После этих слов, Лидос встала, достала из сумочки деньги, положила тысячу на блюдце, и, не прощаясь, вышла на улицу.
Глава шестьдесят девятая
Учеба шла своим чередом. У Ады выявились удивительные способности к языкам. Она не только легко овладевала английским, но и всерьез занялась французским, который как-то сразу стал для неё понятным. В глубине души она не сомневалась, что причиной такого прогресса стали изменения, происшедшие в её организме после удара молнии. Педагоги всячески поощряли её успехи. Слух о них дошел до Лидос. Но после разговора в кофейне, они обе больше не искали встречи друг с другом. Слова Лидии Константиновны попали в цель. До этого Ада старалась не думать о будущем. Но теперь мысли об этом преследовали её.
Она постоянно приставала к Дане.
— Послушай, но неужели нельзя жить с мужчиной, как мы с тобой?
— А зачем с ними жить? На свете полно других радостей! — в сердцах декларировал Даня. — Думаешь, любовь — это счастье? Фиг там! Сплошные муки. Несколько минут рая и постоянный ад. Какая разница к чему ты привязан? К наркотикам, к алкоголю или, как я, к Игорю. Мне постоянно нужно увеличивать дозу. Раньше мы встречались пару раз в месяц и были довольны. Теперь я и двух дней без него не могу продержаться. Это изматывает. Лишает внутренних сил. В любую минуту я готов всё бросить и мчаться к нему по первому звонку. Тебе такое нужно?
Ада отрицательно вертела головой. Но не отставала.
— А что вместо любви?
— О… весь мир! Как только человек концентрируется на семье, он перестает быть человеком мира. Его одолевает масса бытовых проблем. Всё начинает скатываться к заботе о детях. Скажи, оправдываю я старания моего отца? Представляешь, какая для него будет трагедия, если он узнает правду. Вся жизнь насмарку. Тебе такого не пожелаю.
Странно, но Ада всё больше соглашалась с доводами Дани.
Глава семидесятая
После происшедших событий, Лидос стала в семье Влада своим человеком. Не то, чтобы раньше они сторонились друг друга, просто Несси оберегала Влада от общения с красивыми женщинами. Сам же Влад хоть и симпатизировал Лидос, но с пренебрежением относился к её мужу. Считал Юлия Юрьевича шестёркой и прохвостом. Зная об этом, Лидос предпочитала появляться одна, и это уже не настораживало Несси.
Большую часть времени семья проводила в тренажерном зале, к которому примыкал зимний сад с аквариумом во всю стену. Там же находился небольшой бар с большим количеством безалкогольных напитков, соковыжималками, кофе-машиной и другими прибамбасами.
Пока Влад и Несси бегали по движущимся дорожкам, Лидос анализировала не доигранную вчера шахматную партию. Влад боготворил шахматы. Начал играть всего три года назад по совету психолога, чтобы избавиться от игровой зависимости в казино. И сумел перестроиться с рулетки на шахматные фигуры.
Лидос же освоила игру во время бурного романа с известным гроссмейстером. Он был многократным чемпионом многих международных турниров и намного ее старше. Поэтому в постели, в вынужденные часы отдыха, учил её основам шахматных комбинаций.
Влад подошел к столику в мокрой от пота майке. Перевёл ферзя на несколько клеток.
— Так будет правильно.
Лидос ответила пешкой. Несси, решив не мешать игре, ушла.
— Вы так много проводите время вместе, не скучно? — вроде как невзначай спросила Лидос.
— Привычка. Как шахматы. В моей жизни установился баланс, и я боюсь его нарушить. Ты же знаешь, какой я по натуре, мне только завестись — и пропадай всё! Хотя, скажу честно, после этого дурацкого покушения, где-то внутри надломилось. Я вдруг понял, что всё может кончиться в один момент. Меня стали мучить мысли о смерти. Особенно в присутствии детей. Смотрю на них, и думаю, как быстро они меня забудут?
— Тебе определенно нужно развеяться… — предложила Лидос, делая очередной ход.
— Как?
— Есть только одно сильное средство…
— Наркота?
— Любовь. Нужно влюбиться, почувствовать свежие эмоции, новый драйв. Без этого тебе не подняться.
