Читаем без скачивания Риск – это наша работа - Сергей Самаров

Шерхан кивнул. Он сам думал о том, как сделать скандал затяжным. Воруют, как это и положено, все сотрудники Министерства строительства. Одни больше, другие меньше. И найти «козла отпущения» будет несложно. Тем более что есть немало таких, кто вообще делами не занимается и попал на должность по какой-то протекции, в том числе и по протекции заместителя министра. Теперь предстоит только найти повод, чтобы от них избавиться. А поводов таких сколько угодно…

– Я уже обдумал это. У меня есть люди, которых поставил заместитель.

Премьер глянул коротко и почти с восхищением.

Они понимали друг друга с полуслова. И оба умели различать, что такое хозяйственная деятельность и экономика, что такое политика. И не смешивали одно с другим.

– Значит, домой вас отвезти? – спросил премьер, когда сели в машину.

– Пожалуй, лучше сразу делами заняться. По горячим следам.

– Как знаете, Шерхан Алиевич, как знаете… Я предупрежу начальника охраны, чтобы вас сопровождали все эти дни по рангу высших чиновников.

Они вернулись в Дом правительства.

Оказалось, в приемной Шерхана дожидается мама.

– Как же так получается, что я узнаю, что сын ранен, только по радио?

Она возмущена и обижена.

Шерхан посмотрел на секретаршу и распахнул перед мамой дверь в кабинет:

– Зайди.

Сам он держался серьезно и напряженно. Сдержанно. Ни боли не показывая, ни прекрасного расположения духа.

Мама вошла в кабинет чуть ли не хозяйкой. Шерхан прикрыл дверь.

– Куда тебя ранило? – хотела остановить его мама.

– В плечо, – он сел в кресло. – Не буду же я здесь тебе рану показывать…

– Крови много потерял?

– Нет. Рана пустяковая. Оцарапало, и пальто с костюмом испорчены. В остальном нет проблем.

– Это у тебя нет. А у нас есть…

– Гульчахра где? – Шерхан спросил несколько раздраженно. Ему хотелось бы видеть больше внимания со стороны жены. Тем более что она бывший врач-терапевт. Как врач могла бы поинтересоваться ранением.

– Дома, где же ей еще быть?

– Она знает?

– Я сказала.

– И что?

– Ничего. Попросила меня съездить.

– Правильно, что с тобой не поехала, – сам себя обманывая, а больше обманывая маму, сказал Шерхан. – А то устроили бы мне здесь семейный разбор. И тебе ехать не стоило. Но раз уж приехала, я попрошу тебя сделать полезное дело. На моей машине сейчас съездишь на базар, купишь фрукты, цветы и навестишь в больнице моего охранника. Скажешь, что я занят у президента и потому не могу приехать сам.

– Я поняла… – После короткой паузы мама улыбнулась.

– Скажи так, чтобы все другие в палате слышали. И врачи, и больные. Тогда об этом разговоров будет больше, чем о самом ранении. Мне нужны разговоры. Много разговоров. И еще о серьезности ранения… И о моем нежелании рекламы… И о скромности… Еще поищи знакомых среди врачей… Мне нужен свой хирург, который может сказать то, что его попросят.

– Твой дядя… – напомнила она.

– Он же гинеколог.

– Неважно… Его слово имеет вес. Если он каждой женщине на приеме будет жаловаться, что надо навестить племянника, которого серьезно ранили, женщины разнесут это по всему городу.

– Это правильно, – согласился Шерхан. – Это будет лучше, чем радио и телевидение вместе взятые. Но все равно пусть дядя поищет своего хирурга. И не забудь главное: ранили меня потому, что хотели сорвать начало отопительного сезона. Отопление и так начнется на две недели позже необходимого. Но виной всему мой заместитель. Он хотел сорвать все работы полностью. Это очень важная информация. Об этом следует говорить обязательно. Заместителя уже арестовали.

– Я поняла… – Мама заторопилась к двери.

– Сначала на базар, потом в больницу, – напомнил Шерхан. – Я сейчас распоряжусь насчет машины.

Мама вышла, а он позвонил в гараж.

И уже из окна увидел, как она спустилась с крыльца и села в машину с пробитыми, но заклеенными чем-то, кажется, мутным скотчем, стеклами.

Шерхан позвонил начальнику отдела кадров и попросил принести полный список работников министерства. Всех, вплоть до курьера. Сейчас, в связи с положением в республике, таких сотрудников немного. Фонд зарплаты сильно ограничивает потребности в сотрудниках. Тем не менее его министерство по численности, пожалуй, самое большое. Два крыла на соседних этажах Дома правительства занимает.

