Второй акт этого фарса начинается в рядовом берлинском полицейском управлении, где рядовой сотрудник уголовной полиции совершенно случайно натыкается на фотографию фрау Бломберг в обнаженном виде. Очередной любопытный момент: на фотографии, пролежавшей где-то в архиве несколько лет, случайный человек сразу и без колебаний признает жену главнокомандующего, которую он видел мельком один-единственный раз в жизни перед мэрией. Со своей скандальной находкой он начинает расследование и узнает жуткую мелодраматическую историю. Оказывается, Ева Грун, оставшись в пятилетием возрасте без отца, жила у матери, которая содержала бордель под видом массажного салона. Девочка росла без присмотра, поэтому с детских лет была на учете в полиции. Дождавшись совершеннолетия, она сбежала к сорокалетнему любовнику, еврею (!), который занимался с неким поляком-фотографом изготовлением порнографии. Нелегальное предприятие обанкротилось, поскольку полиция арестовала группу проституток, работавших натурщицами. Среди них была и Ева Грун. Послужной список у девицы был довольно внушительным: масса приводов в полицию, аресты, участие в кражах, занятия проституцией и порнографией.
Параллельно выявляется еще один любопытный момент: каким образом проститутка с такой биографией могла оказаться в числе служащих имперской комиссии?
Собранное досье из полицейского управления получает на руки полицай-президент Берлина граф Вольф фон Гельдорф. По долгу службы аристократический полицейский должен был передать бумаги главе германской полиции Герману Герингу. Или, перепугавшись того, что случайно разгреб грязное белье самого высокого начальства, уничтожить без проволочек все имеющиеся документы. Но он решил отнести их фельдмаршалу фон Бломбергу, попавшему в столь глупое положение. По воле случая в военном министерстве Бломберга не оказывается на месте. Разумеется, отсутствие молодожена на службе во время свадебного путешествия может быть объяснено только случайностью!
Гельдорф передает досье заменявшему маршала Вильгельму Кейтелю и предлагает бумаги уничтожить. Однако Кейтель, чей старший сын в ближайшем будущем собирается жениться на младшей дочери Бломберга, отказывается и требует передать досье по инстанции. Гельдорф теперь вынужден передать дело Герингу, а тот, получив в руки такое оружие против конкурента, который занимал место, облюбованное самим Герингом, опять приходит в восторг и сразу направляется к Гитлеру.
Глава люфтваффе всегда отличался восторженностью, особенно в тех случаях, когда ему удавалось провернуть очередную махинацию.
— Бломберг женился на проститутке! — объявляет он точно таким же уверенным тоном, каким задолго до начала следствия объявлял об участии коммунистов в поджоге рейхстага четыре года назад.
Несколько дней фюрер колебался, как быть с обесчещенным фельдмаршалом.
В это время высших офицеров вермахта вдруг стали обзванивать другие проститутки и предлагать себя в жены, чтобы почтенные генералы следовали во всем своему командующему. Офицеры обратились к Гитлеру. И вынужденное решение, к глубокому сожалению восторженного рейхсминистра, было принято.
Геринг встретился с Бломбергом, чтобы самому передать это решение. Бломберг сразу заявил, что готов немедленно развестись.
— Нет, — сказал Геринг. — Этого недостаточно. К сожалению, вы должны уехать на длительный срок за границу. Подобный опыт у вас уже есть, деньги мы вам дадим, может, все и образуется.
Денег Бломбергу действительно дали, не скупясь, — 50 тысяч рейхсмарок. По тогдашним ценам это была очень большая сумма. Гитлер вызвал фельдмаршала к себе и, по словам Йодля, очень сожалея о случившемся, обращался с ним «со сверхчеловеческой добротой» и рекомендовал отправиться в кругосветное путешествие. Они долго обсуждали кандидатуру преемника Бломберга. Фельдмаршал порекомендовал Геринга, но Гитлер решительно отверг предложение, заявив, что «верный Герман» слишком ленив. Бломберг, обиженный устроенной ему обструкцией со стороны генералитета, больше никого предлагать не захотел, а издевательски пошутил:
— А почему бы вам самому не заняться командованием всеми вооруженными силами?
Гитлеру шутка понравилась.
Он поблагодарил своего бывшего министра, и осчастливленный генерал-фельдмаршал в отставке уехал со своей молодой женой на Капри. Догуливать свадебное путешествие.
Здесь сага о несчастном Бломберге плавно переходит в сказание о развратном Фриче, поведанное в столь же косноязычной манере гитлеровских борзописцев. Сюжет его таков.
Некий грешник по имени Ганс Шмидт, отсиживающий срок в тюрьме, неожиданно раскаивается и вспоминает, что в стародавние времена возле Потсдамского железнодорожного вокзала случайно оказался свидетелем любовного свидания генерал-полковника Вернера Томаса Людвига фон Фрича с известным гомосексуалистом по кличке «Баварец Джо». И никак не может простить себе раскаявшийся уголовник, что потом в течение нескольких лет шантажировал начальника генерального штаба угрозой разоблачения, а тот был настолько запуган, что исправно откупался за молчание. Но истомился грешник от тяжести грехов и хочет исповедоваться непосредственно главе СС.
Тайну исповеди, разумеется, Гиммлер нарушил и честно рассказал о моральном падении Фрича самому Гитлеру.
Праведник Адольф возмутился до глубины души. Узнав об обвинении, барон фон Фрич возмутился еще больше — он пришел в ярость и добился свидания с Гитлером. Совершенно случайно во время разговора начальника генерального штаба с фюрером партии в кабинет зашел Гиммлер с раскаявшимся грешником, который ткнул пальчиком в барона и объявил: «Это он!» Фрич онемел от такой наглости. Гитлер мгновенно вынес приговор.
В конце концов суд офицерской чести оправдал невинного барона, морально осудил псевдогрешника, но начальником штаба перед началом военных действий стал Вальтер фон Браухич.
Этот спектакль изобиловал массой «любопытных моментов» и пикантных деталей, характеризующих нацистских вождей, но сейчас речь идет о Бломберге, а не о них, поэтому ограничимся кратким пересказом событий.
Еще древние римляне выработали четкий алгоритм расследования любого преступления. Начинать необходимо с выяснения: кому оно выгодно. Последовательность событий недвусмысленно отвечает на этот вопрос.
«Хоссбахская конференция» закончилась неразрешимым и недопустимым в условиях подготовки к войне противостоянием Бломберга с Фричем Адольфу Гитлеру. Через месяц начались гонения инакомыслящих военачальников.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