— А семья?
— Ты в ней, как в панцире, вытяни голову, вдохни свежий воздух.
— Боюсь, повалит с ног… — задумчиво произнес Влад и взглянул на Лидос растерянно-доверчивым взглядом.
Глава семьдесят первая
Лёня Айсберг избегал публичных встреч. Покушение на Влада многими было воспринято неоднозначно. И хотя Айсберг везде позиционировал себя, как главную жертву, слухи о его конфликте с Владом Валюхиным только ширились, поэтому он решил на какое-то время лечь на дно. Уехать в дальние угодья на охоту. Но перед этим предстояла встреча с Владом.
— Как считаешь, он верит в ошибку? — спросил Лёня у Юлия Юрьевича.
— А ты? — в упор отреагировал начальник службы безопасности.
— Послушай, Юля, если бы за этим покушением стоял я, то, наверное, поручил его тебе.
— И тогда бы Влад до сих пор кормил раков в пруду.
— Жаждешь его крови?
— Не люблю, когда такими делами занимаются непрофессионалы.
— Не веришь, что это было направлено против меня?
— Если бы я в это поверил, меня нужно было бы уволить.
— Рано. Полиция ведет расследование. Кому-то очень хочется сделать меня заказчиком. Пока Влад жив, эту версию сложно опровергнуть.
— Второе покушение только добавит подозрений.
— Послушай, каждый день миллионы людей умирают естественной смертью!
— Езжай на охоту и дождись такого дня.
Айсберг вышел из-за стола, подошел к глобусу, покрутил его, словно выбирая место для поездки.
— Когда-то Березовский высказал хорошую мысль: «Кто первый умер, тот и не прав».
Внимательно посмотрел на Юлия Юрьевича и добавил:
— Мы с Тамарой уезжаем завтра.
Глава семьдесят вторая
Теперь педикюр делали все вместе, к такому решению пришли после того, как Шотик чуть не накрыл Даню. Хорошо, что Ада была дома. Она тут же уселась на его место и опустила ноги в таз. Педикюрш Сева не повел и бровью. Шотик застыл в дверях.
— Что это?
— Педикюр… — выдохнула Ада.
— На дому? За какие деньги такие королевские причуды?
— Дане нравится…
— Где он?
— Да здесь я, — Даня появился из комнаты Ады, — что тут такого?
— А в салон она сходить не может?
— Могу и вам, — улыбнулся Сева.
— Да пошел ты!
Дальнейшее присутствие на педикюре Шотика не прельщало, и он быстро покинул квартиру на Каменщиках.
Больше решили не рисковать. Поэтому Сева быстро справился с девчонками, и они разошлись по комнатам. Затем занялся Даней и Игорем.
— Как они мне надоели, — имея в виду Аду и Нинку, пожаловался Игорь.
— Не обращай внимания, — посоветовал Даня.
— Как это? Ты с ней спишь, а я не обращай внимания?!
Сева всплеснул руками:
— Какой ужас! Серьезно?
— Ты с котом спишь? — парировал Даня.
— У меня кошка, — гордо заявил Сева.
— А у меня Ада!
— Кошмар, — посочувствовал Сева и вернулся к ногами Игоря.
— Когда освободишься, позовёшь, — Даня встал, и ушел в комнату Ады.
— Так каждый раз, — прокомментировал Игорь. — Никаких нервов не хватает. Нужно от неё избавиться…
— Он бисексуал?
— Клянется, что нет. Всё равно это неприлично. Не собираюсь его ни с кем делить.
— От девушки избавиться просто, — чик-чик и нет ее.
— Ой, Даня же псих! Совсем с ума сойдет. Нужно её куда-нибудь отправить. Пристроить в «Реалити шоу!». Пусть себе живет. Но не здесь…
— Есть одно предложение, — обнадежил Сева.
Глава семьдесят третья
Последние слова, сказанные Айсбергом Юлию Юрьевичу, Лидос расценила как конкретное поручение.
— Интересно, как он себе это представляет? — спросила она мужа.
— Известно как… пошел ловить рыбу, оступился, упал в воду и утонул…
— Ага, и никто не поверил. Пусть благодарит судьбу, что я оказалась рядом.
