если понадобится, немножко подтолкнем их своим примером. Все же они пацифисты по натуре, хоть их тела усовершенствованы, а их самих многократно больше. Объективно, из-за массовости, по боевой силе они превосходят силы терран, но сейчас они полностью подавлены своим положением. Много раненых, много потерь, их колония разрушена, их вождь пошел на унизительное перемирие, не имея возможности выбрать условия… Надо придать им смелости. Тогда они начнут действовать. Наверное.
— А если все же не начнут? — спросила Суон, хотя заранее предполагала ответ.
— Если не начнут — будем сражаться сами, не привыкать! — твердо ответил Алекс, — Согласно нашим данным, наземные силы терран составляют всего около 300 человек на данный момент. Многих отозвали назад, в Империю, по неизвестной причине, но для нас это только к лучшему. Примерно 50 штурмовиков занимает ПРС, 200 в космопорте и лагере, остальные на патрулях и в точках демонтажа даймонистского оборудования. А нас целых 22 доблестных «спартанца»!
— Все равно получается почти 1 к 10, даже если брать только ПРС и космопорт. А если учитывать, что они будут в обороне… Без помощи даймонистов нам будет невероятно сложно победить. Надеюсь, Архимаг вспомнит свое прошлое в «Спарте» и «Фантомах», — прикидывала Суон, — Уверена, он не такой уж совсем травоядный стал, каким кажется. Все-таки он последователь Даймона Вульфа, а Волчара никогда не бежал от хорошей драки!
— Уверен в этом, — ответил Алекс, — Там у него не только гражданские, но и техноискатели. А эти парни уж точно не упустят возможности сразиться за своих — ну а следом за ними и остальные подтянуться. Впрочем… Будь, что будет — видит Пожиратель, мы покажем терранам, что такое «спартанский дух»! И не забывай, на нашей стороне — фактор неожиданности.
— И еще такое дело, надо проследить, чтобы терранам подмога не пришла, — заметила Суон, — Не думаю, что наемники-утильмены ввяжутся за Терру, скорее послужат дополнительным фактором неразберихи на фоне общего сражения. Но сами терране могут вполне запросить помощь.
— Это Кэп тоже учел. Будем бить все их корабли с наземной ПРС и с крейсера. И моя группа, когда захватит космопорт, постарается по возможности активировать корабли и взлетать на помощь, — сказал Дарк, — Сама понимаешь, нельзя дать уйти ни одному из терран в точку. Маячки все отрубились, они смогут вызвать подмогу только через собственный прыжок.
— Это да, — ответила Суон, — Странная фигня с этими маячками, но нам сейчас выгодно такое отсутствие связи. Удачно совпало.
Действительно, после жестокого боя за Город Свободы, случилось одно важное событие, которое не было замечено сразу — только через день или два стало ясно, что перестали работать прыжковые маячки. Совсем перестали. Древняя система связи полностью вышла из строя. Непонятно было, это касалось только секторов Черной Звезды или охватывало весь Внутренний Космос, но последствия такого события в перспективе грозили быть весьма значительными и непредсказуемыми.
Маленькие древние механизмы, имеющие округлую форму, прозванные «маячками», с незапамятных времен висели в точках Лагранжа всех секторов, их функционалом была мгновенная передача информации между системами. Фактически, они не находились постоянно в какой-то одной прыжковой точке, их состояние можно было описать как некое пространственное мерцание — они осуществляли микропрыжки с такой скоростью, что в материальном понимании, находились одновременно в двух точках пространства практически одновременно. Получая все сигналы с одного сектора, они в то же мгновение оказывались в другом и передавали эти сигналы, и уже снова прыгали обратно с новой порцией сообщений. Такой вид связи позволял практически без задержек сообщаться через огромные космические пространства между системами, в противоположность которому световой сигнал шел гораздо медленнее — даже между планетами время отклика достигало нескольких минут и часов, а между звездными системами задержка могла быть несколько лет или даже десятков лет. В прошлом, до гражданской войны, прыжковые маячки, если они выходили из строя, удавалось чинить в городах-эдемах, потому что только там было древнее оборудование, необходимое для этого. После падения Кора, система Двойной Звезды более не могла восстанавливать их работу и постепенно утрачивала качество связи между секторами. И хоть на мире-фабрике Пакс пытались что-то придумать, это слабо помогало. Такая же ситуация была и в секторах зловещего Ока, но там чинить маячки было негде, город-эдем Игнис был выжжен термоядерной бомбардировкой, когда «Спарта» сбросила на него «Расщепители» по приказу Безумного Адмирала. В Черной Звезде даймонисты еще как-то справлялись, своими силами чиня вышедшие из строя маячки с помощью добытых техноискателями технологий. Но конечно приоритет качественной и доступной связи теперь был исключительно во власти Новой Империи с ее 2-мя оставшимися городами-эдемами. Чтобы избежать долгого полета сигнала со световой скоростью, проще было самим на кораблях прыгать в другой сектор и уже оттуда передавать нужное сообщение. Этот способ был безусловно более сложным и затратным, но точно более быстрым, чем ждать световые годы доставки сообщений от звезды к звезде. Алекс Дарк не сомневался, что эта внезапная поломка произошла не просто так, и в будущем из-за этого возникнет множество проблем, и эти проблемы будут не только в системе Фэйда, но и у во всех Внутренних Системах вообще.
Причина такой внезапной массовой неисправности была неясна, да и разбираться ней сейчас не было времени — уж точно не у «Спарты» и даймонистов. Были более приоритетные задачи, и к тому же это обстоятельство облегчало достижение этих задач. Потому что против 20 легких кораблей крейсер Т-3 при поддержке планетарной ПРС еще имел неплохие шансы победить, но с прибытием подмоги эти шансы очень сильно уменьшались.
Конечно, оставалась еще одна надежда, но она была совсем нереальной — что внезапно произойдет чудесное возвращение Криса Ланчера с «Сокровищем Даймона», который всех непременно спасет. Но это уже было из области фантастики. Скорее всего он сгинул где-то в искажениях Сектора Смерти, или вообще его выбросило «ошибкой навигации» неизвестно где, и он погиб при выходе из прыжка, раз не смог вернуться раньше за прошедшие дни. Так что на него рассчитывать не приходилось, хотя его «Огненный Ветер» сам по себе был бы очень кстати в предстоящем бою.
— Чтож, как всегда — идем в бой храбро и превозмогаем, да, Дарки? — сказала Суон, — Мы же не можем не идти. Это наша судьба, сражаться до самой смерти, а может и после нее.
— Истинно так, Суоня! — ответил Алекс, — Может быть где-то в ином мире, в иной вселенной, такие
