– Все, что там описывали составители этого сборника, было сущей правдой. Сам себя освободить я не в состоянии, на то и энергетические замки, чтобы запирать ракшасов. Но ты можешь и должен это сделать.
Джинн смолк, терпеливо ожидая моего решения.
– Хорошо, я отпущу тебя на волю. Но где гарантия, что ты не надуешь меня и не убьешь, или не останешься в этом мире, причиняя людям неприятности. Мне бы хотелось быть совершенно уверенным в том, что, как только я тебя освобожу, ты тотчас же уйдешь в подпространство, в какой-нибудь параллельный энергетический слой нашей Вселенной.
– Ха! И это спрашиваешь ты?! Ты, который был одним из тех, кто победил нас и сделал своими рабами. Я и сейчас твой раб и склоняюсь перед твоей духовной мощью. Если бы ты был просто человеком, то, признаюсь честно, я бы убил тебя после своего освобождения от оков заклятья. Но с титаном я ничего не могу поделать, у меня не хватит силы.
– Что ж, с этим покончено. Но я не желаю просто так, ни за что, ни про что, отпускать тебя на волю. Услуга за услугу, договорились?
– Ну, конечно. Проси обо всем, что в моих силах.
– Как ты сам понимаешь, материальные блага меня не интересуют. Я хочу, чтобы ты раскрыл все мои энергетические духовные центры. Я не желаю тратить свое время на долгие годы тренировок, чтобы в один прекрасный момент, наконец, привести в движение свои сенситивные силы. А пока что я научился лишь входить в состояние легкой медитации и только. Хотя мне и удалось однажды проникнуть в один из миров астрала.
– О, об этом можешь не беспокоиться! Для меня сделать то, о чем ты просишь, ничего не стоит.
– В таком случае, назови средство своего освобождения.
Не медля ни секунды, дух-ракшас сообщил мне особые заклинания, которые было необходимо произнести в определенной последовательности, а также поведал о жестах, совершив которые совместно с чтением мантр, я сумел бы снять магический блок, удерживающий его в кувшине. Все сказанное им я проделал с той точностью и тщательностью, что были присущи моему интеллекту от рождения. Закончив, я принялся с нетерпением ожидать продолжения событий. Однако внешне как будто ничего не произошло, кувшин продолжал стоять на прежнем месте, без единого признака действия заключенной в нем неведомой разумной силы.
«Неужели описанный джинном способ его освобождения не возымел должного действия?» – удивленно подумал я, как вдруг некто невидимый расхохотался рядом со мной самым настоящим людским смехом.
– Ты здесь? – вопрошал я его вслух.
– Конечно, – раздался в моем сознании голос, он по-прежнему общался со мной мысленным образом, – все получилось как надо, без единой помехи. Спасибо тебе! Ну, так как, ты не раздумал насчет раскрытия своих тонких центров?
Помедлив мгновение, я утвердительно кивнул головой.
– Раскрой их у меня, а потом, как и договорились, уходи из этого мира.
– Не беспокойся, мне тут делать совершенно нечего. Я отправлюсь в далекое путешествие, в поисках своих собратьев. Слой за слоем, мир за миром буду проникать я, пока не обнаружу подобных себе.
– Что ж, я верю тебе. Не тяни, принимайся за дело.
Ракшас велел мне усесться на траве в «позе лотоса», как это делают йоги. Затем он принялся читать нараспев, все так же мысленно, какие-то монотонные фразы. Порою, он подражал голосам различных существ – шипению змей, клекоту орла, трелям певчих птиц, рыку четвероногого хищника, а порою имитировал всевозможные природные звуки, такие, как завывание ветра, шум падающей воды, грохот камнепада. Постепенно разум мой все более затуманивался, поддаваясь гипнозу звуков, некая пелена обволакивала мозг. Прежде чем окончательно отключиться, мой рассудок зафиксировал изменения, происходящие в окружающем меня ландшафте, как будто бы стирались все грани предметов, отчего те становились невероятно протяженными в пространстве, а затем я потерял сознание.
Не знаю, сколько времени я пробыл в бессознательном состоянии, но, очнувшись, с облегчением узнал знакомую лужайку перед входом в пещеру. Поблескивающий в лучах заходящего солнца кувшин стоял на прежнем месте. Что со мной произошло, где ракшас?
– Я здесь, – немедленно раздался голос духа.
Это было столь неожиданно, что я сильно вздрогнул всем телом, но его мысленный посыл помог мне восстановить память. Я вспомнил, зачем я здесь нахожусь, и что произошло. Я огляделся, пытаясь прочувствовать новые возможности моего естества, но почему-то это мне не удалось.
– Ты обманул меня! – ничего не соображая от захлестнувшего меня гнева, воскликнул я. – Подлое существо…
– Ради всего святого, успокойся, – умоляюще попросил ракшас, – иначе твоя духовная мощь, приняв окраску зла, сокрушит меня и все эти окружающие нас скалы. Я не нарушил своего слова, просто ты еще не научился управлять собою и своими новыми способностями. Сосредоточься, и у тебя все получится.
Слегка остыв, я внял совету ракшаса и попытался сконцентрировать свою волю на образе семи раскрытых чакр. И случилось неожиданное. Это было не совсем то, что я себе представлял. Вначале тысячи не испытанных доселе тончайших ощущений внезапно нахлынули на меня подобно прорвавшему плотину бурному потоку взбесившейся горной реки. Я чуть было не потерял сознание от неожиданности и испуга. Затем хаос энергоинформации отхлынул, и моим духовным органам восприятия открылась высокая гармония окружающего меня мира.
О, это не описать никакими словами! Ощущение было такое, будто я заглянул в глубь вещей, открыв для себя истину бытия, ибо все, что я знал и испытывал раньше, было лишь внешне искаженным отражением истинного смысла всего сущего. Мое третье око, или, как его еще называют индусы, глаз Шивы открылся, и моему вновь приобретенному астральному взору предстали энергоинформационные оболочки различных сущностей – видимых «земным» зрением и неподвластных ему. Удивительно, но каждый так называемый «неживой» предмет обладал своими тонкими полями. Я видел ауру, то есть сумму внешних сияний различных полей. Камни и скалы, травинки и деревья – все обладало жизнью, просто, порою, скрытой от глаз непосвященных. И все они ОБЛАДАЛИ РАЗУМОМ, хотя, конечно, разум этот отличался от интеллекта людей и даже от инстинктивного сознания животных. Но это был разум!
Теперь, я, наконец, смог узреть невидимого собеседника – ракшаса. Он представлял собой светящийся словно пламень, пульсирующий всеми цветами кокон, который, однако, постоянно менял свои очертания. Я вынужден сразу же оговориться, что цветовая гамма, представшая моему духовному взору, была несравнимо более богата всевозможными оттенками и тонами, нежели известные людям семь цветов радуги. То же самое можно было сказать и о звуках. Тончайшие звуковые вибрации пронизывали все вокруг. Множество прекраснейших ароматов, запахов, о которых мы не имеем никакого представления ввиду несовершенства нашего обоняния, смог воспринимать я в своем новом состоянии. Я видел свое тело одновременно как бы со стороны, видел ауру моих оболочек, видел, как текла прана, тонкая энергия по особым невидимым каналам в моем биологическом организме.
