— Пока Бог миловал, — Александр почему-то рассмеялся. — Наша база — идеальное укрытие, — продолжал он. — Не имеющая своей звезды, она практически не видна. Можно пролететь рядом, и никому даже в голову не придет что-то заподозрить. Кого может заинтересовать одинокий мертвый обломок гранита? Таких в космосе — миллиарды миллиардов. Так что можешь не опасаться, — он опять засмеялся, — со дня на день визита Патруля мы не ждем.
— А могут патрульные проследить за «Викингом» в космосе? — продолжал спрашивать Шторр.
— Теоретически — да, хотя на самом деле это чрезвычайно сложно. Миркус никогда не возвращается прямым путем, несколько раз посылает крейсер в прыжок — надо быть более чем умелым навигатором, чтобы успеть рассчитать, где мы вынырнем в очередной раз. Ну и, кроме того, если «Викинг» вдруг будет обнаружен, патрульные корабли слетятся со всех сторон, как стервятники. Будет бой, который мы вряд ли переживем. Но даже если нам удастся уйти, Миркус никогда не повернет к базе, пока не убедится, что нет погони. База — это все, что у нас есть, и ее безопасность превыше всего — даже превыше судьбы «Викинга».
— Но ведь «Викинг» — наш единственный корабль, — изумился Крим. — Что будет стоить без него база?
— На базе есть еще несколько небольших катеров. В случае необходимости, за несколько рейсов на них можно провести эвакуацию. Но до этого, надеюсь, не дойдет.
Разговаривая, они миновали комплекс шлюзовых камер и вышли в широкий, вырубленный прямо в скале прямой коридор, освещенный закрепленными под потолком яркими лампами под квадратными белыми плафонами. То тут, то там, справа и слева, виднелись небольшие металлической двери прямоугольной или округлой формы, лаконичные надписи на которых ничего Криму не говорили.
— Это служебный сектор, — объяснил Александр. — Здесь расположены доки, ангары катеров, электростанция, питающая всю базу энергией, резервуары с воздухом и водой, очистные сооружения. Жилые сектора, куда мы направляемся, дальше.
Навстречу стали попадаться спешащие куда-то люди. Здороваясь с Александром, они с любопытством разглядывали Крима, однако вопросов не задавали.
— Заканчивается рабочая смена у энергетиков, — заметил помощник капитана. — Эти ребята заменят их и будут дежурить ночью.
— Ночью? — не понял Крим. — Но ведь сейчас утро!
— Здесь, на базе, сейчас восемь часов вечера. Земное время по Гринвичу.
Крим хотел было спросить, кто такой этот Гринвич, но в этот момент коридор закончился, разделившись на три самостоятельных прохода — лестницу вверх, короткую галерею куда-то в сторону и что-то вроде ниши, в глубине которой виднелись пластиковые створки двери.
— Лифт, — пояснил Александр. — Здесь мы расстанемся.
— Как расстанемся? — страх перед неизвестностью вновь комом подкатил к горлу Шторра. — Почему?
— Я должен идти: у меня же есть свои обязанности. Тобой теперь займется Фрэнк.
— Какой еще Фрэнк? — расставание с Александром сулило мгновенную потерю единственной опоры в этом новом, чужом мире. Зачем нужен какой-то Фрэнк, когда есть он, Александр?
— Разве я тебе не говорил? Фрэнк Кристи. Они с Силке Шульц занимаются у нас молодежью. Их слово теперь будет для тебя законом. Ага, вот и он!
14
Крим знал, что бывают земляне с разным цветом кожи, но до сих пор ему приходилось встречать только потомков европейцев с большей или меньшей долей азиатской крови — таких же, как и он сам, поэтому вид Фрэнка Кристи произвел на него весьма сильное впечатление. Здоровенный негр — не коричневый даже, а густочерный, как космос — с короткими смешными волосами, яркими веселыми глазами и ровными ослепительно-белыми зубами, открытыми в радушной улыбке, он меньше всего походил на воспитателя молодых (наставника!), каковым представил его Александр.
— Привет, я Фрэнк, — Кристи протянул Штору свою огромную черную ручищу.
— Крим. Крим Шторр, — представился тот.