Начальник отдела кадров прибежал сразу – запыхавшийся, испуганный. Понимает, что начинается большая чистка. И список как дельный работник подготовил, похоже, раньше, чем министр позвонил ему. За короткое время после звонка подготовить этот список возможности не было.

Шерхан посмотрел. Подчеркнул, не дочитав до конца, сразу три откровенно не чеченские фамилии.

– Кто такие?

– Это люди из Москвы. Двое из Министерства строительства, третий из МВД. Очень нужные люди. Они нам помогают… – в голосе кадровика прозвучало откровенное уважение.

– И мы им зарплату платим?

– Конечно. Достаточно высокую. Регулярно высылаем с командированными. Как кто едет – везет…

Это практика известная. Каждое министерство в республике платит зарплату нужным москвичам. Только за то, чтобы не мешали в делах. Насколько Шерхан в курсе дела, в других республиках России обстановка точно такая же. И многие министерские чиновники получают по пять-шесть зарплат в разных регионах. Ничего с этим не поделаешь. Централизация власти! Именно поэтому московские правители так и держатся за централизацию. Она их кормит очень сытно.

Шерхан поднял ручку, подумал и оставил не чеченские фамилии в списках. После этого перечитал дважды весь список и подчеркнул еще шесть фамилий. Все эти люди находятся в родственных отношениях с уже бывшим заместителем министра.

– Готовить приказ? – услужливо спросил начальник отдела кадров.

– Какой приказ? – нахмурился.

– На увольнение…

Теперь следует сменить нахмуренность понимающей улыбкой.

– Не так быстро.

Он обвел еще три фамилии. Поднял глаза и уловил удивление во взгляде кадровика.

– Вот из этих людей создать комиссию. И проверить деятельность тех шестерых. Я сейчас позвоню, чтобы в комиссию включили человека из прокуратуры.

На поддержку прокуратуры он может надеяться полностью – опять сработают внутритейповые отношения. Хорошо было бы для солидности включить в комиссию кого-то из управления ФСБ, но на тех положиться нельзя. Большинство сотрудников ФСБ – прикомандированные из разных регионов опера и следователи. И как они поведут себя – не ясно. Значит, лучше обойтись без них.

– Строительная фирма… – подсказал начальник отдела кадров.

– Что?

– Трое из этих шестерых создали свою строительную фирму… Выгодные заказы уходили к ним… Много заказов, и хорошо финансируемых…

– Прекрасно. А работы фирма выполняла?

– Не всегда. Чаще только начинали… Незавершенка… Но финансирование шло без опроцентовки, полностью.

– Значит, надо проверить.

Кадровик помялся, переступая ногами, словно в туалет хотел. И подсказал:

– Еще один человек нужен. Комиссия должна состоять из нечетного количества членов.

Шерхан понял его прекрасно. И про строительную фирму намек понял.

– Ты и будешь входить. Сам строительной фирмой займись, – и обернулся через плечо.

Кадровик не сумел вовремя сдержать радость в глазах. Показал интерес. Это как раз то, что ему нужно. Шерхан понял, что строительная фирма перейдет в новые руки. Это не страшно. Когда он получит от брата деньги, строительных фирм появится много. И сам министр будет решать, кому какие заказы.

ГЛАВА 8

1

Утром следующего дня принесли милицейские мундиры. И даже бронежилеты. Не армейские. Армейские обшиты камуфлированной тканью зеленого цвета, милицейские – серого. У милицейского нижний манжет, закрывающий низ живота и спины, отсутствует. Правда, в армейском такое дополнение слегка мешает при рукопашной схватке наносить удар ногой вперед, хотя и позволяет без проблем наносить боковые удары. Но удару ногой вперед, как правило, не обучают в школах рукопашного боя, хотя в любой настоящей – не киношной! – схватке это самый популярный и самый действенный удар.

Жилеты примерили сразу.

– Лишняя защита от пули не бывает лишней, – скаламбурил майор Паутов, покачав головой.

В бронежилетах надежнее, особенно если число бандитов увеличится, следовательно, уменьшится возможность опередить противника своим выстрелом.

В мундиры влазили без особого удовольствия. Свои не только обношены, следовательно, более привычны, они еще и морально поддерживают. Спецназовцы традиционно не слишком балуют любовью милицию, и такое переоблачение показалось им сродни понижению в звании.

За неимением зеркала, чтобы рассмотреть свой внешний вид полностью, капитан Юрлов оглядывает только ноги и руки.

– Странно… У меня в ментовском наряде сразу появляется желание идти героином торговать… Неужели так быстро вхожу в роль?