дейр’Лос’Эри, располагается в самом центре сектора императорского клана. Базирующийся на ней флот не имеет боевого опыта, поэтому, вероятнее всего, не окажет вам особого сопротивления…» — мысленно повторила я слова Тишкина и улыбнулась: прогноз Саши начал сбываться. И это здорово подняло мне настроение.
Над планетой, повернутой к нам ночной стороной, болтались два орбитальных завода, небольшая верфь, несколько довольно крупных транзитных грузовых терминалов и сотни три разнокалиберных спутников. Кроме того, между верфью и Ключом, висящим перпендикулярно плоскости эклиптики, сновали грузовики, а из-под одного из терминалов в атмосферу падал тяжеленный транспортник. Мысленно отметив, что выбраться в космос самостоятельно он скорее всего уже не сможет, я перевела взгляд на метки, появившиеся в атмосфере, и ухмыльнулась: судя по характеристикам всплывающих боевых кораблей, Онг’Ло[64], не успевающий вернуться к планете вместе со своим флотом, выставил против нас последние резервы: отжившие свой век развалюхи и учебные спарки.
Что самое забавное, все четырнадцать истребителей этой горе-эскадры пилотировали курсанты — ибо назвать полетом то, что они вытворяли со своими машинами, у меня бы не повернулся язык. Зато оба крейсера и три из четырех эсминцев вели инструкторы: маневры этих бортов отличались характерной «легкостью». И точностью, появляющейся с весьма солидным опытом…
Вик, видимо, тоже анализировал их перестроения, так как пришел к аналогичному выводу:
— Ха! Курки[65] и преподы…
— Какое трогательное самопожертвование! — съязвила Линда, обратившая внимание на то, что каждый из тяжелых кораблей прикрыт истребителем, а значит, половина каждой двойки, по сути, является слабым звеном. — Смотрите, эти ламеры любезно предлагают себя заовнить!!!
— Отставить! — в общем канале раздался возмущенный рык генерала Харитонова. — «Овнить» запрещаю!!!
— Ну, Владимир Семенович! Ну, миленький! Ну, я быстренько! Вы даже не заметите! — затараторила Линда и, видимо, представив себе реакцию Харитонова на такое неуставное обращение, расхохоталась.
Вместе с ней заржали человек двадцать. Поэтому следующую фразу генерала я расслышала с большим трудом:
— Горобец! Я тебя когда-нибудь грохну! Придерживайся плана операции, ясно?
— Эх, нет в жизни счастья… — сокрушенно вздохнула Пушной Зверек. Потом подумала и добавила: — А можно я сковырну Ключ-другой? Или пару заводиков?
— Десять секунд до выхода на дистанцию поражения, — скомандовал Вик, и в ОКМе наступила тишина.
Первый же залп тяжелых торпед в исполнении Пушного Зверька лишил Циклопов сразу трех истребителей: добрая половина курсантов «зевнула» момент пуска; треть — не отстрелила ни одной «обманки», а троица самых тупых забыла даже про противоракеты! Про щиты я вообще не говорю, те, которые были, использовались по старинке. То есть и курсанты, и инструкторы вывешивали их либо в передней, либо в задней полусфере, тупо ждали, пока в них влетят боевые части торпед. И не делали ни одной попытки использовать их для резки БЧ.
А еще у них были проблемы с тактикой: вместо того чтобы перестроиться в «Туман» после потери первых трех машин, они упорно атаковали нас «двойками». Поэтому, когда к веселью подключились Волков, Стоун и Мартиросян, в ордере Вел’Арров появилось еще шесть сфер из обломков.
Реакция Онг’Ло на потерю девяти бортов была предсказуемой. Но не особо молниеносной: эдак секунд через семь с половиной флот Циклопов снял треть мощности со щитов, несинхронно отработал эволюционниками, развернул борта дюзами к группе Вильямс и дал полную тягу на маршевые движки.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