— Ну, Фрэнк, поручаю его тебе, — проговорил Александр. — Пока, Крим, — он положил руку Шторру на плечо. — Теперь мы, наверное, не скоро увидимся. Помни, что я говорил тебе, и делай все, что скажет Фрэнк.
— С чего начинать? — спросил Александра Кристи.
— Господи, мне ли тебя учить?! Проведешь тесты, ну а там уже все на твое усмотрение. Ну ладно, я пошел.
— До свидания, Александр, — произнес Крим, с трудом устояв перед искушением схватить помощника капитана за руку и удержать. Двери лифта захлопнулись, поглотив Вирного.
— Ну что, парень, пошли, что ли? — полуспросил Фрэнк, взглянув на Шторра с высоты своих двух с лишним метров. — Что зря стоять?
— Пошли, — кивнул Крим.
Вслед за новым товарищем Шторр поднялся на две дюжины ступеней по широкой каменной лестнице, прошел через небольшой зал с низким потолком, вдоль стен которого тянулись, хаотично переплетаясь, исчезая в обшивке и вновь выныривая, толстые силовые кабели, и остановился перед лифтом — точно таким же, как и тот, что увез Александра. Фрэнк нажал кнопку вызова и повернулся к Криму.
— Куда сначала? Хочешь отдохнуть после полета, или сразу за дело?
— Я не устал, — ответил Крим. — На «Викинге» было еще утро.
— А, ну да, — рассмеялся негр. — С ума можно сойти с этими часами. Ну, тогда пошли в класс. Посмотрим, чем Империя тебя успела напичкать.
Повинуясь нажатию кнопки, лифт плавно пошел вниз.
— Мы находились на первом уровне, — стал объяснять Фрэнк. — Отчет уровней у нас идет сверху вниз: поверхность — это нулевой, потом первый, второй и так далее. Жилые сектора зарылись на самую глубину, над ними — на седьмом уровне — наша Академия. Вот мы и приехали.
Пластиковые дверцы бесшумно отошли в сторону, и Шторр ахнул от удивления: разница со спартанским убранством служебного сектора была просто поразительная. Они с Фрэнком оказались в большом светлом холле, которому могли бы, наверное, позавидовать и многие роскошные отели столицы, встречавшиеся ему в путеводителе. Красивый пушистый ковер застилал пол, стены покрывали изящные декоративные панели, с украшенного лепниной потолка свешивалась огромная хрустальная люстра. Обстановку составляли сдвинутые попарно черные кожаные кресла и два журнальных столика со стеклянными столешницами. Ручка двери, расположенной точно напротив лифта, была выполнена в форме оскалившейся головы льва.
— Добро пожаловать в Академию! — торжественно произнес Фрэнк и потянул за медное кольцо, зажатое в пасти хищника.
За дверью — Крим заметил, что она оказалась металлической, хотя и искусно выполненной под дерево — открылся очередной длинный коридор с дверьми по обе стороны — было похоже, что вся база только и состоит из коридоров и дверей. Но под ногами — неизменный ковер, над головой — великолепные люстры, если чем-то и уступающие той, что встречала гостей в холле, то разве что размером. Не с захваченных ли кораблей все это добро?
Осмелев, Крим задал этот вопрос вслух.
— Обстановочка-то? — переспросил Кристи. — И да, и нет, — и видя, что Крим не понял, пояснил. — «Викинг» не мелочится коврами да люстрами. Но дело в том, что наша база в прошлом — как раз пиратское гнездо. У Терры не было большого военного флота, не строила она и секретных военных баз. Но, как и во все времена, на границах существовало пиратство. Разбойникам было чем поживиться: Конфедерация покровительствовала торговле, и галактику бороздили тысячи загруженных товарами судов. Долгое время мы ничего не могли с этим поделать — тогда-то и появились подобные этому гнезда, которые создавали себе наиболее удачливые из разбойников. Но потом появился «Викинг», другие корабли, хитрее и опытнее стали торговцы, и с пиратством было покончено. Несколько десятилетий база пустовала. Кажется, здесь собирались сделать музей или еще что-то в этом роде, но все никак руки не доходили. Ну а потом, когда все так обернулось, Миркус Вебер привел сюда «Викинг» с беженцами. Он хорошо знал базу: сам когда-то еще простым матросом участвовал в ее штурме, и счел, что лучшего укрытия в космосе нам не сыскать. Так и вышло.
